Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?




история аши 5. окончание.

  «Дорожные хлопоты».

 -«Чайка», удачное название, - говорил Хног на обратном пути из дома Энки.

 Чтобы не тратить много времени на пеший переход в порт, Хног остановил для себя и Аши один из автомобилей, ездивших по городу. Ехать внутри авто Аши понравилось. Мелькнул за окнами парк, машина прокатилась к порту, едва не застряв в процессии паломников, поклонявшихся каким-то божествам и, наконец, авто остановился у пузатой округлой темной туши корабля «Чайка» с квадратной надстройкой поверху.

 Хног расплатился с водителем автомобиля странными металлическими квадратиками с дырочкой посередине, которые он назвал деньги, и машина укатилась. Вызвав через дежурного матроса капитана «Чайки», Хног назвал ему пароль «все видавший» и капитан коротко ему кивнул, приглашая подняться с причала по лесенке на боку подлодки внутрь нее.

 Проведя их внутрь корабля через узковатый коридор с округлыми углами и люками в стенах, капитан провел пришедших в большое помещение и сказал:

 -Через неделю вы должны быть здесь, мы отходим, держа курс на горы. Сегодня вы должны за свой счет приобрести продуктов на вас двоих примерно на месяц и до вечера перевезти их на корабль.

 В грузовые отсеки людям доступа нет – мои матросы сами перетащат туда снедь. Еще вам надо будет взять с собою теплые вещи и одеяла. Туалет находится по борту направо, как выйдете из пассажирского отсека. Мы берем возможно больше людей, поэтому спать будете на полу, вповалку. Принесете одеяла и положите их на пол, где приглянется. Это и будут ваши места. Возьмите с собою кроме одеял запас готовой пищи и воды на 2 дня.

 Хмельных напитков не брать! Одурманивающих средств не брать! Увижу – выброшу за борт без жалости. Девушка пусть возьмет с собой побольше ткани на подкладки во время месячных, стирать ничего не будем, использованное ею будет сожжено в печи, на которой будем готовить на экипаж и пассажиров горячее. По всем вопросам – обращаться к дежурящему у грузового отсека матросу. Меня звать если только небо упадет на землю. Все понятно?

 -Да, - ответил Хног.

 …Когда Аши и ее спутник приобрели и перевезли на борт «Чайки», все, что было нужно, спустилась темнота. Ночь еще не наступила, но в сумерках проглядывали крупные, неестественно крупные, мигавшие из-за газа аргона в воздухе, голубоватые звезды. А дома Хнога ждал сюрприз: на пороге его дома в терпеливом ожидании застыли четверо рыбаков, которые были с Хногом в лодке в тот день, когда он выловил Аши.

 -Хног, мы пришли спросить, идем ли завтра в море? – обратился к нему жестоколицый Чандра. -Ты ходил сегодня к Энки, а каждый раз как сходишь к нему, мы тебя теряем на день-два. А сейчас самый лов! Рыба так и идет к берегу. Скажи, что мы завтра выходим в море.

 -Нет, друзья, - отрезал Хног. – И еще, я должен с вами распроститься. Наймите кого-нибудь пятого себе в помощь. А старшим пусть останется Чандра.

 Рыбаки взволнованно зашумели. Дальше последовали расспросы, уговоры Хнога и наконец, он порывшись в складках своей верхней одежды, вручил им несколько оставшихся у него связок денег, чтобы рыбаки не чувствовали себя в ущербе. Беспечальный Ашока был искренне огорчен уходом Хнога, омрачился и Ефрем, но Навин вздохнул с затаенной радостью, когда Чандра с удовлетворением принял хноговы монеты. Полюбовно расставшись с бывшими товарищами, Хног, уже в доме, разуваясь, проворчал:- Знали бы они чему радуются… Рыба сошла с ума – кормится впрок у берегов. Через неделю, рыбы здесь не будет – вся откочует в глубины, чуя взрыв луны. Не завидую я тем, кто останется…

 Ночью Аши снилось, что она ищет Жнича. Легкое облачко энергии, которое она ловила во снах, постоянно оборачивалось под руками то котом в кружочек с фасеточными глазами, то незнакомыми ругающимися людьми. Странные диковинные существа собрались у ее изголовья, когда она в изнеможении упала на невидимый пол. Они ругались друг на друга, разворачивали голубя, который оказался свернутым куском ткани. Внезапно снялись с места и вяло переругиваясь исчезли в проеме двери того помещения, в котором Аши искала Жнича.

 Аши выглянула в зарешеченное окно – увидела за ним плескавшееся море, вышла следом за покинувшими помещение существами в ту же дверь, пошла по глухим темным коридорам, поняла , что не найдет Жнича и тихо заплакала. Проснулась девушка в слезах, беззвучный ее плач не потревожил сна Хнога. Сон напугал ее и отбил всю решимость что-нибудь искать во сне. Долго Аши лежала в тишине прохладного дома, слушая тихий ропот моря, доносящийся с улицы и чувствуя как беззвучные соленые слезы стекают по лицу, моча изголовье, и незаметно снова уснула без снов.

  «Сновиденье в доме Энки».

 Утром пораньше Хног с Аши отправились к Энки. Выйдя из припортового селения в город, Хног снова остановил автомобиль, попрепирался немного с водителем из-за цены и махнул Аши рукой – «садись!». Доехали они быстро, прошли привычный ритуал пропуска внутрь здания, повторяя его, прошли внутрь здания к Энки.

  Помещение в котором был кабинет Энки оказалось неожиданно небольшим и уютным на человеческий взгляд. Он был совершенно пустым, не считая подушек для сидения, сваленных в углу кабинета кучей и изящного ложа, застеленного мягкой толстой тканью с ворсом, стоявшего вдоль одной из стен прямоугольной комнаты. Окон внутри помещения не было, но света достаточно давал положенный в нишу шар, горевший слегка голубоватым ярким белым пламенем, отчего вся комната освещалась белым светом. Энки был озабочен: фантомы взорвавшейся луны вызовут по всей планете наводнения от 7 до сорока дней в разных ее районах.

  Оставшиеся в распоряжении людей корабли смогут взять лишь третью часть населения планеты, приходится выбирать, кто будет спасен и выбор жесток. Если бы Аши уже сейчас могла сказать, что есть возможность перейти в ее мир! Надо попробовать дорогу сновидения, в которой так хорош был змееобразный Номмо. Но он почему-то сбежал на кораблях и вся надежда теперь на девушку.

 -Последняя надежда, - подчеркнул Энки. Ибо Номмо и его сторонники с последователями Энки не делились всем, а сны оставшихся на Земле Учителей и земных людей ничего не дали.

 Объяснив Аши как надо вести себя в сновидении, чтобы проснуться внутри него, Энки предупредил, чтобы на все предметы вокруг, которые не движутся, она направляла мизинец. Если предмет засветится, к нему нельзя прикасаться, а если вдруг обратится во что-то клокочущее – следует быстро уйти. Как можно быстрее! Если вдруг она увидит стену тумана по левую руку, пусть не пугается и не старается заглянуть за нее, но лучше тогда попробовать сложить пирамиду из камней… Если на пути обрыв, пропасть, водопад или река с морем, надо смело туда бросаться и взлетишь.

 Если вдруг девушка окажется запертой где-то, ей следует заснуть во сне и через сновидения она выберется из Лабиринта. Внутри сновидения можно прочитать и (или) просмотреть (или прослушать) все сведения мира, какие бы тебя не интересовали, надо только этого пожелать.

 Одно Аши должна крепко помнить: спит она или нет, она должна найти дорогу в свой мир и потом, когда проснется, подробно рассказать Энки, что ей снилось. Если ей встретится другой сновидец – можно с ним поговорить: его можно будет определить по испускаемому свету. Бояться ничего не надо, с ней не случится ничего плохого. Главное – помнить одно: она ищет дорогу в свой мир и должна во сне постоянно это делать.

 После этого, не глядя на переминающегося на подушке, сидящего молча в углу Хнога, Энки взял Аши, лежавшую на ложе, за руку и заглянул ей в глаза. Все подернулось для нее туманом в цвет размытого взгляда Энки, Аши почувствовала безграничное доверие к учителю-амфибии и безграничную легкость. Словно на мыслеполе до глубин ее «я» добирался Энки, лишь отступив перед «дверью» за которой Аши прятала свою горькую любовь и свой сегодня ночью обретенный страх перед сновидениями. Внутренне девушка принялась в корчах извиваться и сопротивляться Энки и тот уважительно отступился. Снова Аши не видела ничего кроме тумана, окружающего ее, только в ожидании до нее доносился голос Энки: - Сейчас ты уснешь! Ты будешь помнить мои слова и искать во сне выход в твой мир. Ведь ты сделаешь это, Аши?

 -Да! Сделаю… - отвечала Аши, изо всех сил скрывая охвативший ее страх перед снами. Раздался щелчок, и она уснула, не понимая этого.

 Аши стояла в совершенной темноте, держа в руках узелковое письмо, она размыто видела цвета плетения, но смысл от нее ускользал. Даже основные и важные мысли, вплетенные нитями красного цвета, Аши, сколько ни старалась, не могла разглядеть, плетение в руках ее вдруг расширилось, едва не обвиваясь вокруг тела, превратилось в буквы, несущие образы, как и должно было нести образный рассказ плетение, но тут Аши вспомнила, что должна найти свой прежний мир. Узелковая письменность превратилась в жалкие ремешочки, которые Аши ощутила в своих сжатых кулачках.

 Открылась дверь. Аши поспешно спряталась. Ей не хотелось показываться услышанным голосам. И надо было где-то спрятать узелковое письмо. Аши присела между двух баранов, стадо толклось вокруг и блеяло. Бараны, меж которыми спряталась Аши были круглыми, с богатым пышным руном наощупь.

  -Аши! Оберегающая, Удача, приносящая удачу( счастье)! – звал кто-то в полумраке. Девушке показалось, что там стоят три человека. Но она не откликнулась. Голоса утихли. Тут Аши подумала, что ее бараны белые, а все стадо темное и ее обязательно найдут. Ей надо перепрятаться. Ей надо спрятать узелковое письмо, подумала девушка, уже поднимаясь, крепко зажав в руках разлезающуюся вязь нитей, теперь почему-то повисших на кожаных ремешочках жалкими обрывками с кисточками! Бараны стояли без дыхания, словно неживые.

  Аши растолкала их ногами, брала за спину и в молчании перекидывала за себя. Нашла короб для хранения клубков узелковой письменности, бараны молчали. Аши мотала и мотала клубки и они все не кончались, а короб становился все выше и выше, и больше. Аши наполнила клубками, распуская письмо, второй темный короб, третий, поменьше, покрытый узорами с прялки Макоши, с облегчением запихала в него обрывок ниточки и лязгнув крышкой, обитой железными полосами, с облегчением села на сундук сверху.

 Да? Она что-то искала! Но что? Надо что-то сделать… Но она забыла что!

 Бараны со всем стадом нечувствительно исчезли. Позади Аши была белая руна Иса, на ней закреплена поперек посередине руна Перт. Аши хотела было уже войти в Ису, как вспомнила, что надо направить на нее мизинец. Руну окружил свет, и Аши отпрянула, наощупь ища дверь. Под руками что-то раздвинулось, пропуская девушку внутрь, Аши споткнулась, схватилась обеими руками за Ису, уцепилась за Перт, как за дверную ручку и вывалилась наружу. На улицу! Падение было с высоты, но Аши не расшиблась. Не осознавая, что она спит, во сне она не чувствовала ни тела , ни вообще прикосновений, разве что ощущала изредка что на чем-то стоит, что касается чего-то пальцами.

 Девушка стояла у прямоугольного здания высотой не то в два, не то в один этаж. Аши так и не поняла, что это такое. Посмотрела на здание, бликующее в лучах сумерек стеклом и пошла прочь: она искала дорогу в свой мир. Аши прошла прямо от здания на юг или север, повернула влево, побрела между деревянными кое-как криво сколоченными сараями вдоль узенького ручейка текущей вспять грязной воды, повернула направо. Увидела город в красках, пошла к первому зданию, потянула дверь на себя. Вошла внутрь.

 Поднялась по лестнице на второй этаж, третий… Неизвестно какой. Решила спуститься и вышла из дверей. Здание стояло большое и многоэтажное, полной копией того небольшого, из которого Аши попала вглубь сна... Аши оглянулась. Местность постоянно менялась, не успевала она присмотреться, и что-то коварно и мягко пульсировало изредка под ногами, словно Аши стояла внутри живого существа.

 -Так не бывает, подумала Аши. – Это сон! Я сплю.

 С этими мыслями она принялась спускаться внутри здания по лестнице, вышла на яркий дневной свет, попала внутрь здания, вышла в ту же дверь, вышла в такую же дверь, вновь оказалась в здании. Сосредоточилась, налегая всем телом на выведшие на свет двери, переступила через них, оборачиваясь с ними в сторону, приоткрыла дверь и вышла на устоявшуюся улицу.

 Все приобрело другой вид: вместо пустынной сумеречной местности были широкие ярко освещенные солнцем цветные улицы, по которым шли люди. Двое, излучавших сияние, подошли приветствовать Аши, один правда держался чуть в стороне, и кожа его рук была подозрительно серого цвета. Голову Аши не рассмотрела, но ей мимолетно показалось, что видение непропорциональной серой голой головы с матовыми черными глазами исчезло, сменившись на человеческую.

 Тот же, что нагонял Аши, не отличался от земных людей, разве что был одет в странную куртку по пояс с рукавами на манжетах и темные брюки, с темными ботинками. Рубашка незнакомца была белой и имела отложной воротник. Волосы коротко острижены. Лица почему-то не разглядеть, хотя мелькнуло вроде бы лицо с правильными чертами.

 -Мираж, - представился не остановившейся Аши темноволосый человек.- Ты впервые в этом городе?

 -Да. Думаю, как тут выжить.

 -Я 9 лет приспосабливался, каждую ночь сюда приходил. Если хочешь – могу показать тебе где выйти.

 -Покажи, - ответила Аши.

 -Меня зовут Виктор.

 Девушка не ответила. Она почувствовала, что за нею следует кто-то еще и инстинктивно кинулась бежать, снова забывая, что это сон. Снова оказалась где-то высоко, в бесконечных коридорах, услышала голос: - Не волнуйтесь, лабиринт построен вокруг всего мирка… Говорили не для Аши. Крадучись прошла она по прямому , перпендикулярному ведущим куда-то вдаль и вглубь прямым или извилистым коридорам, проходу. В глубинах длинных коридоров кое-кто иногда был в комнатках. Аши поняла что чем дальше идет, тем больше коридоров видит по левую руку. Возмутилась и остановилась.

 Аши быстро пронесло по прямой и она поняла, что находится в последнем коридоре здания. «-Лабиринт!» - догадалась Аши. Но не ощутила никого нигде живых и решила, что надо проснуться. Очертания приобрели неожиданную четкость. Радость так переполнила девушку, что не помня себя она принялась кричать : - Я проснулась! Я проснулась! – топая ногами в упругий пол. Через некоторое время Аши успокоилась и подумала, что надо поискать выход в мир Прави. Но как? Представь, что тебе надо и найди!

 -Мне надо прочитать книгу, любую, хоть о чем угодно, - подумала Аши и зажмурилась . Перед глазами поплыли красочные круги и ворочающиеся в пространстве разноцветные тонкие и светящиеся прямые линии, словно в упорядоченном беззвучном танце. Вспышки света чередовались с наступавшей темнотой. Аши решила попробовать по-другому. Открыла глаза и произнесла вслух: - Мне надо прочитать любую книгу.

 Перед девушкой в стеклянной прозрачной стене поплыли буквы, в руках у нее зашуршала бумажная тонкая книжица.

 -Инструкция использования спаренных рулей, - прочла Аши. Те же, слова, что в книжице, мелькали на прозрачной стене, за которой виднелась залитая ярким светом улица. Аши показалось, что незнакомец с серыми руками стоит внизу и задрав голову смотрит прямо на нее. Девушка подумала, что вдруг она делает в этом мире, то, что нельзя, и сейчас ее остановят, и попыталась заснуть. А вдруг кто-нибудь придет и скажет, что здесь спать нельзя? Надо выйти на улицу и найти себе уголок, где заснется. Аши владел безотчетный страх. Аши потихоньку положила книжицу на кожаную лавку и не глядя на мелькавшие буквы на стене, пошла наружу.

 Снаружи ее поджидал сероголовый человек, он молча последовал за нею.

 -Ну, где ты? – подбежал к Аши Виктор.- Я уже с ребятами переговорил, пойдем скорее, - продолжал Мираж, ухватив Аши за руку и ведя за собою.

 -Пусти меня, я сама пойду!

 -Хорошо, только не отставай!

 Они с Виктором уже почти подошли к ожидавшей их группке молодых людей впереди, как Аши почувствовала, что кто-то ее усыпляет, как Энки. Только этот кто-то не спросил ее разрешения!

 Местность изменилась вновь на пустынную и сумеречную с бликующим зданием , из которого Аши вышла в сон.

 -Подожди, девушка! – серый незнакомец в куртке и брюках, догнал Аши.- Приглашаю тебя в свой мир. Пошли жить к нам…

 Она хотела было возразить, но утратила дар речи. Они с незнакомцем побежали обратно, взмыли над бесконечным, действительно тянущимся исполинской грядою по краю всего мира Лабиринтом, перелетели пропасть за ним или обрыв. Внизу мелькнула полоска - песчаная почему-то влажная пустыня, за которой виднелась река. Кто-то в голубой куртке летел под ярким солнцем , вытянувшись в воздухе. Аши поняла, что это она сама, но не удивилась, что чувствуя частично свое тело, смотрит на себя сверху, со стороны. Ощущение тела исчезло, осталось лишь ощущение полета. Видела Аши не так, как привыкла, а так, словно она смотрела вперед из-за затылка, без ограничения зрения.

 Впереди под Аши раскинулся вширь, в высоту и вдаль, бесконечный серый и сероватый город с резкими белыми бликами на кубах зданий различной высоты, на серой воде, по которой шли серые крытые корабли, на серых, качающих кронами, деревьях. Белые блики давало белое солнце в вышине, отчего серый мир казался серо-белым. Девушка летела прямо вперед, все дальше над бесконечным городом.

 -Так я не вернусь, - скользнуло у Аши в мыслях. Движение остановилось.

 -Не стала бы я жить в таком бесконечном городе. И все серое!

 Угол зрения изменился, Аши видела теперь небольшой уютный райончик с врезавшимся в серую набережную серым заливом, по которому шел( Аши знала это) теплоход с светло-серыми людьми в рубке. Район значительно приблизился к глазам, словно Аши стала ближе к поверхности.

 -И здесь я жить не хочу. И здесь Жнича нет. Сейчас я упаду, я же только до середины реки могу долететь, -внезапно скользнула мысль. Перед глазами впритык заколебалась необозримая светло-серая водяная крупная рябь и все исчезло.

 -Убийца! – бесплотно вопили голоса, хватающие Аши, волоча ее по узким кривым черным коридорам, запирая в комнату без окон. Колыхнулись яркие желтые шелковые портьеры с кистями по низу штор. Аши поняла, что спит и захотела проснуться. Она была заперта в Лабиринте!

 Комнатка без окон, без мебели, но освещенная. Упругая. –Я не сплю! Я не сплю! – закричала девушка. Что-то негромко хлопнуло: Аши видела лабиринт как темное кольцо вокруг слабо освещенного круга в середине комнаты и поняла, что находится в каком-то мире. Хлопнуло, С хлопком лабиринт с пола упал на голову Аши и та, подавляя сжимавший страх, что не выберется, не глядя на бьющее в окна желтое солнце, силой заставила себя уснуть, попыталась разыскивать во сне выход уже не в Правь, но в мир Хнога и Энки и через 4-5 хаотичных сновидений проснулась.

 Ярко горела голубовато-белым светом лампа-шар в нише комнаты Энки. Аши провела ладонью по вспотевшим, слипшимся волосам.

 -Я все забыла во сне, - потерянно сказала она. – Я только тыкалась из угла в угол и ничего не искала. И Аши рассказала свой сон в подробностях.

 Хног молчал. Молчала Аши. Молчал Энки. Потом , раздув горловой мешок, он заговорил:

 -Все бывает. Ты не до конца поддаешься внушению, все решаешь сама. Трудно было бы ждать, чтобы получилось с первого раза. Но уже понятно, почему бежал Номмо. Лабиринт вокруг мира, не дает сознанию проникнуть за пределы обитаемого, известного тебе мирка: невозможно заставить сознанием природу далеких планет на физическом расстоянии синтезировать тебе тело, пригодное для переселения твоего сознания.

 Из одного мира, отделенного Лабиринтом, сознанием ты проникнешь в другую, столь же изолированную, часть. Нам неизвестно кто и почему строит эти Лабиринты, знаем лишь, что они есть и сторожат их разные стражи. Мы видим во сне в основном миры энергии и наше сознание приспосабливает преобразование ее в привычные или доступные нам образы…

 Энки прервался и добавил: - Очевидно в девушке живет страх перед сном. Можно было бы подождать, пока он исчезнет, но нет времени. Больше не приходите. Встретимся после Потопа, если выживем. Мы хотим перевезти самое приспособленное к дикой жизни население, с самыми одаренными из людей, на космических кораблях на самые высокие горы, а потом вывести корабли на орбиту Земли и излучателями на золоте попробовать хотя бы частично нейтрализовать влияние фантомов второй луны на Землю. Это опасно.

  У нас осталось всего одиннадцать маленьких пассажирских кораблей на всю планету, почти все остальные ушли за Номмо или в отчаянной попытке уйти от эпицентра событий. Если бы Номмо с Ану дождались прогнозирование развития грядущего!

 Просчет событий подсказывает, что стягивание оторванных частей мира постепенно прекращается, а действие фантомов разрушившейся луны оттолкнет от планетной системы все еще приплывающие части мирков и постепенно прекратит стягивание. Мир будет стабилизирован в «поэтажном виде». Может быть тогда, через столетия восстановится и связь между нашим создавшимся миром и другими частями космоса. Как я понял, в отсутствии связи виновато вещество Лабиринта: оно пропускает на близком расстоянии физическое воздействие, но на дальних расстояниях гасит излучение материи, как и проникновение сознания.

 Идите на «Чайку» и живите там, может осталась неделя, может полторы, когда все начнется. Но через неделю вы должны быть уже далеко от этих берегов. Я дам приказ подлодкам выйти в море вместе с кораблями в ближайшие 3 дня. И Энки, расстроено махнув рукой, отпустил молчавшего Хнога и поникшую Аши

  «Время Потопа».

 Едва Аши и Хног вышли из дома Энки, как начался дождь. Он длился не более четырех минут, но Хногу и этого хватило, чтобы растерять все спокойствие. За полторы-две минуты вода поднялась почти до бедер Аши, измочив головное покрывало, которое она не додумалась подобрать и хламиду, накинутую на тело. Хног бранясь, вместе с молчаливой Аши, стянули с ног только башмаки и держали их в руках, да Хног подвернул штаны выше колен, стремясь уберечься от воды, тоже позабыв о хламиде.

 Небо в момент заволокло казалось бы легкими белыми тучками, но дождь полился словно из грозовых облаков. Сначала казавшаяся теплой вода оказалась невообразимо холодной и лила через минуту уже хлещущими струями. Вода все прибывала и прибывала. Поднималась и даже не думала сливаться по наклонной улице.

 -Почему не работает канализация? – подумала Аши, - Почему вода не сливается? – и встретила пристальный взгляд Хнога.

 -Не бойся! – сказал Хног.

 -А я и не боюсь.

 Хног не нашелся что ответить и молча сжал свободной от башмаков рукою тоненькую руку девушки. Внезапно над морем, несколько в стороне от порта собрались черные грозовые тучи и мелькнули разветвленные голубые линии молний. Раздались громкие удары грома. Поднялся ветер.

 -Наконец-то обычная гроза,- облегченно выдохнул Хног. Над ним с Аши и скопившейся под навесом здания небольшой толпою, как по волшебству иссякли бившие тугие струи, через 4 минуты от начала грозы, уже лишь накрапывало. Заработала канализация: вода споро принялась убывать, скоро вихрясь буранчиками, остатки воды с хлюпаньем всосались в зарешеченный люк под ногами. Люди на улице, остановившиеся группками, снова задвигались. Отжимали одежду, смеялись ,тряслись, рыдали, недоумевали…Слышались вопли животных издалека, перекрывая раскаты громов. Над морем гремела и бушевала летняя гроза, небо над морем от грозовых облаков стало черным.

 -Что это было? – спросила Аши.

 -Нестабильная луна, - буркнул Хног. – Ее влияние. Нам повезло, что она не разлетелась на куски именно сейчас. Но предупреждение достаточно внятно. Видела как толпы заволновались? Город полон слухов о катастрофе, но они толком не знают какой и откуда ее ждать.

 -Давай скорее доберемся на «Чайку»?

 -Чем скорее – тем лучше.

 Они обулись и поспешили в смятенный порт. Еще три дня прошли для Аши и Хнога в чреве «Чайки». Подлодка за это время полностью загрузилась и запаслась всем необходимым. Люди заполняли весь пассажирский отсек, лежа вповалку и томясь вынужденной скученностью. Были только одинокие люди, или же семьи без маленьких детей.

 Рядом с Аши, в последний 4ый день постелила в середине пассажирского трюма одеяла молчаливая черноволосая девушка с резкими тонкими и одновременно округлыми очертаниями лица. Она была необычайно красива и женственна, в ней чувствовалась большая внутренняя сила.

 Между тем люк подлодки задраили, негромко заурчали механизмы и «Чайка» пустилась в странствие, очевидно получив по неслышимой пассажирам связи приказ.

 Аши потеряла счет времени: она ела, когда раздавали еду, она спала, когда хотела спать и не слушала переговоров и негромких причитаний внутри трюма. Хног почернел и все чего-то ждал. Глаза у него горели голодным белым огнем. Однажды, все пассажиры в это время спали, раздался мощнейщий удар о борт подлодки, ее словно игрушку подняло и закрутило, подбрасывая вверх и снова небрежно швыряя в глубину. Из недр моря раздался угрожающий рокот. В брюхе подлодки что-то заскрежетало, механизмы заглохли на миг, потом с чиханием и ропотом завелись. Броня тоненько «запела».

  Люди проснулись, поднялся крик, испуганные стоны и плач наполнили трюм. Черноволосая красавица рядом с Аши молчала, лишь крепче стискивая зубы. Людей швыряло друг на друга. Хног, одной рукой вцепившись в Аши, другой в красавицу, едва вытащил их из под свалившихся в кучу тел. -Хорошо, что это не атомная лодка, - только и выговорил он. – Я ждал чего-то такого.

 Из коридора подлодки донеслись громкие крики команд, завыла сирена, послышались четкие приказы. Когда лодку перестало швырять из стороны в сторону, капитан через некоторое время заглянул к пассажирам: -Сохраняйте спокойствие! Корабль поврежден высоким валом воды и мы меняем курс…

 -Выпустите меня, выпустите! – завизжала какая-то женщина. Матросы быстро скользнули к ней, пробираясь меж телами и что-то ей кольнули. Обмякшее тело аккуратно положили на одеяло. Капитан выждал тишины и продолжил, возвысив голос: - Мы проплывем еще примерно трое суток, потом высадимся на горный хребет, который находится у нас прямо по курсу и будем подниматься в горы, насколько это возможно. Кто поднимет крик, усыпим и оставим в лодке! Я сказал!

 Капитан повернулся и вышел вон.

 -Еще трое суток и мы будем на земле, - успокаивающе заговорили матросы, помогая растерянным пассажирам вновь обустроиться на одеялах. – Капитан не бросает слов на ветер, если он сказал, что мы доберемся до земли – то так оно и есть.

 Еще некоторое время дежурные люди экипажа, успокаивали и обустраивали пассажиров, отвечая на их слова, затем ушли из пассажирского трюма. Уколотая пассажирка так и не проснулась. Через несколько часов людей обнесли горячим, невзирая на чувствительные толчки в борта лодки. Аши не став есть кашу, отломила кусочек ячменной горячей лепешки и предложила с водою черноволосой, сидевшей рядом с нею.

 -Как тебя зовут? – спросила Аши.

 -Шаран.

 Хног покосился на них, но не сказав ничего, крепкими зубами принялся перемалывать пищу. После того, как плошки из-под каши были собраны матросами, Хног спросил: - Кто ты, Шаран?

 -Художница и ювелир, - ответила девушка отвернувшись от Хнога , завернулась в верхнее одеяло и закрыла глаза. Судя по всему, ей не хотелось разговаривать.»-Немногословна» - подумалось Аши. За время плавания Шаран не сказала ни одного слова. Разве только если к ней обращались.

 Трое суток тянулись невыносимо долго, но когда они закончились, Аши показалось, что прошло мгновение. Подлодка причалила к земле. Через рубку вверху лодки, по лесенке на боку люди спускались в воду, поднимая над головами небольшие узелки с пищей. Это было все, что капитан, разрешил взять с собою. Фляжки с пресной водой висели у кого на шее, у кого на поясе. Шаран почти плыла, помогая пожилому мужчине. Хног поддерживал под локоть Аши. По пояс в воде, люди с трудом выбрались на сухое место, где уже ждал капитан, скомандовавший отрывисто: - Теперь в горы, скорее.

 Лодку бросили на произвол судьбы. Прибывавшая вода быстро забирала ее. Оглянувшись через пару часов назад, на пройденный путь, с очередной вершины горного хребта, Аши увидела, что «Чайки» не видно в волнах. Всюду, куда ни взгляни, простиралось море, неспешно, но неумолимо поднимавшееся ввысь. Темные тучи над морем обещали осадки. Волны свинцового цвета перекатывались небольшими, но неумолимыми валами, вслед уходящим ввысь людям.

 Три дня и три ночи с очень краткими перерывами на сон, поднимались измученные люди в горы, перелезая с громадного камня на камень, достигая перевалов и вновь поднимаясь вверх без дороги. Гряда чем выше, тем безлесистее становилась. К исходу третьих суток воздух стал разреженным, а голые камни перестал покрывать даже лишайник, над головой нависали беременные белые облака. Дышать разреженным воздухом сделалось трудно. Люди добрались до вершины гряды и временами с тревогой поглядывали на подступившее море.

 Хног не был исключением, но в этот день, вглядевшись в воду он просветлел лицом: море перестало подниматься, а это значило, что фантом взорвавшейся луны, в этой части света переставал действовать. Это означало скорые розыски космических кораблей, которые должны были вернуться из околопланетного пространства, и которые непременно займутся прочесыванием планеты в поисках уцелевших. Это – означало скорую надежду на помощь…

 -Привал! – скомандовал капитан, охрипший от промозглого ветра и холода. – И добавил с улыбкой, странно исказившей его обветренное лицо: - Мы выживем! Море перестало подниматься… Сегодня спите, пока не выспитесь.

 Измученные, оборванные люди, чьи мускулы ныли, а кожа задубела от холода, с трудом проникли в смысл сказанных слов. Больше всего им хотелось упасть, где стояли, но капитан приказал скучиться, как обычно, для сна и греть друг друга телами.

 Ночью измученные Шаран и Аши проснулись не от уже ставшего привычным ветра, а от ледяного озноба. Было холоднее чем обычно. Земля промерзла и отдавала лежащим телам холод. Белые пухлые облака разродились снегом над головами путешественников. Девушки принялись трясти лежащих людей: чтобы не замерзнуть во сне, надо было двигаться. Капитан прокаркал приказ снова идти вперед по скальной гряде, по ее извивающейся вершинной дороге и люди, попадая в ямы между камнями, в которые успел насыпаться снег, кутаясь в промороженную одежду, снова поплелись в ночь.

 Так прошло полночи. Скудное освещение Луны отражалось от снега, заставляя отраженным сиянием его освещать путь. Было видно как в сумерки. К середине ночи поднялся ураганный ветер и яростно задул, пытаясь сбросить путников в море. Капитан приказал остановиться, разгрести снег и сесть, прижимаясь друг к другу. Приказал развязать узелки и немного поесть из скудного припаса, запить несколькими глотками воды съеденное и наполнить фляжки до отказа снегом.

 К утру ветер стих, сдув почти полностью выпавший снег. Капитан приказал экипажу и лекарям из пассажиров осмотреть людей, оказав помощь обмороженным и тем, кто больше других переохладился, и впервые развел костер при помощи автономной пластиковой батарейки с горючим, что он прихватил с собою. Дернув за шнур, торчавший из батарейки, капитан поджег вырвавшийся огонек газа зажигалкой и положил вспыхнувшую через полминуты батарейку-костер на землю. В воздухе нагорья запахло сухим спиртом. Голубоватое пламя костра взвилось ввысь, разбежалось по камням кругом и запылало. Люди, столпились вокруг костра. Когда он догорел, а они согрелись, все снова легли спать. Небо было чистым и ясным, солнце устало светило с вышины неярким светом. Хног спал, Аши же не могла уснуть. Они с Хногом лежали во внешнем круге от костра – им досталось меньше, но Шаран с другими перемерзшими и более больными находилась во внутреннем круге, близ прогоревшего костра. Лежала она как-то странно неподвижно, лицо ее строго застыло, взгляд Шаран остановился. Рядом с ней лежала такая же застывшая, закоченелая семья.

 Аши не поверила своим глазам и тихонько растолкала Хнога. Двух мгновений тому хватило, чтобы все понять.

 -Не выдержали, - тихонько буркнул он, - умерли. Огляделся вокруг и цепким взглядом выделил еще нескольких людей во внешнем круге. Указывая на них Аши, Хног одновременно приложил палец к губам. Потом тихо шепнул: - Не надо будить людей. Постарайся уснуть Аши.

 Потрясение девушки было так велико, что она не могла даже горевать и лежа с открытыми глазами в объятиях Хнога, думала сразу о многих вещах: почему приходит смерть? Есть ли Высшая сила, что создает души и куда души уходят, как скоро их найдут, умрет ли еще кто-то, почему она не смогла пройти дорогой сна в Правь, что ее так испугало с Лабиринте. Что было бы, найди она переход меж мирами и как скоро начнет греть солнце.

 А потом мысли Аши привычно вернулись на всегда жегший ее вопрос: откуда берутся и куда уходят души? Откуда , из какого мира приходят они и куда исчезают со смертью? Может Шаран ушла той же дорогой, что и Жнич? Мучился ли кто еще такими же вопросами и откуда взять на них ответы? Как устроен мир?! Вот если бы ей кто рассказал! Она бы босиком по снегу пошла к тем людям. А если бы и Жнич ждал ее там…

 В сердце Аши не было горечи, одни вопросы без ответов. Не замечая, что умирает, она все больше холодела в руках Хнога, так что тот забеспокоился.

 -Девочка, - тихо говорил Хног отчаянным шопотом, растирая руками ледяное тело девушки,- ну что же ты! Не покидай меня, дурня, одного. Как же я без тебя Аши? Ну же! Дыши! – убеждал Хног, кутая ее в вымороженном воздухе в снятую с себя хламиду.

 Аши вздохнула еще раз и услышала вместо голоса Хнога женский, говоривший на непонятном языке, хотя смысл произносимого Аши был ясен, словно кто-то переводил ей. Голос говорил, что создатель мира и душ Нарайна, вечный и совершенный. И объяснял все это голос Жничу! Девушка потянулась за голосом, приподнялась над собой и словно прорвалась сквозь препону, вышла из тела. Боли не было. Было стремление ввысь. Больше у Аши не было ни образа, ни плоти, лишь немое изумление жило в душе, стремление к Жничу и голосу, звучавшему так явственно, словно говорившая была рядом. Голос вел Аши.

 Аши уже не смотрела на спасшуюся экспедицию. Не видела, как застыл и молча заплакал Хног над оставленным ею телом, обнимая его и прижимая к себе, раскачиваясь от боли. Аши шла туда , где ждал Жнич и проводником к нему были звучавшие слова.

  «Дорога рассказа».

 Творец мира и господин его – Нарайна, - напевно говорила женщина. Природа Нарайны не двойственна, не тройственна и т. д. Она уникальна тем, что Он – над любой природой, он повелевает и использует любую природу по своему усмотрению. Невозможно сказать»Нарайна – такой-то и такой-то, его природа такая-то».

 Никакие качества (никакая природа) не определяет его, но он определяет( наделяет качествами)любой объект. Нарайну невозможно описать каким-то перечнем качеств, потому что он – выше всех существующих качеств, он – источник и повелитель всех качеств и всех природ.

 Нарайна обладает бесконечным количеством сил( способностей, талантов) – «шакти». Одна из его шакти – материальная природа, которой он творит разнообразие материального мира. Таким образом, материальный мир – реализация потенциала Нарайны Творить. Он творит вселенные, а когда приходит время, разрушает их. Но материальный мир – только маленькая частица его бытия. Материальный мир абсолютно реален. А иллюзия, о которой говорят Веды, заключается в том, КАК живые существа воспринимают этот мир: искаженно, не имея знаний о Реальности.

 Нарайна может использовать материальную природу и проявить себя в материальных качествах, как, например, Кришна или другой Аватар.

 А может принять другую природу и быть непроявленным Айвактой. Айвакта – бытие абсолютного умиротворения, абсолютного покоя, абсолютного созерцания. Айвакта – есть бытие совершенства.

 Нарайна, хотя и присутствует в каждом живом существе и в каждом атоме материального мира, в то же самое время не затрагивается тем, что происходит в его частях. Например, в материальном мире постоянно разрушаются и создаются вселенные, но сам Нарайна не разрушается и не возникает вновь. В живых существах происходят какие-то изменения: одно живое существо деградирует и «скатывается» к демонической природе, а другое возвышается до святости, но Нарайна вне всего этого. Все содержится в нем, но то, что происходит с его частями, никак не затрагивает его.

 Живые существа( дживы) не растворяются в Нарайне, они никогда не теряют своей индивидуальности. После мокши( освобождения из самсары – круговорота перерождений) они непосредственно созерцают Нарайну( чего лишены в материальном мире) и существуют в соответствии со своей истинной природой сознания.

 Все сотворенные существа имеют два источника( природу) :первая природа - отделенная энергия – это материальный мир – земля, огонь, вода, воздух, пространство, ум, разум и также аханкар – т. е. ощущение « я совершающий». Это – низшая составляющая.

  Вторая природа( сила) – это та, которую Нарайна отделил от себя в категорию природы, которой Всевышний обладает, которой управляет, но которой не является сам. Она не равна Нарайне, ее обладателю – состоит из джив – живых существ, коей поддерживается этот мир. Джива шакти является сознательной, сознающей, в то время как энергия ума и разума не является сознательной, сознающей. Дживы всего лишь используют ее и являются сознающими, наделенными сознанием. Джива всегда джива, часть Целого. Часть Нарайны, но самостоятельна: не теряет своей индивидуальности.

 Душа не материальна, хотя в заблуждении может отождествлять себя с материей. Живое существо – это воспринимающее начало. Если изъять живое существо из материи, материя будет находиться в статике – ничего в ней происходить не будет. Материя реагирует на те изменения, которые происходят в сознании и когда материя воздействует на живое существо, то это значит, что сознания вызвали изменения материи, которые стали оказывать действие на живое существо. Но сначала материя вопринялась сознанием и в сознании произвелись изменения, в зависимости от того, как живое существо восприняло мир.

 Ум – это целая система функций, это полноценный орган тонкого тела. Равно как и разум. Ум и разум – органы, то – чем воспринимается, а аханкар – то, как воспринимается.

  Иллюзия – это же то, что джива видит себя как часть материи и пытается себя с нею отождествить: быть тем, кто совершает действие окружающей материей и является определяющей причиной действия.

  Изменения в дживах и в материи являются следствием миграции гунн – процессов вселенных. Это – саттва - благость( состояние здоровья,склонности к познанию, ощущение умиротворенного счастья), страсть – раджа(страстный импульс,побуждающий действовать, вызывающий в нашем уме четкие желания) и тамас - тьма(дурман, увядание, слабость). Это три процесса природы. Три ее состояния. Все происходящее в природе – не урок и не кара господня, а естественные циклы, вызванные миграцией гун. Предпочтения к тому или иному виду пищи, вызывается так же гунами. Например, легкая, сладкая, маслянистая, свежая, легко перевариваемая, относится к благости, слишком острая, кислая или чрезмерно горячая – гуна страсти; пища с дурным запахом, несвежая, плоть – явный доминант гуны тьма.

 То, что люди ошибочно принимают за самих себя, за свою собственную природу, это комбинация трех гун. Это, своего рода , компьютерная программа, определяющая предпочтения, свойства и поведенческие паттерны живого существа. Под влиянием благости человек уравновешен, склонен к интеллектуальному труду, для него самоочевидна необходимость быть правдивым и ценить правду, даже если правда приносит дискомфорт. При доминировании страсти, человек одержим амбициями, страстями, чрезмерно активен. Гуна тьма же, наоборот, провоцирует вялость, множество страхов, беспринципность, склонность к депрессии.

  Однако все эти свойства не относятся к вечному живому существу, душе. Это временные оболочки, необходимые для определенной направленности, вектора жизни в материальном мире. С их помощью человек с первых же дней своей жизни имеет интуитивные предпочтения. Возникает полярность, самоочевидно определяющая движение « от минуса к плюсу», от «плохого» к «хорошему».

 Когда же человек приходит к необходимости обнаружить себя настоящего, он разграничивает себя и гуны природы. Знание Истины открывает надобность освободиться от безусловного диктата сочетания гун, чтобы начать жить в Абсолютной реальности собственным пониманием и адекватным выбором.

 

 Нарайна же – сотворение и разрушение всего мироздания. Он тот, «кто знает поле», то есть – живое существо. Он заключает в себе две первоосновы, но дживы(души, живые существа) материального мира и материя – лишь небольшая часть Нарайны. Он источник всего и тот кто, поглощает внутрь себя разрушенные материальные миры и наносное( кажущееся), не соответствующее сути дживы, что разрушается и сбрасывается ею в течении всего ее существования.

 Нарайна вечен и совершенен, достигнув его, вы никогда уже не станете перерождаться: просто не захотите, и станете в совершенном миросозерцании вести тот образ жизни, которому соответствует ваша природа. Будь вы демон, животное, растение, камень или человек...

 Будете созерцать Мир Нарайны, или(и) созерцать самого Нарайну, или создавать при всем этом новые миры и ( или) живых существ энергиями. Или просто жить при созерцании Нарайны и его мира в своем мирке или во всех частях мира сразу. Никто не заставит вас создавать миры или просто быть. Создание миров и ваше бытие не обусловлено никакими планами, для него нет никаких причин, побуждающих делать то или иное, как и для Нарайны. Ты становишься слугой Нарайны, твои желания – это уже его желания. Если ты не видишь Нарайны рядом, он все равно присутствует в тебе и рядом, как Айвакта. Загляни в себя – и ты увидишь Нарайну. Чистое естество живого существа быть в боге и для него, как капли в потоке реки…

  «Среди друзей».

 Аши сделала последнее движение на голос и обрела твердь под ногами, плоть, вес и образ. Она находилась в помещении, смутно напоминающем помещения Небесных учителей. Ее обнимали знакомые руки Жнича, хотя в смотревшем на нее с любовью лице, глаза Аши отказывались узнавать ушедшего любимого. Половина седых волос, резко очерченные скулы, ни намека на юношескую мягкость лица.

  Девушка пошевелилась в удерживавших ее над полом мускулистых руках, ощутила под ладошками твердую плоть груди мужчины и, словно отвечая ее рукам, его тело внезапно изменилось: очертания его сузились в кости, волосы посветлели, лицо стало тем лицом Жнича, которое помнила Аши. Серые глаза с широким черным зрачком ищуще заглянули в синие широко распахнутые глаза девушки.

 -Хног! – выкрикнула Аши и осеклась. Она хотела показать Жнича Хногу, разделить с ним радость от встречи с любимым, но никакого Хнога, понятное дело, не было.

 -Как мы сюда попали? – спросила Аши у Жнича.

 Но тут, доселе незамеченный ею, от стола с экраном над ним, громко закрякал здоровенный зеленошеий коричневый селезень. Аши слышала громкое кряканье, но одновременно и отчетливо звучали слова: - Стю! Она пришла дорогой рассказа Сарасвати.

 -Молчи, несчастный! – сгребая наглую утку в охапку, заявил светловолосый молодой великан. – Давай оставим людей наедине.

 -Мне можно! Я селезень, я не в счет! Положи меня на место! – гневно разоралась утка.

 Но Стю, безнадежно покачав головой, только завернул ему шею под крыло, откуда донеслось гневное: - Голову оторвешь!

 -Пошли, Аши, - сказал гигант Стю. Аши не поняла сразу, что это сказано не ей. В комнате находился еще и третий человек: вылитой внешности Аши, но уже в мужском варианте. Синие глаза, задорная улыбка розовых губ, подтянутая мускулистая худощавость, едва прикрытая набедренной повязкой, по спине спускается серебристая коса.

 -Я – Аши, - представился молодой человек, не спеша на зов Стю, который уже стоял в проеме раскрывшихся дверей с селезнем под мышкой. – Это означает Удача, приносящий удачу, оберегающий, дающий счастье. Ты аватар моей матери в альтернативной ветке истории, поэтому я так похож на тебя. Рад за вас, Жнич! – Удача сделал приветственный жест рукой.

 -Да будь же человеком! – вспылил Стю, - дай любящим людям побыть наедине после разлуки. А то, смотри, Удача, не оторвал тебе Взгард голову в свое время, так я это сделаю. Пошли быстро!

 Удача рассмеялся и покинул вместе со Стю и притихшим селезнем помещение.

 -Жнич, - спросила замирающая от переполнявшего счастья Аши бессмысленно, лишь бы о чем-то спросить: - А кто такой Взгард? И почему он должен был оторвать Удаче голову?

 -О, это целая история, - ответил счастливый Жнич, ставя девушку на пол, но не размыкая объятий. – Еще до того, как Удача и Взгард узнали о подлинной реальности Мира, они жили в мирке, где возможным для умеющего было менять плоть и облик. Однажды Удача выставил Взгарда в смешном свете перед приятелями, чтобы выпутаться, он напоил Раззъяренного Взгарда в знак примирения, но когда тот уснул – нацепил на него одежду и украшения женщины, а сам, снова выставив его на смех, улизнул.

 Проснувшийся Взгард поклялся свернуть Удаче шею и долго гнался по его следу с упорством гончей. Но когда он уже было нагнал насмешника на овечьем пастбище на берегу реки, Удача спрятался между баранами. Но напрасно. Взгард-демон учуял его и потребовал, чтобы Удача вышел к нему сам, тогда он, мол, только изувечит его, но оставит в живых. Каково же было изумление Взгарда, когда средь баранов поднялась тоненькая заплаканная девушка в одной повязке через чресла.

 Незнакомка показалась Взгарду столь прекрасна, а ее испуганные слезы так растрогали демона, что он безоговорочно отправился искать коварного Удачу дальше. Правда, прихватив очаровавшую его красавицу с собой. Ветреный Аши не задумываясь о цене своего спасения, сменил пол и облик на девичий, что чуть его не погубило. Следуя своему озорному нраву, Удача продолжал очаровывать Взгарда не прерываясь: взоры его становились все более задорными и томными, молнии синих глаз так и добивали и без того потерявшего голову демона.

 И, однажды, в реке, заросшей розовым лотосом, Взгард не выдержал: привлек к себе красавицу и стал жадно ее целовать. Пока были поцелуи, Удача еще терпел, но когда дело дошло до неразрывного слияния и ищущих рук, в страхе вернул себе свои настоящие суть и облик. Взгард рычал так, что обезьяны попадали в страхе с деревьев, а олени кинулись прямо в лапы преследовавшему тигру. Удача же выскользнул из рук демона и с облегчением припустил от того по лесной дороге наутек.

 Пять суток не переставая мчал Удача по лесу, путая следы. Пять суток, несся за ним Взгард, пыхая злостью. Но когда он, наконец, нагнал хитреца, то весь пар из него уже вышел. Взгард, пообещал тихо придушить Удачу, подвернись он ему под горячую руку и сгреб потрясенного охальника в охапку. Запечатлев на юношеских губах страстный поцелуй, демон Взгард счел себя в расчете с украдкой отчаянно теревшим себе губы Удачей, и гордо покинул его.

 Теперь они встретились здесь, в том мире, где обитает Нарайна, творец всего сущего и окончательно примирились. Сейчас Удача и Взгард друзья. Взгард творит мирки и конструирует миры вместе с некоторыми живущими здесь людьми. Удача же болтается по гостям, обожая сеять сумятицу. Все никак не уймется, - улыбнулся Аши Жнич.

 -Жнич, а бараны были белые? – расхохоталась Аши.

 -Белые, солнце мое.

  -Скоро и ты увидишь Нарайну и мы выберем как будем жить. Мы навсегда вырвались из череды перерождений и понятий тех, кто считает, что вся жизнь игра и постоянно перерождается по своей доброй воле, не желая увидеть НАСТОЯЩИЙ мир во всей его красоте. А пока, Взгард отстроил нам чудесный дом. Ты ведь будешь мне женой?

 -Да! – выдохнула Аши и поцеловала Жнича. И тут же отстранилась: - А твоя мать, она знает? И как же Хног с Макошью и Гарудой?

 Облачко набежало на чело Жнича: - Для матери я мертв, как ты сейчас мертва для Хнога. Для Макоши и Гаруды ты исчезла в другом мире. Если ты хочешь потратить на объяснения с людьми всю свою вечность: объяснив одним, тебе придется потом объяснять и следующим что, как и почему, - я пойду с тобой. Но это, Аши, бессмысленно, потому что в свое время каждый достигнет Нарайны и выберет сам как проживать вечность. Мы еще обязательно встретимся с теми, кого знали, может быть даже и раньше, чем они придут сюда, и ,может быть, неузнанными для них, в их мирах. Ты все еще хочешь вернуться к Макоши, моей матери или в мирок Хнога?

 Аши подумала и покачала головой: - Нет. Я так не смогу.

 -Тогда пойдем к моим новым друзьям, - сказал Жнич и крепко поцеловал нежные губы Аши своими твердыми губами.

 А Вечность случилась сама собою…

 Примечание: материалы для главы «дорогою рассказа» взяты с интернет-сайта Дхарма-патх в моем понимании и изложении. Остальные материалы для книги, притянуты «за уши» из прочитанного, пережитого, слышанного и увиденного.

 

 

 




Фэнтези

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 8 раз(а)





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр