Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?




Гений

 — Не знаю как тебе, а по мне все эти немецкие города сделаны как под копирку. Бесконечные дома с фахверками, так и хочется лизнуть или сразу откусить. Чистенькие, аккуратные. Пряничные. И почему наши предки словно на мёд сюда слетались? Ведь малые российские городки не менее живописны и уж точно не похожи один на другой. Найдите десять отличий в оформлении центральных площадей городов Баден-Баден и Висбаден! — Моя половинка остановилась на полуслове.

 — Погляди сюда. — Она указала на бронзовый памятник.

 — Это же наш Фёдор Михайлович, собственной персоной. Он что, на приплюснутом земном шаре стоит? Понятно. Весь мир его почитает, а почему босой? Да и сюртук на нём не по росту. Помятый. С чужого плеча, что ли?

 — Последние ботинки и пальто в местном казино проиграл, а заодно и пальто. Вот и одет в то, что милостиво предоставили, — буркнул я. — Проигрался наш гений в пух и прах. Правда, не в здешнем казино, а в Висбадене.

 Супруга опустилась на скамейку и жестом пригласила меня сесть рядом.

 — «Игрока» я читала. Выходит он его сочинял, на основе собственных наблюдений? Так сказать, по горячим следам. А правда, что не мог в игре остановиться? Он же гений! Как такое может быть? И за что его иностранцы обожают? Они же все такие праведные. Живут, словно по инструкции.

 — Дорогая, сколько вопросов сразу. Тебе на все отвечать или мы посидим минуту-другую в этом благостном месте, да и пойдём в сторону вон того ресторанчика?

 — Не увиливай. Местный общепит от тебя никуда не денется. Успеешь ещё рульку с пивом оценить. А сейчас давай о нём. О великом. Он же женатый был. Что же супруга от карточного стола не оторвала? Наверное, в модных магазинчиках день и ночь пропадала?

 — Случилась в истории нашего отечества такая оказия. Император-батюшка Александр Первый взял да и женился на баденской принцессе Луизе. Традиция испокон веков существовала, брать в жёны принцесс. Немецких. Венценосная чета, понятное дело, регулярно навещала родню в Баден-Бадене. Ну, а за ними потянулись подданные высокого и среднего ранга. Вот и стал в позапрошлом веке сей городишко любимцем светского общества. Сюда регулярно наведывались особы королевской крови. Большие и малые правители. И, конечно же, писатели, музыканты, художники. Ну и финансовые воротилы, куда же без них.

 — И чем же все эти господа здесь занимались? Дамы, понятно дело, шопингом, а мужчины? Охотой, что ли?

 — Прежде всего, принимали целебные ванны. Местные горячие источники известны ещё со времён римских походов. Согласно легенде, здесь поправлял своё пошатнувшееся здоровье лично Марк Аврелий. А по вечерам, конечно же, азартные игры. Легальные и никем не запрещённые.

 — И наш Фёдор Михаилович тоже, того. Не удержался?

 — Что поделать, если все наши великие были поражены этим недугом. И Некрасов и Пушкин.

 Супруга посмотрела на меня удивлёнными глазами. — И он, тоже? Здесь?

 — Нет, дорогая. Наше всё, увы, за границей не бывал. А в России-матушке, сего господина глава московской полиции внёс в список известных банкомётов. Людям из этого листа полагался скорый суд и ссылка за игру на деньги. По указу императора объявленной вне закона. Александр Сергеевич слыл игроком азартным. Однако весьма неудачливым. Если ты помнишь, поэт всегда был не в ладах с математикой. А без неё в карточной игре — никак. При игре в четыре партии, умудрялся проиграть три! Если не мог рассчитаться наличными, ставил на кон готовые рукописи. Только не говори об этом своим подругам, учительницам литературы. Услышав такое, запросто могут и в обморок грохнуться. Пятую главу «Онегина» поставил на кон в игре Загряжским. Тот заклад принял без возражений. Ему было доподлинно известно, какую сумму готов заплатить за рукопись издатель!

 — Ну, не томи же! Пушкин продул главу?

 — Проиграл. Листы стали собственностью Загряжского.

 — Но ведь роман-то опубликован, целиком?

 — Пушкин поставил на кон два дорогущих дуэльных пистолета, фирмы «Лепаж» и….

 — Выиграл? — Радостно вскрикнула супруга.

 — Да! Отыграл и рукопись и даже деньги.

 ***

 — С Сергеевичем нашим, всё понятно. Он на кон ставил, то что уже написал. Вещь, так сказать, материальную. Осязаемую. А Достоевский? И вообще как у него с финансами было? Сам же знаешь в наших учебниках литературы, об этом ни гу-гу. Табу, полное. — Супруга взяла меня под руку, и мы отправились в сторону ближайшего заведения общепита. Следуя строго на запах свежеприготовленного кофе.

 — Дорогая, чтобы дать ответ на твой вопрос, мне придётся тебе рассказать, как он вообще оказался за рулеткой.

 — Да. Да. Расскажи. Я вся во внимании.

 ***

 Чета Достоевских после долгого путешествия добралась до Берлина. Большой город писателя, увы, не порадовал.

 — «Холодно как и у нас. И вообще скучно здесь. Поехали далее. А то эти правильные берлинцы расстраивают мои нервы, до самой злости! Дрезден, торговый город. Куплю там тебе, дорогая моя жёнушка, шляпку по последней моде. С лентами и розами. Будем ходить в тамошнюю картинную галерею. Любоваться творениями Рафаэля и Рейсдаля. Слушать, как играет оркестр в парке. Ты же любишь Моцарта, Бетховена и Россини».

 — А когда же он работал? Или забросил на время свои писательские дела?

 — Конечно, работал. По ночам. Писал очень медленно. Уехал в чистенькую Европу, чтобы работать. Но рукопись не писалась. Столько денег потратил что бы сюда добраться и вот. Пропало вдохновение и всё тут.

 — Ну раз так. То почему они назад не вернулись? Дома, как говорится, и стены помогают.

 — Понимаешь, дорогая. Поистратились Достоевские. Аренда весьма приличной, трёхкомнатной квартиры. Обеды в ресторанах. Средств на обратную дорогу не набиралось.

 — И тогда Федор Михаилович решил поправить свои финансовые дела с помощью рулетки?

 — Именно так. Простой способ обогащения. Не так ли?

 — А его любимая Анна Григорьевна даже не пыталась писателя от этой идеи, отговорить?

 — Женщина, конечно, всё понимала. Она видела, что её мужчина всё время ходит угрюмый и злой. День ото дня становится всё более сварливым. Ругает всё подряд. Прямые, как струна улицы, чистенький пруд и т.д. И когда Фёдор Михайлович сообщил ей о своём решении ехать играть, супруга согласилась. Иначе они бы поссорились. Гнева мужа она боялась и всячески старалась избегать.

 — Выходит, что писатель бросил свою супругу в чужом городе? Одну! И уехал?

 — На прощание пообещал, что как только он выиграет, тот же час приедет за ней.

 ***

 — Два кофе по-австрийски. С холодной водой. Пожалуйста. И пирожнное, для дамы. — Мы расположились в уютном кафе и я, грешным делом, подумал, что тема «Достоевский и казино исчерпана». Но не тут-то было.

 — И что было дальше? Наш Фёдор Михайлович, сразу проигрался или, как новичку, ему повезло? — Супруга удручённо покачала головой, изучая цены в меню.

 — Достоевский всё, в мельчайших подробностях, излагал в своих письмах к жене. Дословно, я их, конечно, не помню, но примерно так.

 «До обеда проиграл шестнадцать империалов. Однако к вечеру их отыграл и вдобавок выиграл ещё сто! Мог бы и все триста выиграть, да рискнул и всё опять спустил».

 — И не прекратил? Не остановился? Ведь видел же, что всё может плохо кончиться.

 — Как хорошо, что нам с тобой не знакомо чувство необузданного азарта. Мне кажется, что писатель убедил себя. Он играет исключительно для того, что бы одним махом покончить с нищетой. Забрать свою ненаглядную Аннушку и как можно скорее отбыть на Родину.

 — А на самом деле, уже играл ради процесса? То есть ради самой игры?

 — Ты права. Сходил на почту. Отправил письмо жене. Попросил денег. Вернулся назад. Снова сел за стол. Повезло. Немного выиграл. Но не остановился. Не ушёл. Опять проиграл. Заложил часы.

 Анна Григорьевна оправила супругу деньги. Двадцать империалов и, конечно же, поспешила на вокзал. Встречать своего, вконец разорившегося, мужчину. Но поезд прибыл без него. Зато дома её ждало письмо.

 — Проиграл и то, что прислала? Я права? — Жена отхлебнула кофе. Чашка в её руке подрагивала.

 — Да. Ругал себя сильно. Но при этом просил срочно выслать ещё десять империалов.

 — Ты, как-то обмолвился, что писатель заложил свою душу. Что имел ввиду?

 — Жил в то время издатель. Звали его Федор Тимофеевич Стелловский. Занимался тем, что приобретал души мятежных писателей, оказавшихся в затруднительном финансовом положении. Заключал с ними контракты ровно тогда, когда гении остро нуждались в деньгах и были готовы согласиться на самые невыгодные условия. Вот и Фёдор Михайлович был обязан в кратчайший срок предоставить роман, состоящий из двенадцати печатных листов! В противном случае господин Стелловский получал право в течение девяти лет издавать все работы Достоевского. Не платя автору никакого вознаграждения.

 — По всей видимости, этот самый издатель надеялся, что писатель не успеет. — Супруга поставила на стол пустую чашку и поднялась с места.

 — Скорее всего. Федор Тимофеевич был прекрасно осведомлён, что Достоевский в это самое время отрабатывает подписанный контракт на «Преступление и наказание». К тому же частенько болеет и в эти дни работать увы, не в состоянии. — Мы вышли на свежий воздух и я продолжил.

 — Однако же, за двадцать четыре дня гений сотворил роман «Игрок». Утром Достоевский писал один роман, вечером другой. Неточка Сниткина, молоденькая стенографистка, помогала ему во всём.

 — Это та девушка, на которой Достоевский женился по окончании работы над романом?

 Я кивнул головой в знак согласия.




историческая публицистика

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 38 раз(а)





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр