Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?
Без регистрации









СТОЛБОВОЙ ДВОРЯНИН РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

АВТОР «ЩЕ НЕ ВМЕРЛА УКРАИНА»





(В Черниговском музее Тарновского у письма Вербицкого

о строках„Ще не вмерлы Украины”)

Вот уже 19 лет Украина торжественно отмечает дни рождения Великого Русского учёного Павла Платоновича Чубинского. Но чевствуют его не за научные достижения в изучении Северо- и Юго-Запада Российской империи, а за создание стиха «Ще не вмерла Украина». Но стих этот писался по призыву одного из руководителей Киевской Громады Владимира Бонифатьевича Антоновича, студентами-громадовцами- столбовым дворянином , 18 летним Николаем Вербицким-Антиохом и его побратимами – «уроджёнными шляхтичами крови Радзивилов» братьями 18 летним Иосифом и 20 летним Тадеем Рылскими, потомком болгарских царей, 21 –летним Александром Стояновым. А редакцию осуществлял 22-летний выпускник Петербургского университета, кандидат правоведения Павел Чубинский.

По родовым преданиям, подтверждённым литературными источниками, я и опишу Вам историю создания Гимна «Ще не вмерла Украина».

Начало наш Гимн ведёт от Тараса Шевченко. Столбовой дворянин Российской Империи,Николай Вербицкий-Антиох, сын секретаря Черниговской губернской управы, в 16 лет поступил к Киевский университет св. Владимира. За свои сатирические стихи и участие в создании студенческой газеты "Помыйница"(«Мойдодыр».-авт.),он был переведен отцом в Петербург "для охлаждения". Привез его отец в Питер и поселил
в доме архитектора Штакеншнейдера,
своего бывшего университетского однокашника. Там уже жили земляки- студенты - Иван Рашевский и Павел Чубинский. А вскоре там остановился и Афанасий Маркович, только что вернувшийся из-за рубежа. Рядом, в доме Академии искусств жил Тарас Шевченко. Не один вечер он приходил к ним на «чарку чая». Коля, музыкальный талант которого отмечал сам Михаил Глинка, садился за фортепиано, а Афанасий Маркович запевал своим прекрасным баритоном украинские песни. Ему всегда подпевал Тарас Григорьевич, хотя и любил смеяться, что теперь с его голосом можно петь лишь "Занято! " в туалете.

Афанасий Маркович приводил ребят на вечера "Основы", которые фактически были собраниями Петербургской «Громады». Увы, ни Кулиш, ни Костомаров не оставили письменных воспоминаний о тех вечерах. Приходится цитировать воспоминания Логвина Пантелеева:

" В гостиной на диване за столом обыкновенно усаживался Шевченко, Костомаров и ни на шаг от них не отходивший Кулиш... на вечерах бывало немало выдающихся писателей-малороссов, например, Афанасьев-Чужбинский, Стороженко, Гуртовский и другие. Помню, заметив одного довольно плотного господина, я спросил - «Кто это?» - «Муж Марка Вовчка"- получил в ответ таким тоном, что больше сказать о нем нечего. Он, впрочем, был замешан в деле Кирилло Мефодиевского общества. Я тогда очень мало обращал внимания на физиономии, но лицо Шевченко положительно увлекло меня. На близком расстоянии он выглядел очень похожим, как изображен на литографическом портрете Мюллера: лицо коричневого оттенка, носило явные следы многого пережитого, в том числе и той болезни, которая в последние годы преждевременно ускорила его жизненный конец... "

Но не долго продолжалось их общение с Апостолом Украины. Сломленный тоской по Родине и изменой любимой, он тяжело заболел и вскоре умер…

Друзья принимали участие и в похоронах Шевченко, и в благотворительных вечерах в его честь. Только сразу уточню. Никто не запрещал похорон Шевченко. Никто не репрессировал студентов за участие в его похоронах. Беспорядок повлекло совсем другое. Но лучше зацитирую воспоминания Логвина Пантелеева:

"Они совпали во времени - панихида в католическом соборе по пяти убитым в Варшаве при подавлении манифестации 13 февраля 1861 и похороны Шевченко... когда для нас, русских, совершенно неожиданно раздалось пение польского гимна и все поляки в одно мгновение пали на колени и со слезами на глазах присоединились к пению гимна... Сразу вслед за панихидой состоялись похороны Шевченко... польская корпорация в полном составе проводила Шевченко на кладбище. Там Хорошевский от имени поляков сказал на польском языке очень умное и теплое слово, оно потом было напечатано в "Основе"...

По поводу панихиды началось следствие, что предполагало привлечь к ответственности только польских студентов. Русские студенты постановили собрать в следственную комиссию подписные листы в доказательство, что и они были на панихиде. Попечитель И. Д. Делянов застал студента А. Штакеншнайдера с листками и потребовал отдать их или оставить университет. Собралась сходка, главную роль играли князь Нехлюдов и Чубинский, уладившие конфликт... "

Впоследствии конфликт всё же перешел в студенческие беспорядки и все высшие учебные заведения Петербурга и Москвы были закрыты. Организаторы беспорядков были либо забриты в солдаты, либо переведены в Казанский университет.

Николая Вербицкого, как и его земляков, отправили домой, к тому же в третьем отделении уже лежал донос о том, что он осмелился перевести "Еще польска не згинела" на украинский язык(Маты Польща не загынэ доки ми живемо) ...

Лишь осенью его вызвали в Петербург, для решения вопроса о восстановлении в студентах. Чубинский должен был ехать за дипломом кандидата наук.Вот в связи с этим и собралась вечеринка. На ней были и Николай Вербицкий с побратимом Павлом Чубинским, приведшим несколько своих воспитанниц из пансиона Ленц, были их ближайшие друзья - Тадей и Иосиф Рыльские с приятелем Павлином Свенцицким (тогда украинский поэт Павел Свой). Своих побратимов сербов привели студенты-громадовцы Павел Житецкий, Иван Навроцкий и Александр Стоянов.

Вечеринка, как вечеринка. Ели, пили, пели, вспоминали. Вспомнил и рассказал Чубинский о похоронах Шевченко. О той Панихиде, на которой прозвучал польский Гимн и все присутствующие, пав на колени, подхватили его. Девушки попросили поляков исполнить этот гимн. За фортепиано сел Вербицкий, а Рыльские и Свенцицкий запели мятежные строки. Когда же закончили, Николай стал тихо напевать свой перевод: «Мать-Отчизна не погибнет, пока мы живые". Павел Чубинский вместо похвалы, сказал Николаю, что чем переводить чужую песню, лучше написать свою, подобную.. Вон Владимир Антонович давно уж просит громадовцев создать собственную "Марсельезу".

Николай, не стал ерепениться и сейчас же, под тот же мотив, запел импровизируя:

"Ще не вмерлы Украины ни слава, ни воля,

Ще нам братья молодые улыбнется доля.

Ще развеет черны хмары (тучи авт.)и возле оконца,

Здесь в своей вкраинской хате мы дождемся солнца.

Вспомним злые времена, лихую годину,

Тех, кто смело защищал Матерь- Украину

Наливайко и Павлюк и Тарас Трясило

Из могилы нас зовут на святое дило(дело авт)... "

Братьям Рыльским и Паулину Свенцицкому, родственников, которых от младенцев до старцев вырезал Павлюк, не понравилось упоминание о нем и Иосиф Рыльский, так и не отошедший от фортепиано, запел свой вариант:

"... Згинут наши вороженьки, как роса на солнце,

Запануемо мы браття у свойий сторонци

(Воцаримся и мы братья на своей сторонке. Авт.)

Наливайко, Железняк и Тарас Трясило

Из могилы нас зовут на святое дило

Вспомним же святую смерть рыцарей казацтва,

Не лишиться чтобы нам своего юнацтва!

Ой, Богдане - Зиновию, пьяный наш гетьманэ,

За что продал Украину москалям поганым?

Чтоб вернуть ей честь и славу, ляжем головами,

Наречёмся Украины верными сынами"...

Здесь уже не выдержал законник Чубинский, увидевший опасность исполнения такого текста. Он предложил свой, менее опасный вариант:

Ой, Богдане-Зиновию, непутёвый сыне.

Зачем отдал на расправу матерь- Украину,

Чтобы честь её вернуть, станем куренями,

Наречёмся Украины верными сынами! "

Тут вмешался болгарин Саша Стоянов. Показывая на сербов, он предложил добавить:

Наши братчики-славяне

За оружье взялись,

Не годится, чтобы мы

В стороне остались!

Кажется, песня была закончена. Правда, далеко ей было до Марсельезы, но звездные мгновенья так же редки, как планеты у звёзд...

Опять пошли воспоминания. Запели „Соловья” Виктора Забилы, ”Журбу» (Грусть) Леонида Глебова. Но вот серб Пётр Ентич-Карич запел сербский Гимн «Жие Сербие», где припевом были слова: " Сердце бие и крев лие за нашу свободу"...

-"Это же именно то, чего нам не хватало"-, вскочил Павел Чубинский и предложил бессмертные строки:

Душу, тело мы положим за нашу свободу

И покажем, что мы братья казацкого рода!

Гей-о-гей же братья смело, надо браться нам за дело,

Гей-о-гей, пора вставать, пора волю добывать! "

Вот теперь песня была уже закончена. Все записали себе ее слова. Свой экземпляр Тадей Рыльский отдал побратиму Владимиру Антоновичу. Когда через несколько недель вернулся в Киев из этнографической экспедиции Николай Лысенко, Антонович поручил ему положить на музыку слова новой песни. Уже через неделю новая "Украинская Марсельеза" полетела по Левобережью. Полетела, как гимн Громады.

А вот Гимном Украины песня стала на Правобережье. Стала благодаря тому, что ее там приписывали Шевченко. А произошло это так. Свой экземпляр Вербицкий отдал земляку, редактору «Основы»
. Пантелеймону Кулишу. Пантелеймон поклялся напечатать песню, но "Основа" прекратила существование. Кулиш поехал лечить нервы в Италию. По дороге остановился во Львове. Старинный город, местные паненки, так понравились Кулишу, что он пообещал издателю-литератору Ксенофонту Климковичу прислать ненапечатанные стихи Шевченко из архива «Основы». Переправил он стихотворения с уже знакомым нам Паулином Свенцицким, который после подавления польского восстания эмигрировал из Киева во Львов. Кулиш ли, сам ли Свенцицкий, сделали это, но вместе с "Заповитом". "Мне одинаково" и "Н. Костомарову" был передан и текст "Ще не вмерлы Украины".

В четвёртом номере
журнала "Мета" за 1863 год эти 4 стихотворения были напечатаны. Открывался журнал стихотворением
"Ще не вмерлы", после
которого шли остальные стихи Шевченко
. и его подпись

Это номер журнала катехит Перемышльской семинарии Юстин Желеховский отвез своему побратиму, Млынивскому священнику Михаилу Вербицкому.


Михаил Вербицкий фанатично любил Шевченко, даже дал обет положить на музыку все его стихи. Получив журнал, он через неделю положил на музыку все четыре стихотворения. Уже в декабре, на собрании Громады Перемышльской семинарии, прозвучала впервые "Ще не вмерлы"под гитару. Ректору настолько понравилась песня, что он рекомендовал семинаристам распространять ее среди паломников, а о. Вербицкого попросил сделать из соло хорал. И вот, на праздник Ивана Крестителя, перед многотысячной толпой перемышльцев прозвучал могучий хорал в исполнении сводного городского хора. Присутствующему на празднике, львовскому Епископу Полянскому, основателю первого украинского театра во Львове, так понравился этот хорал, что при открытии украинского театра во Львове 25. 12. 64 постановкой оперетты Карла Гайнца "Запорожцы", он попросил режиссера вставить хорал в постановку. Вечером, в оперетте прозвучал гимн «Ще не вмерло Запорожье», в афишках же были слова и ноты «Ще не вмерлы Украина» подписанные фамилиями Шевченко и Вербицкого. Утром 26.12.64, "Ще не вмерла Украина" пел весь Львов. Все считали, что слова песни написал Шевченко, Апостол Украины. Поэтому и стала эта песня Гимном, сначала Галиции, а затем УНР. А "Украинскую Марсельезу" Лысенко, вскоре забыли...

А как же сложилась судьба авторов текста «Ще не вмерлы" ?.

О Тадее Рыльском,
знаменитом аграрии-экономисте, отце нашего прославленного поэта, издано достаточно материалов. Скажу лишь одно - никогда он не был бедняком. Его отец был одним из самых богатых шляхтичей на Житомирщине. Не был он крепостником. Был поклонником Шевченко и даже передал на Запад его рукописный «Кобзарь» выполненный латинским шрифтом. Тадей и его брат Иосиф отказались от всех дворянских привилегий. Более талантливым был младший брат -Иосиф. Он был ровесником Николая Вербицкого, его побратимом. Но зимой 1861/1962 г. он тяжело заболел и осенью 1862 умер...

Не буду писать и о Павле Чубинском. За 19 лет о нём написали целые тома. Что касается Александра Стоянова, то я о нём ничего не нашёл. Так что расскажу о своём прадеде Николае Вербицком-Антиохе.
Он родился 13 февраля 1843 в далеко не бедной семье старшего секретаря Черниговской губернской управы. Его крестной матерью была дальняя родственница - княжна София Голицына,( Их предки из Антиохов стали Вербицкими после того, как во времена Екатерины 11 Новгород-Северский полковник Михей Антиох женился на дочери своего бригадного генерала кн.Голицина и получил в приданое за ней сельцо Вербичи под Н-Северским) сестра будущего Черниговского губернатора Кн. Сергея Павловича Голицына. Отец - старший секретарь губернской управы, сын героя войны с Наполеоном, унаследовавший от отца воинственный и довольно жёсткий характер. По словам Николая Вербицкого он "тщательно заботился о воспитании сына, при помощи ременной треххвостки внушал эму правила нравственности".

Переломным в жизни Николая стал 1851 год. Из Орловской ссылки в Чернигов приехал
Афанасий Маркович. В Орле он работал старшим секретарем губернской управы, поэтому первыми, кому нанесли визит Марковичи, были Вербицкие. Они сразу понравились друг другу - огромный, похожий на медведя Афанасий и стройный, худощавый как ласка - Андрей Вербицкий. Они стали друзьями с той первой встречи. Жена Андрея, София стала крестной матерью их первенца-дочери. А через несколько месяцев они принимали участие в ее похоронах на кладбище у Вала…

Каждую свободной минуту бежал Коля в редакцию «Черниговских губернских ведомостей», где священнодействовал Маркович. Именно там, в редакции, читая рукописи материалов, посланных в газету, Николай открыл, что он и сам может писать не хуже. Стал собирать народные песни и сказы, начал писать стихи. Но те его первые произведения опубликовал уже не Афанасий Маркович, а их родственник, Николай Белозерский. Откройте книжечку Дорошенко: « Указатель новой украинской литературы России за 1797-1897 год>>. На 3 странице под № 94(109): "Н. Вербицкий-Антиохов. Поэзии. Черниговские губернские ведомости "

1. 1853 г. №15 "Мещанка"

2. 1853 №27 "Могила"

3. 1853 № 27 "Песня майданчиков"

4. 1853 №42 "Иванова песня"

А Коле в это время было всего лишь 10 лет...

Через несколько лет отца перевели в Полтаву и Коля перешёл в Полтавскую гимназию. Здесь подружился с Михаилом Старицким. Вот что пишет в своих воспоминаниях знаменитый писатель: « У нас в гимназии учитель словесности Сосновский, излагая правила стихосложения, требовал от учеников и произведений в стихотворениях. И мы - писали. Среди учеников выпускных классов (5, 6, 7) лучше всех удавались стихотворения мне и Вербицкому, также пансионеру; начальство даже заказывало нам торжественные приветствия и оды в честь посещений нашего пансиона сановниками, а товарищи прозвали нас "поэтами", при одобрении надзирателей. Часто, бывало, при передаче пансиона переменному надзирателю, слышится вопрос: "А где же это наши поэты? " - на что почти постоянно был ответ - " В карцере"...

Через Старицкого Николай познакомился и подружился на всю жизнь с братом последнего - Николаем Лысенко. После гимназии братья поступили в Харьковский университет, а Николай в Киевский.

В Университете вместе с побратимом Иосифом Рыльским он создаёт рукописную газету "Помыйница» (« Мойдодыр»), в которой нещадно высмеивает всех и вся. За эту «Помыйницу” пришлось Андрею Ивановичу забрать своё чадо и перевести в Петербург "для охлаждения". Андрей Николаевич сам когда-то учился в Петербургском университете, там теперь преподавали его прежние однокурсники. Поселил у приятеля мятежной юности - архитектора Штакеншнейдера, который владел большим домом рядом с Академией Искусств. В квартире, которую выделили Николаю у Штакеншнейдеров, уже жили студенты. Это были его земляки и дальние родственники (почти все дворянские роды на Украине в родственных отношениях), Иван Рашевский и Павел Чубинский. В конце лета у Штакеншнейдеров остановился знаменитый российский поэт Яков Полонский. Он любил слушать, как ребята поют мелодичные украинские песни, интересовался Колиными стихами. Стал опекать его. А в конце осени вернулся в Россию и поселился в том же доме Афанасий Маркович. Коля с ребятами почти все вечера проводили у него. Зачастую к Афанасию приходил на "чарку чая" сам Тарас Шевченко. Любил слушать их пение, сам принимал участие, хотя уже потерял голос. Пели вместе, а затем услаждались знаменитыми настойками Виктора Забилы...

Встречать Новый Год и Рождественские каникулы ребята поехали в Борисполь к Чубинскому. Павел пригласил к себе в гости и Колиного приятеля - Николая Лысенко. Ребята помогали ему собирать народные песни. После тех каникул Николай Лысенко выпустил большой сборник народных песен...

А затем было возвращение в Петербург. Праздник провозглашения царского Указа об отмене крепостного права затмила смерть Шевченко. Было участие в похоронах и студенческих беспорядках. Был перевод польского гимна "Мать-Отчизна не погибнет, пока мы живые"... Было закрытие университета и персональное исключение из студентов. Вернулся в Киевский университет вольнослушателем. Стал опять издавать свою "Помыйницу"... Вот одно из стихотворений в ней:

"ДУМА СОВРЕМЕННОГО ГРОМАДЯНИНА

Так бывает - размышляешь,

Размышляешь целый час,

И никак не понимаешь,

Что творится здесь у нас –

Вдруг тебя средь размышленья

Этак холодом проймёт,-

Что как вдруг тебя Стоянов

На Третейский позовёт.

А над ухом Давиденко

«Протестуюсь!» закричит,

Иль тебя в деяньях подлых

Юзефович обличит.

Иль с тобой Иван Новицкий

Все сношения прервёт,

Иль Курлюк перед тобою

Умилительно рыгнёт.

Или-или, или-или

Да взгляните лишь кругом:

Господа, от этих или

Голова пойдёт вверх дном,

И в душе своей смятенной

Ты покоя не найдешь

И родителей покойных

Крепким словом помянёшь…»

Вообще, он с большой иронией относился к хлопоманству. Это видно из его стиха в «Помыйнице»:

«Кто он, сей муж со взором ясным,

С лицом, как Божий день, прекрасным,

Одевший в свиту гибкий стан?

То хлопоман, то хлопоман!

Как он могуч, и храбр, и пылок

За батареею бутылок,

Как в нём кипит избыток сил,-

О, это он- украйнофил.

Пить, есть – его святое дело-

И он его свершает смело,

И исполняет долг святой

Разумный сын земли родной.

На мир глядит он с состраданьем

Пока, допив с самосознаньем

Последний водочный стакан

Под стол не ляжет хлопоман!»

На время учебы в Киеве племянника приютили сестры Голицыны. На вакации выезжал в родительский Чернигов. О тех его регулярных посещениях Чернигова сохранились воспоминания известного общественного деятеля, члена Государственной Думы, Ильи
Людвиговича Шрага: «Наибольшее влияние на меня во время гимназии имел Николай Андреевич Вербицкий. Он в то время находился в Киеве, где учился в университете св. Владимира, но очень часто приезжал в Чернигов к своим родителям. Он рассказывал нам о своих встречах с Шевченко в Санкт-Петербурге, где он также учился в университете и жил неподалеку от Шевченко. Рассказывал о похоронах Тараса и студенческих беспорядках, из за которых был уволен из Санкт-Петербургского университета. Рассказывал о Громаде, давал книги, читали мы его "Помыйницу"; под его влиянием сложился кружок, который собирал и записывал слова для "Словаря", читали "Основу", "Записки о Южной Руси". У Вербицкого в Чернигове я впервые увидел Павла Игнатьевича Житецкого и Ивана Петровича Новицкого, которые приезжали гостить в Чернигов...

Огромный успех в Чернигове имел кружок "Ценители своей народности", активными членами которого были Николай Вербицкий с сестрой Марией. Кружок поставил в Чернигове "Наталку Полтавку" либретто и музыку к которой Афанасий Маркович. Он же с Ильей Дорошенко был режиссером …


Осенью 1861 Николай приехал В С-Петербург, чтобы восстановиться в петербургском университете. Попечитель Петербургского учебного округа генерал Делянов, вспомнив его перевод "Мать-Отчизна не погибнет, пока мы живые" передал Николаю "высочайшее повеление: возвращаться туда, откуда приехал". А затем была высылка Чубинского в Архангельскую губернию. Николай печатает в декабрьском номере " Основы" стихотворение-обращение к побратиму:

« НА ПАМЯТЬ ПАВЛУ ЧУБИНСЬКОМУ

Вспомяни же побратим мой на чужой чужбине,

как мы жили-поживали на родной Вкраине…»

А в 1863 на Николая и на все Черниговскую Громаду свалилось обвинение в агитации за Герценовскую «Землю и Волю» . Произвели обыск у всех членов кружка «Любители своей народности»

Произвели обыск и у сестер Голицыных в Киеве, где тогда жил Николай Вербицкий. Хоть его и признали невиновным, но после того обыска, тетки отказали ему в пристанище. Пришлось перебраться в полуподвал в Назарьевском переулке по соседству. Отец отказал в денежной помощи. Жил теперь Коля исключительно на гонорары, которые в те времена были такие же, как и нынче. Приходилось ограничиваться завтраками, обедами и ужинами трёхкопеечными булочками-«жуликами» и полукопеечными стаканами молока... (знаете, у меня и сейчас сильнейшая ностальгия по тем киевским треугольным ржаным "Жуликам" с медовым вкусом, наполненных изюмом, цукатами и за тем прохладным, ароматным, натуральным молоком из автоматов в Пассаже.)

Не смотря на те тяжелые условия жизни, а может именно из-за того, что хотелось забыться, Коля возобновил "Помыйницу". Павел Житецкий обеспечил ее печатание в университетской типографии.
Самое смешное, что членом редколлегии был сын того наибольшего гонителя украинофилов Михаила Юзефовича - Владимир.


Вот состав редакции 1863 года: Павел Житецкий, Николай Вербицкий-Антиох, Александр Лоначевский-Петруняка, Иван Косенко, Петр Косач, Василий Семиренко, Семен Полетика, Александр Стоянов, Владимир Юзефович, Николай Константинович, Тадей Рыльский, Иван Новицкий...

И эта веселая украинская студенческая газета выходила "раз в неделю (если редакторы трезвы)» Вплоть до конца 1863 года. Вот его стих в последнем номере:

«И сныться, що любо та мыло в громади,

Над працею люд наш громадський не спыть,

Розумнии речи говорять на Ради,

И спильнее дило кипить.

Що доля изходить на рыдному поли,

И спыльныи думкы у всих в голови,

Що ходять уси у недыльнии школы

И ходять уси чергови!

Що всы побратались, що всюди порада,

Що всим нам, як матир, Вкраина свята,

Що школа жиноча й жиноча громада,

Як мак на гори процвита…»

Николаю, с оглядкой на дядю-губернатора, позволили экстерном сдать все необходимые экзамены и распределили преподавателем в Полтавскую гимназию, где ещё не забыли постоянного постояльца карцера. Именно, благодаря этому, он сразу же завоевал симпатии гимназистов и гимназисток. Он, по его словам: «Блаженствовал наподобие птицы, весело ходившей по тропинкам бедствий"…

Не долго длилось это блаженство. Вскоре он вмешался в конфликт гимназисток с директрисой. Произошло это так - гимназистка выпускного класса опоздала на урок, а директриса приказала швейцару вытолкать ее на улицу и закрыть двери. Подруги оскорбленной девочки все вместе "подали в отставку". К ним присоединились все гимназистки выпускных классов. «Разом нас багато, нас не подолаты!» Вопрос вынесли на педагогический Совет, который под влиянием Вербицкого постановил, чтобы директриса извинилась перед гимназисткой, а всех девочек восстановили в гимназии. А затем произошел другой случай. Было решено ликвидировать пансион при гимназии. Как водится, назначили ревизию имущества. При этом обнаружили недостачу серебряных ложек. В их исчезновении обвинили переведенного из Варшавы инспектора-поляка. После такого удачного для директора пансиона завершения ревизии, он устроил званый ужин. Николай обнаружил на поданных к столу серебряных ложках штемпель ПБП, о чём и заявил во весь голос. Такое и сейчас не прощается! На следующий же день его обвинили в разлагающем влиянии на учеников. Постановили перевести домой в Чернигов. Вся молодежь Полтавы провожала его далеко за город ...

Именно здесь он стал Первым учителем-наставником Машеньки Адасовской. Вот что пишет в" Биографии Марии Заньковецкой" Н. Г. Лазурская:

"Заметив как-то одаренную девочку, Вербицкий уже не спускал с нее глаз никогда: дружба Марии с Николаем Андреевичем продолжалась и в старших классах... Н. А. Вербицкий за личным признанием Г. Заньковецкой, оказал решающее влияние на ее духовное развитие. Место Вербицкого в ее биографии тем более почетно, что этот учитель словесности не только верно почувствовал общую одаренность своей ученицы, ее любовь к поэзии, тягу к книге, но и чутко увидел ее настоящее призвание: сам актер-любитель, он указал своей ученице ее настоящий путь - в искусство..."

Педагогика была основным призванием Николая Андреевича, но она не мешала его общественной деятельности. Ведь это именно Вербицкому пришлось возрождать Черниговскую Громаду после высылки куренного Степана Носа и отъезда в Нежин Глебовых. Вообще то это ему было совсем нетрудно, ведь вместе с ним в Черниговской гимназии преподавали его побратимы по "Жиляндии" и "Помыйнице" Константинович и Хижняков. К тому же он был любимцем Черниговских гимназистов, которые и составили костяк новой Черниговской Громады. Его ученики-друзья Илья Петрункевич и Илья Шраг вывели Черниговскую Громаду на новый, всероссийский уровень. Впоследствии Петрункевич вместе с Николаем Милюковым создаст Констуционно-демократическую партию Российской империи. Мощнейшую ее партию.

В 1875 он сфотографировался с Киевскими громадовцами
( В семейном альбоме Вербицких под этим фото стихи Николая: «Собирались Малороссы в просветительском кружке, но решали все вопросы лишь на русском языке»).Оканчивала гимназию Машенька Адасовская уже без своего любимого учителя. Зацитирую воспоминания Ивана Рашевского:

" В 1875 г в Мглынском и Сурожском уездах случился голод, а затем и волнения, потребовавшие административных мероприятий. Было в это время перехвачено письмо какой-то дамы, в котором говорилось об участии Вербицкого в организации возмущения крестьян в с. Любещаны. Возникло целое дело и на Вербицкого посыпались обвинения в украинофилстве, в подговоре крестьян к бунту... Результат - бумага из Министерства просвещения о переводе Николая Андреевича для пользы службы в Рязань, но в этой же бумаге было объявлено, что " если он не пожелает воспользоваться предложением, то будет отправлен в Рязань вообще этапом"

Та административная высылка растянулась на целых 25 лет. (10 в Рязани и 15 в Орле. Почти ничего не знаем о том его прозябании в России. Лишь то, что был в Орле любимым учителем будущего знаменитого писателя Леонида Андреева.


Вернулся он в Украину в 1901.Большинство друзей отошло в мир иной. Молодежь забыла и о нем, и о его Громаде. Дружил с Михаилом Коцюбинским. Собирались здесь и «Тарасовцы». За одерного из лидеров «Тарасовцев» Николая Вороного вышла замуж дочь Вера. Но та ссылка подорвала здоровье и в декабре 1909 он тихо угас. Коцюбинский на похоронах Николая Андреевича в декабре 1909 вспомнил его, как "замечательного русского народного учителя". Ничего не вспомнил о его стихах, хоть и сам отсылал их не в один сборник. Он считал, что главным в жизни Николая Андреевича Вербицкого была его подвижническая педагогическая деятельность...

Никогда не были напечатаны ни сборники стихотворений Вербицкого, ни его воспоминания о дружбе с Шевченко, Забилой, Марковичем, Глебовым. Обещал ему, уже полуслепому, разобраться с бумагами и опубликовать всё, что можно, его зять Николай Вороной.
Но оставлял всё на завтра. А завтра и не было. Пришли чекисты и забрали со всем, что было. Вначале ссылка на родину в село Вороное , затем расстрел и общая могила. Где она, никто не знает, как никто не знает, где его огромный архив с материалами Забилы, Кукольника, Марковича, Вербицкого…

Не осталось даже могилы Николая Андреевича. Похоронили его рядом с могилой Афанасия Марковича на Болдиной горе. Еще через три года, рядом похоронили и его младшего побратима Михаила Коцюбинского. А затем грохнул октябрьский переворот и разразилась гражданская война. У людей появились совсем другие ценности. Стало не до захоронений предков. А в 1922 году, исполняя приказ Ленина о реквизиции церковных ценностей, вскрыли, в поисках драгоценностей, захоронение Вербицкого. Не найдя, разрыли всё до основания, выбросив прах. Со временем дожди размыли разрытую могилу, а люди проложили на её месте яр-дорожку с Болдиной горы в урочище «Святое»…

Еще со времен Кирилло-Мефодиевского братства потомки рода Вербицких-Билозерских-Рашевских, вступая в совершеннолетие, приносили Присягу Рода возле Родовых могил. Я же приносил ту Присягу возле надгробия Марковичу. Это я с сестрой у его могилы


Сегодня в Украине каждый день начинается и кончается исполнением «Ще не вмерлы Украины». И продолжаются в звуках Гимна жизни Шевченко, его юных друзей Николая Вербицкого, братьев Рыльских, Саши Стоянова и Павла Чубинского священника Михаила Вербицкого, мятущегося Пантелеймона Кулиша и украинско-польского поэта Паулина Свенцицкого, передавшего слова Гимна Ксенофонту Климковичу и Львовского епископа Полянского, выплеснувшего Гимн на улицы Львова и Украины.

Они были столбовыми дворянами Российской империи польского, русского и болгарского происхождения. Но все они стали украинцами. Ведь с Шевченко и c них началась Украина…



К.т.н.Сиротенко(Вербицкий)

Правнук автора «Ще не вмерлы Украины»

Львов

Сиротенко(Вербицкий)         E-mail









Посмотреть другие страницы :
| 905 | | 904 | | 903 | | 902 | | 901 | | 900 | | 899 | | 898 | | 897 | | 896 | | 895 | | 894 | | 893 | | 892 | | 891 | | 890 | | 889 | | 888 | | 887 | | 886 | | 885 | | 884 | | 883 | | 882 | | 881 | | 880 | | 879 | | 878 | | 877 | | 876 | | 875 | | 874 | | 873 | | 872 | | 871 | | 870 | | 869 | | 868 | | 867 | | 866 | | 865 | | 864 | | 863 | | 862 | | 861 | | 860 | | 859 | | 858 | | 857 | | 856 | | 855 | | 854 | | 853 | | 852 | | 851 | | 850 | | 849 | | 848 | | 847 | | 846 | | 845 | | 844 | | 843 | | 842 | | 841 | | 840 | | 839 | | 838 | | 837 | | 836 | | 835 | | 834 | | 833 | | 832 | | 831 | | 830 | | 829 | | 828 | | 827 | | 826 | | 825 | | 824 | | 823 | | 822 | | 821 | | 820 | | 819 | | 818 | | 817 | | 816 | | 815 | | 814 | | 813 | | 812 | | 811 | | 810 | | 809 | | 808 | | 807 | | 806 | | 805 | | 804 | | 803 | | 802 | | 801 | | 800 | | 799 | | 798 | | 797 | | 796 | | 795 | | 794 | | 793 | | 792 | | 791 | | 790 | | 789 | | 788 | | 787 | | 786 | | 785 | | 784 | | 783 | | 782 | | 781 | | 780 | | 779 | | 778 | | 777 | | 776 | | 775 | | 774 | | 773 | | 772 | | 771 | | 770 | | 769 | | 768 | | 767 | | 766 | | 765 | | 764 | | 763 | | 762 | | 761 | | 760 | | 759 | | 758 | | 757 | | 756 | | 755 | | 754 | | 753 | | 752 | | 751 | | 750 | | 749 | | 748 | | 747 | | 746 | | 745 | | 744 | | 743 | | 742 | | 741 | | 740 | | 739 | | 738 | | 737 | | 736 | | 735 | | 734 | | 733 | | 732 | | 731 | | 730 | | 729 | | 728 | | 727 | | 726 | | 725 | | 724 | | 723 | | 722 | | 721 | | 720 | | 719 | | 718 | | 717 | | 716 | | 715 | | 714 | | 713 | | 712 | | 711 | | 710 | | 709 | | 708 | | 707 | | 706 | | 705 | | 704 | | 703 | | 702 | | 701 | | 700 | | 699 | | 698 | | 697 | | 696 | | 695 | | 694 | | 693 | | 692 | | 691 | | 690 | | 689 | | 688 | | 687 | | 686 | | 685 | | 684 | | 683 | | 682 | | 681 | | 680 | | 679 | | 678 | | 677 | | 676 | | 675 | | 674 | | 673 | | 672 | | 671 | | 670 | | 669 | | 668 | | 667 | | 666 | | 665 | | 664 | | 663 | | 662 | | 661 | | 660 | | 659 | | 658 | | 657 | | 656 | | 655 | | 654 | | 653 | | 652 | | 651 | | 650 | | 649 | | 648 | | 647 | | 646 | | 645 | | 644 | | 643 | | 642 | | 641 | | 640 | | 639 | | 638 | | 637 | | 636 | | 635 | | 634 | | 633 | | 632 | | 631 | | 630 | | 629 | | 628 | | 627 | | 626 | | 625 | | 624 | | 623 | | 622 | | 621 | | 620 | | 619 | | 618 | | 617 | | 616 | | 615 | | 614 | | 613 | | 612 | | 611 | | 610 | | 609 | | 608 | | 607 | | 606 | | 605 | | 604 | | 603 | | 602 | | 601 | | 600 | | 599 | | 598 | | 597 | | 596 | | 595 | | 594 | | 593 | | 592 | | 591 | | 590 | | 589 | | 588 | | 587 | | 586 | | 585 | | 584 | | 583 | | 582 | | 581 | | 580 | | 579 | | 578 | | 577 | | 576 | | 575 | | 574 | | 573 | | 572 | | 571 | | 570 | | 569 | | 568 | | 567 | | 566 | | 565 | | 564 | | 563 | | 562 | | 561 | | 560 | | 559 | | 558 | | 557 | | 556 | | 555 | | 554 | | 553 | | 552 | | 551 | | 550 | | 549 | | 548 | | 547 | | 546 | | 545 | | 544 | | 543 | | 542 | | 541 | | 540 | | 539 | | 538 | | 537 | | 536 | | 535 | | 534 | | 533 | | 532 | | 531 | | 530 | | 529 | | 528 | | 527 | | 526 | | 525 | | 524 | | 523 | | 522 | | 521 | | 520 | | 519 | | 518 | | 517 | | 516 | | 515 | | 514 | | 513 | | 512 | | 511 | | 510 | | 509 | | 508 | | 507 | | 506 | | 505 | | 504 | | 503 | | 502 | | 501 | | 500 | | 499 | | 498 | | 497 | | 496 | | 495 | | 494 | | 493 | | 492 | | 491 | | 490 | | 489 | | 488 | | 487 | | 486 | | 485 | | 484 | | 483 | | 482 | | 481 | | 480 | | 479 | | 478 | | 477 | | 476 | | 475 | | 474 | | 473 | | 472 | | 471 | | 470 | | 469 | | 468 | | 467 | | 466 | | 465 | | 464 | | 463 | | 462 | | 461 | | 460 | | 459 | | 458 | | 457 | | 456 | | 455 | | 454 | | 453 | | 452 | | 451 | | 450 | | 449 | | 448 | | 447 | | 446 | | 445 | | 444 | | 443 | | 442 | | 441 | | 440 | | 439 | | 438 | | 437 | | 436 | | 435 | | 434 | | 433 | | 432 | | 431 | | 430 | | 429 | | 428 | | 427 | | 426 | | 425 | | 424 | | 423 | | 422 | | 421 | | 420 | | 419 | | 418 | | 417 | | 416 | | 415 | | 414 | | 413 | | 412 | | 411 | | 410 | | 409 | | 408 | | 407 | | 406 | | 405 | | 404 | | 403 | | 402 | | 401 | | 400 | | 399 | | 398 | | 397 | | 396 | | 395 | | 394 | | 393 | | 392 | | 391 | | 390 | | 389 | | 388 | | 387 | | 386 | | 385 | | 384 | | 383 | | 382 | | 381 | | 380 | | 379 | | 378 | | 377 | | 376 | | 375 | | 374 | | 373 | | 372 | | 371 | | 370 | | 369 | | 368 | | 367 | | 366 | | 365 | | 364 | | 363 | | 362 | | 361 | | 360 | | 359 | | 358 | | 357 | | 356 | | 355 | | 354 | | 353 | | 352 | | 351 | | 350 | | 349 | | 348 | | 347 | | 346 | | 345 | | 344 | | 343 | | 342 | | 341 | | 340 | | 339 | | 338 | | 337 | | 336 | | 335 | | 334 | | 333 | | 332 | | 331 | | 330 | | 329 | | 328 | | 327 | | 326 | | 325 | | 324 | | 323 | | 322 | | 321 | | 320 | | 319 | | 318 | | 317 | | 316 | | 315 | | 314 | | 313 | | 312 | | 311 | | 310 | | 309 | | 308 | | 307 | | 306 | | 305 | | 304 | | 303 | | 302 | | 301 | | 300 | | 299 | | 298 | | 297 | | 296 | | 295 | | 294 | | 293 | | 292 | | 291 | | 290 | | 289 | | 288 | | 287 | | 286 | | 285 | | 284 | | 283 | | 282 | | 281 | | 280 | | 279 | | 278 | | 277 | | 276 | | 275 | | 274 | | 273 | | 272 | | 271 | | 270 | | 269 | | 268 | | 267 | | 266 | | 265 | | 264 | | 263 | | 262 | | 261 | | 260 | | 259 | | 258 | | 257 | | 256 | | 255 | | 254 | | 253 | | 252 | | 251 | | 250 | | 249 | | 248 | | 247 | | 246 | | 245 | | 244 | | 243 | | 242 | | 241 | | 240 | | 239 | | 238 | | 237 | | 236 | | 235 | | 234 | | 233 | | 232 | | 231 | | 230 | | 229 | | 228 | | 227 | | 226 | | 225 | | 224 | | 223 | | 222 | | 221 | | 220 | | 219 | | 218 | | 217 | | 216 | | 215 | | 214 | | 213 | | 212 | | 211 | | 210 | | 209 | | 208 | | 207 | | 206 | | 205 | | 204 | | 203 | | 202 | | 201 | | 200 | | 199 | | 198 | | 197 | | 196 | | 195 | | 194 | | 193 | | 192 | | 191 | | 190 | | 189 | | 188 | | 187 | | 186 | | 185 | | 184 | | 183 | | 182 | | 181 | | 180 | | 179 | | 178 | | 177 | | 176 | | 175 | | 174 | | 173 | | 172 | | 171 | | 170 | | 169 | | 168 | | 167 | | 166 | | 165 | | 164 | | 163 | | 162 | | 161 | | 160 | | 159 | | 158 | | 157 | | 156 | | 155 | | 154 | | 153 | | 152 | | 151 | | 150 | | 149 | | 148 | | 147 | | 146 | | 145 | | 144 | | 143 | | 142 | | 141 | | 140 | | 139 | | 138 | | 137 | | 136 | | 134 | | 133 | | 132 | | 131 | | 130 | | 129 | | 128 | | 127 | | 126 | | 125 | | 124 | | 123 | | 122 | | 121 | | 120 | | 119 | | 118 | | 117 | | 116 | | 115 | | 114 | | 113 | | 112 | | 111 | | 110 | | 109 | | 108 | | 107 | | 106 | | 105 | | 104 | | 103 | | 102 | | 101 | | 100 | | 99 | | 98 | | 97 | | 96 | | 95 | | 94 | | 93 | | 92 | | 91 | | 90 | | 89 | | 88 | | 87 | | 86 | | 85 | | 84 | | 83 | | 82 | | 81 | | 80 | | 79 | | 78 | | 77 | | 76 | | 75 | | 74 | | 73 | | 72 | | 71 | | 70 | | 69 | | 68 | | 67 | | 66 | | 65 | | 64 | | 63 | | 62 | | 61 | | 60 | | 59 | | 58 | | 57 | | 56 | | 55 | | 54 | | 53 | | 52 | | 51 | | 50 | | 49 | | 48 | | 47 | | 46 | | 45 | | 44 | | 43 | | 42 | | 41 | | 40 | | 39 | | 38 | | 37 | | 36 | | 35 | | 34 | | 33 | | 32 | | 31 | | 30 | | 29 | | 28 | | 27 | | 26 | | 25 | | 24 | | 23 | | 22 | | 21 | | 20 | | 19 | | 18 | | 17 | | 16 | | 15 | | 14 | | 13 | | 12 | | 11 | | 10 | | 9 | | 8 | | 7 | | 6 | | 5 | | 4 | | 3 |

^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр