Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?




Иолиада или превратности судьбы. Глава I, 2

  Содержание

 

 

 Аннотация…………………………………………………………………………………….3

 

  Пролог………………………………………………………………………………………...4

 

  Глава 1. Арголида..…………………………………….….………………………………..5

 

  Глава 2. Божественное прикосновение…………………………………………….…....19

 

  Глава 3. Расплата за любовь ………...……………………………………………….…..37

 

  Глава 4. Своевременные попутчики……………………………………………………48

 

  Глава 5. У Додона……………… . …………….…………..………………………..…….54

 

  Глава 6. В царстве Борея …………………………………………………………………62

 

  Глава 7. Откровения Прометея……………………..………….….……………………75

 

  Глава 8. Обратный путь ….………………………………………………………………..89

 

  Глава 9. Азия……………………………………………………………….………..…….106

 

  Глава 10. За Плутоновым потоком…………………..….…………..…..………….……122

 

  Глава 11. Халдейская весна …………………………………...………..……………….137

 

  Глава 12. Эфиоп-река…………………….. …………………………………....………..151

 

  Глава 13. Волшебное превращение. Устье Нилье …….……………………..……..167

 

  Эпилог……………………………………..………………………………………..….……181

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

  Аннотация

 

 

 

  Эта романтичная история, построенная по всем законам детективного жанра – с погоней, изменой, предательством и страстной любовью произошла в те далекие времена, когда наши далекие предки только начали осознавать себя людьми. Молодая девушка из провинциального городка на Пелопоннесе, оказалась в центре громкого скандала, в результате которого была вынуждена покинуть отчий дом.

 Невероятное путешествие, которое она совершила, по вине хозяйки «Олимпа» послужило поводом для возникновения новых культов в семье народов заселявших необъятные просторы Евразийского континента. Она положила начало новым героям и царям прославившимся не только в Элладе, но и в Передней Азии. Всем известный Геракл - прародитель самих Скифов, и тот является ее дальним потомком в двенадцатом колене. Вынужденное скитание несчастной Ио по всему свету нашло отражение в многочисленных мифах и сказаниях, где она становилась центральным персонажем в космогонических представлениях сотворения мира многих народов мира. Все стали почитать небесную заступницу, и гордились тем, что она в своем знаменитом путешествии почтила своим присутствием тот или иной уголок необъятной земли, и первой среди своих покровительниц считали теперь Ио. Богиня оказалась настолько незаурядной, что свое возникновение они связывали теперь только с ее именем. Наконец-то стали осознавать себя народом, научились строить города, и создавать государства. С ее именем на щитах смело шли в бой, побеждая зло, поскольку она олицетворяла собой только добро.

  Античные авторы знали об этой героине, но кто явился ее прототипом так и не поведали миру.

  Быть может история удивительного путешествия богини Ио, и та необычайная трансформация, произошедшая с ней по пути в Египет, рассказанная в этой книге кому-то и покажется наивной, а кого-то заставит задуматься всерьез. Обожествление небесной коровы, и та роль, которую она оказала на многие народы и континенты станут намного понятнее нам ныне живущим, для того чтобы осознать свое положение в сегодняшнем мире. Книга написана простым и доступным языком, и будет интересна широкому кругу читателей. Это первая часть трилогии под общим названием: «Ио - и ее потомки».

 

 

 

 

 

  Пролог

 

 

  Как бывает просто порой, обидеть человека, не разобравшись толком в сути проблемы, обвинить его во всех смертных грехах и вынести суровый приговор. А потом взять и выгнать из дома, или из страны, если ты наделен властью. Как сложится дальнейшая судьба изгоя правителя подчас и не волнует, хотя вынужденный переселенец может и погибнуть на чужбине с тоски по родине. Но для того, в чьих руках судьбы других, до них самих нет никакого дела. Вот если изгой сумел не только прижиться на другой стороне, но еще и возвыситься, тогда совсем другое дело. Виновнику его несчастий очень скоро станет известно об его успехах и опять-таки вызовет у него зависть. Но может случиться чудо, и изгой добьется прощения. Ведь судьба порой преподносит самые невероятные сюрпризы. И тот, кто раньше был ненавистным врагом и соперником в другой стране может оказаться царем и богом. А тому, кто выгнал его, остается только сожалеть об этом и в тайне завидовать ему. Женская ревность жестока и беспощадна, она не поддается логике и зиждется только на эмоциях. А если оскорбленная сторона вдобавок ко всему еще и честолюбива, то горе тому, кто окажется на ее пути. Нет ужасней той женщины, которая таит на своем сердце обиду и жаждет отмщения и можно только посочувствовать, кому выпал горький жребий испытать на себе весь ее гнев. Никому не понравится быть обманутой, и мало кто сможет не заметить доставленные ей неудобства. Мудрая промолчит, или сделает вид, что ничего не произошло, дабы сохранить незапятнанной репутацию семьи. Другая напротив, не будет ничего скрывать, и измену мужа вынесет на всеобщее обозрение, что бы стыдно стало ему, а себя представить в роли невинной овечки. Кто знает, что лучше в таких вопросах, когда дело касается семейных отношений. Советы давать трудно и неблагодарно, поскольку можно оказаться в роли крайнего. Лучше вообще не создавать такие проблемы, из которых так трудно порой найти единственный и правильный выход. Но все мы люди и у каждого может случиться грех. Не огражденными от людских пороков были и боги, создавшими нас по своему образу и подобию. Случались и у них большие и маленькие грешки, которые не лучшим образом сказывались на их репутации. В те далекие времена, когда миром правили боги, ревность уже появилась на свет и начала свой разрушительный путь, оставляя после себя лишь только горе и страдание. Одна из первых кто испытала на себе ее последствия, оказалась молодая богиня, только недавно достигшая совершеннолетия и несмело вступающая во взрослую жизнь. Кто были на самом деле ее родители, и где она родилась история довольно темная. Может о них никогда и не узнали бы, если бы она не оказалась участницей громкого скандала разразившегося на Олимпе и потрясшего все небесное царство. Позже на ее отцовство претендовало сразу несколько богов, великих и не очень. Из провинциальной воспитанницы пансиона благородных девиц она в одночасье превратилась в знаменитость. Наверно вся беда ее была в том, что она родилась слишком красивой, а это не могло не вызвать зависть и ревность высших богов правящих миром в те времена. Зависть, конечно, исходила не от всех небожителей, а со стороны их лучшей половины. Пусть и не всех представительниц прекрасной половины Олимпа, а одной, зато какой! Ее угораздило перейти дорогу «Первой Леди» небесного царства, а это никак не могло остаться незамеченным с ее стороны. Разве можно допустить, чтобы какая-то богиня могла быть красивее самой Геры? Она должна быть лучшей всегда и во всем, служить примером для подражания своим подчиненным. А если не ты первая, какой же это пример? Никакой. Когда дело касается красоты, это становится самым болезненным вопросом для любой женщины, тем более супруги Зевса. Ревность небесной Царицы и последовавшее за ней возмездие, привели к таким последствиям, которые перевернули весь Мир и открыли новую страницу в истории человечества.

 

 

 

 

 

 

 

 Ибо я - первая и я же - последняя Я - почитаемая Я - блудница и святая. Я - жена и дева Я - мать и дочь Я - руки матери моей. Я - бесплодна, но бесчисленны дети мои. Я счастлива в браке и не замужем. Я - та, кто производит на свет, и та, кто вовек не даст потомства. Я облегчаю родовые муки Я - супруг и супруга. И это я родила моего мужа. Я - мать моего отца Я - сестра моего мужа. Поклоняйтесь мне вечно, Ибо я - злонравна и великодушна.

  Гимн Изиде, 3-4 век до н.э.

 

 

 

  Глава 1

 

 

 

  Эта история началась вскоре после завершения великой битвы богов, после чего на Олимпе появился новый хозяин – Зевс. Извечная проблема - «Отцов и детей» была решена тогда традиционным олимпийским способом. Дети одержали верх в смертельной схватке и доказали, что они сильнее своих родителей и только им теперь дозволено управлять Миром. Отцы были жестоки, но и дети не намного отличались от них в своем стремлении занять их место и воссесть на трон. Измена подлость и коварство были тогда в порядке вещей, и чтобы выжить в той нелегкой борьбе, приходилось использовать любые средства для достижения своих целей. Но любая война рано или поздно заканчивается, и после хаоса наступает возрождение всего того, что было утрачено. На смену разрухе приходит мир и порядок. Тогда молодым реформаторам удалось одержать верх в том великом противостоянии, а своих отцов отправить на заслуженный отдых. Кому-то повезло больше - они попали в Тартар, другим меньше - они либо были уничтожены или перешли в другое измерение, превратясь в пыль и электромагнитные волны, вынужденные теперь вечно скитаться по Вселенной и ждать того часа, когда им суждено, будет вновь воплотиться во что-нибудь материальное. На смену второму поколению богов пришло третье. Они были такие же, как люди, только с большими возможностями, чем простые смертные; да наверно более хитрые, в остальном же отличий особенных не было. Жили они естественно намного дольше, и обладали незаурядными способностями, доступными лишь немногим смертным. Смутные времена остались в прошлом, власть давно поделили, и наступила эра благоденствия и процветания. Все обязанности богов давно были распределены между собой, работы почти никакой, и оставалось уйма свободного времени, чтобы предаваться безудержному веселью и наслаждаться всеми прелестями беспечной жизни. Наступили скучные будни, и тоска по подвигам стала одолевать сильных мира сего. Когда бесконечные пиры и шумные застолья уже надоедают, а видеть одни и те же лица каждый день становится утомительно, тогда и возникает потребность сменить на время обстановку. Совершить путешествие, например, или просто прогуляться, и подышать свежим воздухом, а заодно заглянуть в какой-нибудь удаленный уголок своего царства и проверить – все ли там на месте. Иногда, так хочется тишины и покоя, что хочется убежать куда угодно от повседневной суеты и побыть наедине с природой и с самим собой хоть на часок. Подчас идешь куда-то занятый своими мыслями и незаметно как можешь оказаться в совершенно незнакомом месте, таящем в себе самые удивительные открытия. Судьба может преподнести такие сюрпризы, о которых даже и не мечтал в своих фантазиях, подарить такое, о чем будешь вспоминать потом до конца своих дней. А вот, что она готовит тебе, ни за что и не догадаешься, это может быть и радость и печаль, счастье или горе, но наперед узнать не всякому подвластно, не человеку и не богу. Никогда не знаешь, где найдешь свое счастье, а оно может оказаться совсем близко – надо только изменить свой привычный маршрут и пойти другой дорогой. Надо сделать всего лишь первый шаг в неизвестность, навстречу своей судьбе и она преподнесет самые неожиданные сюрпризы. Даже сильные мира сего и царства небесного не в силах предугадать свое будущее. Эта тайна доступна избранным, и если бы все знали наперед, что произойдет с ними завтра или через час, то жизнь бы замерла на месте, не в силах продолжаться дальше, поскольку все опасности избегали бы стороной. Но первые боги подумали над этим, и чтобы не было застоя на земле, придумали и зиму и весну, любовь и смерть, печаль и радость – все это вместе они назвали простым словом - жизнь.

  Пряха Мойры Клото, вытягивала замысловатую нить жизни и судьбы для самого Зевса уже давно, но до сих пор она была довольно ровная без узелков и петель, а вот сегодня явно получался брак. Старшая сестра вначале пыталась снять или по крайней мере распрямить все эти узелки шероховатости и заусенцы, но не получилось, она занозила палец пытаясь снять с нити какие-то иголки – плюнула с досады и пошла вытаскивать занозу. Что это сулило владыки, она прекрасно осознавала, но не спешила с ним поделиться возможными опасностями для громовержца, поскольку вход в их дом был закрыт для посторонних, а выходить на свет божий они не торопились. Он ей был хоть и родственником, но очень дальним, поэтому и власти над собой никакой не признавала, и угрызений совести тем более. Хотя он и считался «вершителем судеб», но и он не в силах был управлять ими, по той простой причине, что они были намного его старше. Законы вселенной никто не в силах изменить, каким бы высоким богом тот не считался. Неудивительно, что им была подвластна судьба любого обитателя Олимпа, даже самого старшего из них. Они дочери самой Никты – богини Ночи, и бога вечного мрака и космического холода - Эреба, рожденные вместе со своей сестрой Хаосом и Мглой еще тогда когда и мира-то этого не существовало и в помине - на заре зарождения вселенной из первичной материи суть, которой познать, никому не дано. Вот они-то и заложили те законы, которым подчиняется все живое в этом мире. Нить судьбы Клото могла сплести кому угодно, даже брату – если понадобится. Только Зевс ей был всего лишь внуком, а стало быть никаких угрызений совести она не испытывала, поскольку подчинялась основному закону мироздания – ничто заранее не предопределено. Клото подумала: «Так, что извини внучок, но это наша работа плести веревочку и нить всей жизни от начала до заката – пришел и твой черед преодолеть препятствие, а проще узелок. Быть может для тебя он прост и развязать его сумеешь быстро, а может и напротив слишком крепким будет он и разрубать его своим мечом тебе придется».

  Если уж старшая начала свое дело, то ее начинание подхватывали две другие сестрички, такие же старые и уродливые как и она сама. Лахесис со своими весами или мерками, правда еще не определила длину этой нити, но в скором времени должна была разрешить эту проблему, и уже тогда придет очередь и младшей сестре Атропос выполнить свой долг. Та вместе с книгой жизни и ножницами, могла прервать его правление в этом мире в любую минуту и навсегда - она с нетерпением ждала своего часа, но время его еще не наступило. Нить его жизни, пока, что получалась очень длинной, и размер ее совсем запутал среднюю Мойру. Но Клото не останавливалась ни на минуту, и в следующий виток ее спирали должен был угодить сам Владыка - « Вершитель судеб», каковым он себя считал до сих пор. Вот теперь Мойры и посмотрят каков он Вершитель на самом деле, когда попадет в их сети свитые из золотых нитей, как и подобает великим царям и богам. Простым смертным можно сплести суровую нитку из пакли или льна, благо она не такая длинная и замысловатая, прервать которую можно с самого начала. Великим уготована другая участь – жизнь длинная и романтическая. Итак, Мойры были готовы и ждали богатой добычи, которая должна была попасть в их сети. Добыча пока что об этом совсем не догадывалась и продолжала наслаждаться жизнью.

  Властелин Мира и Олимпа после очередного пира устроенного не понятно, по какому поводу, когда все боги улеглись спать прямо за столом, решил развеяться. Вино уже не лезло в горло, на желудке была тяжесть, голова правда была свежа, как ни странно, но в теле накопилась усталость, вот тогда-то он и решил размяться. Кислота поднялась с самого дна желудка, и приходилось постоянно сглатывать, чтобы вернуть ее на прежнее место, дабы унять так не вовремя подступившую тошноту, нужно срочно было вернуть телу вертикальное положение. Дышать в зале стало трудно. Кислород выгорел, сожженный масляными светильниками. Они хоть и не коптили, заправленные оливковым маслом, но запах оставляли не вполне аппетитный, к тому же и благовония, щедро воскуренные перед началом трапезы, не добавляли свежести и не поднимали настроения. А если добавить к тому еще и стойкий запах перегара притихших богов, то и вовсе складывалась унылая картина. Смесь винных паров, благовоний и гари создавали тягостную атмосферу – голова отяжелела, а глаза начали слезиться, так что с трудом можно было различать размытые фигуры богов прислуги и артистов, уставших развлекать почтенную публику. Он встал из-за стола и медленно вышел на террасу дворца. Его ухода почти никто и не заметил. Солнечный блик от мраморного пола больно резанул по глазам, уже успевшим привыкнуть к полумраку тронного зала, он закрыл их руками и подождал, пока они не привыкнут к солнечному свету. День только начался, спать, как назло не хотелось, вот Великий и пошел побродить по округе. Он вздохнул полной грудью свежий воздух, напоенный ароматом горных трав, и богатой растительности произраставшей вокруг дворца и тяжело спустился по широким ступенькам во двор. Шурша сандалиями по гравию, неторопливо повернул за угол и последовал прочь от своего жилища. О чем он тогда думал – не понятно, скорее всего, не о чем, так одна пустота, да сквозняк в голове, выдувающий любые мысли, кроме примитивных рефлексов и первобытных инстинктов, не подвластных основному сознанию. Прошло уже немало времени, пребывания в расслабленном состоянии, как он очнулся от своих нехитрых дум, оказавшись в удивительном саду. Как он там оказался он и сам не помнил – то ли пришел, то ли приплыл под действием левитации, пребывая в расслабленном состоянии, не столь важно. Только очнулся в совсем незнакомом месте.

  Некоторые, о чем бы, они не думали, только мысли все их направлены в одном направлении – как бы сходить «налево». Вроде как вышел погулять, а ноги сами ведут туда куда нужно. Владыку Мира и Небес судьба привела в правильное место, когда заметил он божественное создание, краше которого прежде никогда не видывал. Он думал, что уже все самое лучшее до него было создано, а что такое красота он знает лучше других, поскольку женился на самой прекрасной из богинь, равной которой вроде как не было, если не считать дочери Афродиты. Однако он ошибся. Он не достиг еще такого мастерства, чтобы сравниться со своими предшественниками. Титаны, судя по всему, кое-что умели делать лучше него. Он считал: если предки до него, что-то и сделали не так и не во всем достигли совершенства, так он в состоянии был исправить их ошибки, надеясь получить неподражаемый результат в своем потомстве. Он полагал, что только у него могут рождаться самые красивые дети, каких у других богов быть не может. Но оказалось – это не совсем так. От неожиданности он чуть не уперся головой в Ясень, раскинувшим свою необъятную крону возле тропинки, она поворачивала направо и заканчивалась возле родника, который бил прямо из скалы. Какой-то неземной свет показался впереди, заставив Владыку остановиться и приглядеться к волшебному видению. Трудно было разобрать сначала, что же привлекло внимание Всевышнего, поскольку мешали деревья, но как только он отогнул немного ветви тамариска, так увидел, что свет исходит не из ручья, а сияет, первозданной своей красотой всего лишь человек. Конечно не простая смертная, а наверняка богиня. Настолько она была молода и прекрасна, что казалось, будто светится ее кожа, напоенная лунным светом, а в глазах отражается лазурное море. Белокурые волосы раскинулись по плечам, еще больше подчеркивая матовую белизну кожи как у младенца.

  - О, небо, откуда такая красота! - воскликнул он, в изумлении подняв голову и встретив испуганный взгляд. - Какой же Я, Великий, если кто-то сумел родить дитя прекраснее всего на свете, а не я сам создал такое творение. Своих детей я вроде бы всех знаю, а эта явно не моя.

  - Ой, здесь кто-то есть, – вскрикнула незнакомка, - Или мне показалось?

 Он вышел из-за деревьев и посмотрел на девушку. Та обернулась на шорох и увидела незнакомого мужчину. Он сделал несколько шагов навстречу и остановился.

  - Что за наваждение такое, – подумал Зевс. – Кто бы это мог быть - смертный или кто из наших? Человек не может обладать такой неземной красотой. Лицо светится, каким-то лунным светом, откуда-то изнутри. Глаза, однако, не красные и не желтые, да и к тому же и зрачки круглые, обычные – не вертикальные и не горизонтальные, значит она ни видение никакое, ни монстр и не пленница Аида.

  - Кто здесь? – спросила незнакомка.

  - Нет, она одна из нас и никакой не призрак вовсе, - сам себе ответил Владыка, - те никого не боятся, а сами могут напугать кого угодно, даже нас богов.

  - Кто Вы?

  - Не бойся меня незнакомка, я не причиню тебе никакого вреда.

  Он был одет в тунику лазоревого цвета, с пурпурным рисунком на плечах и внизу по кайме одежды. Она доходила ему чуть ниже колен, что говорило об его еще вполне молодом возрасте. Широкий пояс, которым он был подпоясан, подчеркивал его могучую фигуру и знатное положение. Ремень был красиво отделан камнями и заканчивался золотой пряжкой в виде двух змей пожирающих друг друга за хвост, с огромным изумрудом внутри. Нарядные сандалии были отделаны золотом, а ремешки белой кожи какой-то рептилии – ни то пиндской гадюки, ни то марафонской гюрзы, и крепко держались на ступне. Ногти на ногах были профессионально обработаны косметологом и еще не имели грибка. Борода аккуратно подстрижена, а карие глаза нагло рассматривали молодую богиню из под черных бровей, еще не успевших срастись на переносице.

  - Кто ты господин, и почему так смотришь на меня, как будто хочешь съесть? - спросила девушка, и посмотрела на неизвестно как здесь оказавшегося солидного мужчину. - Не смотри так на меня, я стесняюсь. Разве не видишь, я слегка не одета.

  - Я знакомый Геры. – не моргнув глазом, слукавил Великий Громовержец, и, явно не спешил отворачиваться. - Приехал с инспекционной проверкой монастыря. Проведу здесь несколько дней, поэтому хотелось бы познакомиться со всеми послушницами поближе и сверить их личные данные.

  - А что нас сверять, нас настоятельница проверяет каждый день.

 Зевс понял, что сказал явную глупость, поскольку незнакомка насторожилась и пристально его рассматривает. Он попробовал завести разговор в другом направлении.

  - Мне надо проверить пожарную безопасность вашего заведения, бухгалтерскую отчетность, провести небольшой Аудит, нет ли воровства в вашем богоугодном заведении, ну и много чего другого, вряд ли тебе это будет интересно. Так как ты говоришь, тебя зовут?

  - Ио, – ответила девушка и покраснела.

  - Не может быть? – удивился Зевс.

  - Чего не может быть, Вы, что меня знаете?

  - Похоже, что знаю.

  Ио не была готова к подобной встрече, поэтому и растерялась при виде незнакомца в монастырском саду. Ведь она всего лишь послушница монастыря, только постигающая сложную науку колдовства, прорицательства и телекинеза. А искусство обольщения мужчин, вообще должны преподавать только в следующем семестре. К тому же она понятия не имела, как полагается вести себя молодой леди знатного происхождения с незнакомыми мужчинами. Этикет, конечно, преподавали, но там все относилось к официальным приемам в присутствии старших по званию, или хотя бы родителей. Но ни слова не говорилась, как следует поступать с ними в приватной беседе и без свидетелей. Здесь же приходилось полагаться только на себя.

 Она только набрала воды в кувшин из Керхнийского источника и уже собиралась пойти домой, потом передумала и решила умыться, для чего обнажилась по пояс и с благодатью плескалась возле небольшого бассейна с маленьким фонтанчиком. Только она освежила лицо, шею и грудь, как тут появился он. Мужчин она видела редко, поэтому и обомлела от такого красавца. Она была настолько хороша собой, что он не смог пройти мимо и оторвать свой взор от ее неотразимой красоты. Он готов был смотреть на нее вечно, даже впал в какой-то ступор как под гипнозом - встал как вкопанный и открыл рот от удивления. Небесный сердцеед, тоже был немало удивлен такой встрече, и как только ее увидал, тут же потерял голову, и все мысли его теперь были прикованы только к ней. Он забыл в тот момент про всех на свете – жену, дочь, придворных, про какие-то обязательства перед семьей, правилах приличия, все отошло на второй план. Самое главное было здесь и сейчас. Он поймал себя на мысли, что именно она ему теперь нужна как воздух, как глоток чистой воды после тяжкого похмелья. Он подумал: «Откуда это божественное создание и почему, я ее не знаю»? Стоило от чего потерять голову: пройти мимо такой красоты было просто не возможно, или он не мужчина? Какое же богатство хранит его царство! А он и не догадывался, какие сокровища могут скрываться в его владениях. Если она не его дочь, то кто же ее родители, коли сумели произвести на свет такое чудо. Наверное, боги второй династии, ведь только им было подвластно создавать столь удивительные творения? Как и не стыдно было в том признаться, но они были намного сильнее и искуснее чем их дети. В общем-то, он не ошибся в ее божественном происхождении и не далек был от истины, предположив, что только боги в своей власти способны произвести на свет такую красоту.

  - Неужели ты дочь бога Инаха? – удивился громовержец. - Вот так встреча, какая же ты стала взрослая!

  - Я не знаю своих родителей. – Ио прикрылась одеждой, и ждала, когда же он все-таки отвернется, чтобы одеться, как следует. - Вы наверно большой господин, коли знаете всех богов в лицо, и у кого какие дети?

  - Так, видел как-то на одном приеме, - Зевс понял, что сказал лишнего. - Ну и познакомился тогда с некоторыми влиятельными особами.

  - Не всем богам удается побывать на Олимпе, – ответила богиня. - Вы явно не относитесь к простым смертным, коли в друзьях у вас сама Гера, да к тому же знаете моих родителей.

  - У меня особые полномочия, - начал сочинять Владыка. – Поэтому я вхож во многие знатные дома. Правда, мне не всегда рады.

  Действительно она была не простая смертная, а дочь речного бога Инаха и царя Аргоса по совместительству. Матерью же была нимфа Мелия. Разве могла от нимфы родиться просто дочь, без каких-либо достоинств? Конечно, нет. От них получались только красивые и одаренные дети, впрочем, и у них бывали исключения. Правда, к Ио это не имело никакого отношения. Она была самой лучшей и красивой среди нимф, и видно потому родители решили отдать ее в пансион Герейон при храме Геры. Он как раз и находился здесь неподалеку от Аргоса на террасе горы, в центре плодородной долины на вершине холмов Аспид и Лариса, где скоро появятся Тиринф и Микены, навечно прославившие этот тихий край. Отец с матерью решили спрятать свою незаурядную дочь подальше от завистливых глаз, дабы уберечь ее от тлетворного влияния Олимпийского бомонда, а свое родство пока поберечь в тайне. Родители надеялись, что к моменту своего взросления, и приобретения надлежащего образования, у нее появятся устойчивые моральные принципы, и она сможет уверенно противостоять свободным нравам Высшего света. Не поддаваться его соблазнам и сохранить целомудрие до своего совершеннолетия. Со временем найдет себе достойного жениха, и создаст счастливую семью. Замысел родителей, в общем-то, был верный, но как всегда вмешался его Величество Случай, и все пошло наперекосяк. Закончить, свое образование, по-видимому, теперь ей было не суждено, поскольку появившийся кавалер, совсем не собирался уходить, и все настойчивее предлагал свою дружбу. Первоначально Ио растерялась от этой встречи, но вовремя взяла себя в руки.

  - Отец твой, - продолжал рассказывать молодой нимфе Владыка. - Всем известный речной бог Инах, а мать нимфа Мелия – хорошие и порядочные боги. Ничего не могу сказать про них дурного. Он Сын Океана – прародителя вод, брат Крона. Все они титаны первого поколения, создавшие этот удивительный мир.

  - Да, знаю я все это.

  - Ну, я решил просто напомнить тебе, кто твой отец, - продолжал Владыка. - «Инах великий, славят тебя и аргосские нивы, и Геры покатый уклон, а также пеласги - Тирренское племя. Сбегает он быстро в Эпире от Пинда и Лакма высот, что в перребской стране; к амфилохам затем, к акарнанцам, и там, в Ахелоя струи свои он приносит. Оттуда, прорезав пучину, в Лиркей устремляет он волны и в Аргоса край приносит он чистые воды».

  Инах приняв несколько незначительных притоков, изливается в Арголийский залив, заметно теряя свою чистоту, причем в нижнем течении застаивается, образуя известное в Лернейское болото, которое в судьбе Ио сыграет не последнюю роль.

  - Так ведь Инах царь Аргоса? - спросила Ио.

  - Да, и река, которая течет внизу, носит его имя, - ответил Зевс, - так, что он всегда незримо с тобой и оберегает тебя от посторонних глаз. Вон куда тебя запрятал. Слышишь, как внизу шумит река, это он к морю выводят свои от блужданий усталые воды.

  - Да, говорят, он живет в глубокой пещере, - также театрально сказала Ио, - где и берет начало эта река. Только Инах находится в Эпире, а здесь с вершины Аспида берет свое начало Алфиос. Не так ли?

  - Так, но Инах здесь также протекает.

  - Ну, спорить не буду Вам виднее, - не стала возражать нимфа, - раз Вы такой осведомленный господин и в курсе всех событий, только эта река все-таки находится на материке.

  - Ты говоришь, что не помнишь своих родителей, - молвит Зевс. – Однако знаешь, где живет твой отец.

  - Я не знала, до сего дня, что он мой отец, - искренне удивилась молодая нимфа, - просто не могу в это поверить.

  - Да, ты царская дочь, - ответил громовержец. - И можешь гордиться своим отцом.

  - А почему я Вам должна верить? – все-таки усомнилась богиня.

  - Потому, что я никогда не лгу, - сказал он, и ему стало стыдно.

  Она внимательно посмотрела на него, улыбнулась, и, не дождавшись, пока он удосужится отвернуть свой хищный взгляд, повернулась к нему спиной, надела хитон с изумрудной фибулой, на правом плече, и вытерла лицо. Он свободно облегал ее стройное тело, оставляя открытыми ноги в плетеных сандалиях на толстой подошве, отчего ноги казались еще длиннее. Другие носили более длинную одежду, ниспадавшую до пят, Ио была молода и могла себе позволить более смелый вариант. Верхнюю часть ткани, согласно тогдашней моде драпировали, а затем оборачивали вокруг тела - так в Балканской Греции впоследствии возникнет дорический хитон. Его стягивали поясом на талии и застегивали на плече, оставляя руки открытыми, хотя иногда к хитону прикреплялись и небольшие рукава, когда становилось особенно холодно, скажем плюс пятнадцать. Ионический хитон был немного сложнее и состоял уже из двух сшитых по бокам кусков ткани, застегивающихся несколькими брошками или фибулами по всей длине руки - от плеча до запястий. Тогда естественно он назывался по-другому, а свое название приобретет от ионических племен, начавших свою родословную как раз с Иона или самой Ио. Светские дамы следили за своей внешностью весьма придирчиво, обращая особое внимание на состояние своей кожи, поэтому каждый день принимали ванну и натирали свое тело ароматическими маслами с лихвой замещающие и духи и дезодоранты. Впрочем, духи уже были и тогда, но почему-то не пользовались большим спросом. Так освежались некоторые богини, при достижении переходного возраста, когда хотели привлечь к себе внимание издалека, чтобы запах шел за километр и привлекал предмет своих желаний еще на дальних подступах. Но большинство обходилось без таких приемов и достигали своих целей другими способами – или при помощи магии, или благовоний, которые, правда, доступны были не многим поскольку привозились издалека. Местные модницы находили ароматические вещества из местных растений, пускай и не столь престижных, зато своих и в большом избытке – олива, мирт и хвоя. Ио была не бедной и вполне могла себе позволить умастить себя благовониями египетского и ливанского производства, что она и собиралась сейчас предпринять, но незнакомец ей помешал.

  - Что ты улыбаешься? Да я не лгу, – категорично заявил Владыка. – по крайней мере про твоих родителей – чистая правда.

  - А мне, откуда знать, - усомнилась нимфа, – я вас вижу в первый раз, и почему должна верить, что я дочь самого Инаха.

  - Какие тебе нужны еще доказательства?

  - Я не могу просто так доверяться первому встречному человеку, пусть и благородного происхождения.

  - Ну, так, что же мешает познакомиться поближе.

  - Какой Вы, однако, настойчивый, господин, - ответила Ио, - я все-таки не рабыня, как сами говорили, а царевна.

  - Да царевна и богиня, - продолжал громовержец. - Но и у богинь должны быть друзья.

  - У меня есть подруги, - сказала Ио. – Аретуса, и Сиринга, например, да и зачем я Вам все это рассказываю?

  - Мне все интересно знать про тебя.

  Она подумала: «Вот принесла нелегкая, даже помыться спокойно не дают. Ну не дает привести себя в порядок, вот привязался-то». Она естественно чувствовала себя не комфортно, и это вызывало раздражение. Он, конечно, сделал вид, будто отвернулся ради приличия, однако украдкой все-таки поглядывал, как она одевается и приводит себя в порядок. Чем больше он смотрел на нее, тем отчетливее понимал насколько, сильно его влечет к ней. Похоже, что он влюбился в очаровательную послушницу, как никогда прежде, хотя и повидал женщин уже немало на своем веку. Здесь же было что-то особенное, естественное и первозданное, как сама природа, просыпающаяся после долгой и тоскливой зимы, когда хочется наслаждаться весенними ароматами полной грудью, черпая от нее жизненную энергию ощущая себя на какое-то время снова молодым. Хотелось слиться с ней в одно целое и раствориться в ней без остатка, осознавая себя частью нарождающейся новой жизни. Владыка смотрел на нее не в силах оторвать свой взгляд от ее гибкого тела и зеленых глаз, все больше попадая под гипнотическое притяжение ее неземной красоты.

  - А сколько тебе лет? – На всякий случай спросил Зевс, чтобы поддержать разговор.

  - Я уже совершеннолетняя. Восемнадцать если вам угодно, почему так много вопросов? Я что в чем-то повинна? - Она поправила ремешок на кожаных сандалиях, для чего немного нагнулась вперед, и в это время обратила внимание, что он внимательно смотрит в ее глубокое декольте.

  - Разве лишь в том, что ты слишком красива, - сказал Владыка, – так это не вина, а скорее дар божий, которым следует гордиться.

  - Я такая же, как все, и не лучше своих подруг и сестер – плеяд и нереид.

  Разговор все больше приводил ее в смущение, так, что на щеках появился чуть заметный румянец, хотя на лице и отсутствовал грим. Чтобы кожа выглядела белой, как того требовала мода, женщины в то время пользовались растертым в порошок мелом, румянили щеки охрой и подкрашивали брови сурьмой. Однако привести себя в полный порядок и накраситься, как следует, Ио также не успела. Впрочем, ресницы у нее были и так пушистые и черные, не требующие ежедневного ухода и увеличения объема, поэтому сурьмой она пользовалась редко. Однако, как и все ее сверстницы Ио старалась не отступать от тогдашней моды, дабы не выделяться от своих подруг. Но даже без косметики и без прически, хоть в глине с ног до головы, а скрыть свою природную красоту было не возможно. Зевс сразу это заметил, поскольку имел отменный нюх на красивых женщин, поэтому и не спешил никуда уходить.

  - Нет, нет, - настаивает на своем владыка, - уж поверь мне, ты достойна царского внимания.

  - Со мной и так хорошо обходятся, - отвечает Ио, - мне не на что жаловаться.

  - Нет, ты достойна большего.

  - И чего же?

  - Царской любви, - не выдержал - таки Владыка.

  - Где ж ее взять-то, царскую любовь, мы здесь далеко от Олимпа, и боги с земными властителями редко к нам захаживают.

  - Так может он уже рядом.

  - Кто?

  - Царь.

  - Уж не вы ли?

  - Нет не я, но я его заместитель, - громовержец понял, что несет полную чушь.

  Она опять покраснела. Как жаль, что не с кем посоветоваться, как отвязаться от такого кавалера. Была бы рядом мать. Та может, и подсказала бы как надобно вести себя в подобной ситуации, но ее не было, да и почти ее не помнила, поскольку дочь отдали на воспитание в колледж Герейон при храме Геры еще в детстве, а минуло уже с тех пор более десяти лет. Она и не догадывалась, что для родителей она была не последним ребенком, но дочкой одной, а потому самой любимой и дорогой. Загадочная и непредсказуемая нимфа Мелия, или как ее еще называли «ясеневая», уже была замужем. Пусть и не долго, зато от самого Посейдона она родила кулачного бойца Амика, а уже от Инаха - Ио, Аргоса Панопта, Форонея, Эгиалея и Микена. К тому же ей приписывали еще одну любовную связь с богом Селеном, в результате чего появился гибрид человека с лошадью, но с хорошими задатками, позволившими ему стать героем. Конечностей было шесть и это позволяло ему быть таким же быстрым в беге, как и сильным в борьбе. В общем, уверенно стоял на земле и чувствовал себя хозяином положения. Кентавр Фол, стал знаменит в последствии не менее чем его соплеменник Хирон. На общем фоне олимпийских богов, мать выглядела довольно скромно, и не стремилась никогда быть первой. Затворницей не была, но и чрезмерному распутству не придавалась. Дочь унаследовала от нее скромность, порядочность и уравновешенный характер, но своей особой красотой затмила всех не только в своем окружении, но и во всем Олимпе. Хотя и в зеркало смотрелась ежедневно, но о своей исключительности пока что не задумывалась, поскольку комплименты исходили от подруг, а те могли и льстить друг дружке, называя всех без исключения красавицами. Здесь же об ее достоинствах впервые сказал мужчина, и естественно смутил девушку своей наблюдательностью, на что она старалась никак пока не реагировать, и не выдавать внутреннего волнения.

  - Вы меня вводите в краску.

  - Давай на Ты – предложил громовержец.

  - Мы с Вами слишком мало знакомы, - ответила нимфа. - Чтобы переходить на столь тесное общение, да и к тому же Вы немного старше меня.

  - Что ты, я еще молод, - слукавил Владыка. – И вполне могу тебе понравиться.

  - Ох, не простой ты бог, - сказала Ио. - Явно не из черни богов.

  - Да нет, что ты, - опять стал хитрить Владыка. - Такой же, как все.

  - Такой же как все, а все знаешь про меня. – Нимфа смело посмотрела в глаза незнакомцу. - Ты, что следователь прокуратуры при Всевышнем.

  - Ну, если тебе угодно - частный детектив, зовут меня Птах.

  - Какое-то не аркадское имя, - удивилась богиня. - Ты не местный?

  - В общем-то, я с Востока, - пришлось соврать Владыке.

  - Как интересно!

  - Да, вырос и воспитывался в Египте, а здесь уже несколько лет, - продолжать сочинять Владыка. – Так здесь понравилось, что решил остаться на время и приобщиться к местной культуре, и климат не такой жаркий как там. Кстати, говоря, и отец твой тоже был в Египте, некоторые говорят, что он вообще там родился. Я честно сказать в этом сомневаюсь, поскольку детство он провел здесь. В общем, меня здесь пока что все устраивает. К тому же и работы здесь очень много - Игиги только начинают создавать здесь свое царство, и не все у них еще получается как надо.

  - А Вы что знаете, как надо правильно устроить этот мир. – С удивлением спросила молодая богиня.

  - Ну, в общем-то, знаю, - ответил Зевс. - Поскольку помню наших предков. Твой отец кстати, тоже потомок Титанов.

  - Какой же ты молодой, коли помнишь наших предков.

  - Я молод душой и телом. - Хорошо, что скипетр дома оставил, а то бы сразу догадалась, кто я, про себя подумал Зевс.

  Он не знал, как еще поддержать разговор и опять вернулся к родителям своей новой знакомой. Отец ее, также как и мать уже был женат раньше, но что-то не заладилось в их семейных отношениях, и он женился второй раз. Он, как и Мелия не отличался вспыльчивым характером. Честен, правдолюбив и прямолинеен. Простаком, конечно, не был, но хитрости ему порой и не хватало. Зевс помнил, как в споре Посейдона с Герой, Инах отдал предпочтение богине и построил в честь ее храм в Аргосе. Ну, естественно после этого он стал главным в этой провинции, за что тут же попал в немилость к Посейдону, который каждый год теперь высушивал русло единственной полноценной реки, служившей источником питьевой воды в его уезде. Однако вскоре она вновь наполнялась дождями, как только проходили обильные осадки в горах. Так, что наказание Посейдона было чисто формальным и особенного беспокойства у жителей не вызывало. Отец ее был знаменит, не только потому, что считался основателем и первым царем Аргоса, но еще и потому, что восстановил и отстроил заново Арголиду после недавнего Всемирного потопа. Инах тогда вывел аргивян с гор на равнину и населил последнюю. Вода там еще оставалась, но он собрал все воды в реку и дал ей свое имя. Он считался первобытным обитателем страны, но позднейшее предание называет его пришельцем из Египта. Что-то было в его облике не местное – восточное, хотя многие в то время слабо представляли, как выглядели египтяне или финикийцы. Египетские же гены, если таковые были на самом деле у отца, в таком случае обязательно должны были проявиться и у дочери. Но пока, что она об этом и не догадывалась.

 - Душой то ты может быть и молод, а вот телом вряд ли.

  - Хочешь сейчас докажу, что мне всего тридцать?

  - В таком случае мне всего год.

  - Не можешь ты быть знакомым с титанами, коли войны уже нет лет пятьдесят, по крайней мере, я ее не помню.

  - Ну, правильно, ты тогда была еще маленькой и тем более была в эмиграции.

  - И где же если не секрет?

  - Ну, я точно не знаю, может и в Египте.

  - А может, он вообще отсюда никуда и не уезжал, а всегда был в Арголиде.

  Зевс понял, что сейчас она его разоблачит, если будет продолжать доказывать ее иноземное происхождение. Она все-таки выросла здесь, и если даже родилась там, то об этом периоде вряд ли могла помнить. Да и страна эта судя по всему, ей мало об чем говорила.

  Ио же думала совсем о другом, хотя и догадывалась кто перед ней. Она впервые услышала про эту удивительную страну, и что-то необычное проснулось у нее в душе – не то чтобы ее тянуло туда, просто заинтересованность из чистого любопытство пока что. Что будет дальше, она и не догадывалась. Да и зачем ломать голову, что будет завтра. Здесь и сейчас кавалер все больше обольщал молодую нимфу, не давая ей время на раздумье. Зевс тем временем продолжал рассказывать про ее семью. Братья к тому времени, оказывается, уже начали делить страну на удельные княжества или номы. Отец хотел, чтобы никто не остался в обиде – ведь места хватит всем. Край еще не обжитой, в основном живут боги, а люди только начинают осваиваться на первозданной земле. Дети уже выросли и начали приобщаться к государственным делам, родители понемногу уходили на покой и передавали бразды правления своим отпрыскам. Жили долго по своему среднегалактическому времени – на земле год для них лишь миг. Но и во вселенной время не стоит на месте, а на земле тем более. Пришло новое поколение людей, и жители Аргоса начали считать Форонея изобретателем огня, впрочем, некоторые приписывали подобные заслуги и его брату Эгиалею, немного позабыв при этом о Прометее. Они полагали, что Фороней, был, чуть ли не первым человеком кому позволили обосноваться на Пелопоннесе. Позднее этот город, названный Фороний, примет одноименное название Аргос. Фороней, по их мнению, был первым, кто научился применять огонь, украденный Прометеем. Он женится на нимфе Кердо, и будет править Пелопоннесом, после ухода отца, не забывая поклоняться Гере. Городов становилось много, только все они были какие-то мелкие, и за пределами Пелопоннеса, никому толком не знакомы, по крайне мере в те стародавние времена в заморских странах и про Олимп-то толком не слышали. У них были другие боги и другая жизнь, куда цивильнее, чем в Арголиде. Но олимпийцы пребывали в глубокой уверенности, что никого кроме них на земле больше нет. Впрочем, всем свойственно ошибаться даже богам.

  В Аргосе в это время правителем был именно Инах, как не оспаривали бы его первенство другие. Сын, каким бы выдающимся он не был, никак не смог бы править страной раньше отца, поэтому в любом случае Инах, был раньше Форонея. Как бы не сомневались некоторые скептики в родстве Форонея и Инаха, сыном он мог быть хотя бы и потому, что ольха растет по берегам рек. Ведь он считался духом ольхи, следовательно, вполне мог быть его сыном. Сын – Ольха, отец – река, все просто, где река там и ольха – железная логика. Ольха символизировала четвертый месяц священного года, во время которого отмечался праздник весенних костров. Его матерью была нимфа-ясень Мелия, поскольку ясень предшествовал ольхе в календаре деревьев и считался «притягивающим огонь», так как зажженные молнией деревья были для первобытного человека первым источником огня. Коли ясень предшествовал в календаре, значит, ольха будет следующей. Сын идет за матерью – все логично. Немыслимая для простого человека связь ольхи с ясенем и рекой, для греков не подлежала сомнению. А тут еще и птица, каждая олицетворяющая собой какого нибудь бога, поскольку могла летать и быстро скрываться с глаз, оставляя после себя лишь непонятный крик, от которого порой волосы вставали дыбом. Фороней ассоциировался с вороной. Песня у нее хоть и не лирическая, но и не пугающая как у совы в ночи. Фороней стал первым пользоваться огнем потому, что древние кузнецы и гончары отдавали предпочтение углю из ольхи, поскольку тот дает больше жару, чем любой другой и не прогорает так быстро. Некоторые поговаривали, что это был сам Крон - титан седьмого дня священной недели, с которым отождествлялись ворона и ольха, но в это мало кто верил, поскольку тот давно уже находился в Тартаре на заслуженном отдыхе, если таковой там вообще мог быть. В будущем царство Форонея будет поделено между его сыновьями Пеласгом, Иасом и Агенором, но это произойдет не скоро, а лишь, после того как Ио совершит свое божественное предназначение, уготованное ей судьбой. Но об этом пока, что мало кто догадывался, к чему могут привести эти невинные разговоры.

  Инах не стремился изменить судьбу, и продолжал пока что править Арголидой по своему усмотрению, покуда хватало сил. Арголида на юге, Эпир на севере, никто никому не мешает. Пусть дети живут, где хотят. В общем, отец был знатной фигурой и к его мнению прислушивались на Олимпе. А Зевс-то тем более знаком был с ним очень хорошо, приходясь ему двоюродным братом, поэтому и знал всех его детей, кроме одной. Но теперь, когда узнал о существовании еще и дочери, решил познакомиться получше с самым ценным сокровищем царя Инаха. К сожалению, Ио действительно пока, что не догадывалась, кто же были ее родители на самом деле, и толком их не помнила, поскольку ее отдали в приют еще ребенком, где она и воспитывалась до своего совершеннолетия. Предстоятельница пансиона Герейона, конечно, знала, кто был ее отцом, поэтому всячески покровительствовала своей подопечной. Он, как известно, был таким же благородным, что и сам Зевс, являясь потомком титана Океана и титаниды Тефиды, породившей от него три тысячи сыновей — речных потоков и три тысячи дочерей — океанид. Отцом Зевса был титан Кронос, родной брат Океана. Следовательно, Инах и Зевс были двоюродными братьями, а Ио тогда приходилась Владыке двоюродной племянницей. Но дяди тоже люди, и они не прочь порой познакомиться со своими племянницами более обстоятельно.

  Тефида - Бабка Ио, являясь титанидой, была не менее высокого происхождения, что и супруг, поскольку приходилась дочерью Урану и Геи, как и ее брат Океан. От Урана одного из первых богов и произошли титаны с титанидами, давшими начало богам первого поколения, куда входили Крон и Океан. Крон был куда проворнее брата и по наущению своей матери оскопил отца серпом из прочного металла или даже алмаза, чтобы прекратить его бесконечную плодовитость. Но Океан и не претендовал на власть в отличие от своего брата, и занимался сугубо мирными проблемами, производя на свет как можно большее потомство, чтобы заселить всю планету, или, по крайней мере, весь известный к тому времени мир. После этого титаны стали властелинами земли и Вселенной. Воцарившись вместо отца, Крон взял в супруги свою сестру титаниду Рею. Однако, по предсказанию матери Геи, его должен был лишить власти собственный сын, поэтому как только у Реи рождались дети, Крон тотчас проглатывал их, желая избежать исполнения предсказания. Океан не участвовал в дворцовых склоках, и кто должен был прийти на смену брату, ему было все равно. Он жил тихой и спокойной жизнью, ежегодно производя на свет многочисленное потомство в виде ручьев и речек, потоков водных и океанид. Естественно все речные боги были его детьми в том числе и в Аркадии, как например Инах и Ахелой. Две самые крупные реки Аркадии, больше походящие на ручьи – Алфей и Ладон, также имели своих небесных покровителей, хотя и сливаются вместе недалеко от границы Элиды. Бабка с дедом жили на краю света, и туда не раз, чтобы примирить ссорившихся супругов, отправлялась Гера, которую они по просьбе ее матери Реи приютили во время борьбы Зевса с Кроном. Стало быть, и Гера приходилась ей теткой. Океан был не менее могуч, чем племянник, поскольку обладал всей властью над мировым потоком, окружавшим, земную твердь. Зевс управлял Элладой и близ лежащими территориями не вмешиваясь в дела Океана занимающегося поддержанием экологического баланса на земле и климата на планете. Племянник производил дожди, да и пугал своих подопечных какими-то молниями, тогда как титан производил на свет океанические течения, муссоны и тропические ураганы, сметающие с лица земли все живое. Океан мыслил масштабно и дела какой-то Эллады были для него мелки и скучны. Может быть, поэтому и остался при своей должности, поскольку не лез в политику, хотя и принадлежал к старой династии титанов. А заниматься черной и повседневной работой тоже кому-то нужно, пусть ты и благородных кровей. Никто не будет спорить, что специалистом он был высшего разряда, даже если и оставался, лоялен к новой власти. Братья его не упрекали, что не встал не на чью-либо сторону в том конфликте, и по этой причине Зевса он устраивал в полной мере. Другим титанам повезло куда меньше и они понесли незаслуженно суровое наказание после Олимпийского трибунала, осудившего Титанов как военных преступников. Но в малодушие его никто не упрекнет, а вот мудрости стоило бы поучиться многим.

  В общем, родословная Ио была богата, братьев предостаточно, но об их судьбе она мало что знала, поскольку находилась в послушницах монастыря при храме Геры. Новый знакомый зачем-то подробно рассказывал обо всех родственниках, как будто хотел убедить в ее исключительности и славной родословной, что бы она осознала наконец себя Великой из богинь. Но такие мысли никак не укладывались в голову – все казалось уж слишком невероятным, чтобы принять это за правду. С другой стороны он же не просто так рассказывает ей про ее родителей, явно, что во всем этом есть какой смысл. «Откуда он только все знает?» - подумала Ио. Почему она раньше ничего этого не знала? Да и как быть в курсе событий, коли ее родословную, тщательно скрывали, а связь с внешним миром для нее была пока, что ограничена и молодые монахини довольствовались лишь общением между собой. Читали романы, слушали стихи и пели лирические баллады по вечерам, о славном рыцаре на белом коне в пурпурной мантии с железным копьем. Он победит кровожадного дракона, покушающегося на невинных девственниц и в один прекрасный день, совершив свой ратный подвиг, придет, освободит всех затворниц, а самую красивую возьмет себе в жены. О чем еще могут мечтать девицы на выданье, глядя на убывающую луну с балкона второго этажа, слушая завораживающие трели соловьев, готовящихся ко сну и проснувшихся сов - только о любви. «Луна убывает, а вместе с ней и молодость уходит, – думали послушницы, - а ее все нет и нет. Кто ее выдумал только эту заразу, и без нее никак нельзя, но и с ней нелегче. Все сердце иссохнет, пока дождешься эту капризную и непредсказуемую гостью. А вдруг она заблудилась и никак не может найти дорогу к твоему сердцу». Как же ее позвать, кому докричаться в ухо: «Что вот я здесь, и с нетерпеньем жду мужчину единственного и блистательного витязя моей мечты. Приди же ты скорей, дай смысл жизни, а душе огонь»! А наутро случилось чудо - сам Зевс приехал в гости. Ио, конечно, догадалась, что перед ней сам Владыка, но побаивалась его, поскольку была наслышана об его подвигах на любовном фронте, и не спешила стать его очередной жертвой. Решила сыграть с ним роль простушки из глубокой провинции.

  - Что Вы от меня хотите, - спросила Ио. – Чтобы я стала вашей очередной жертвой любви?

  - Нет, упаси господь.

  - Тогда пропустите меня, я опаздываю на трапезу, нам запрещено разговаривать с незнакомыми мужчинами без разрешения настоятельницы.

  - Не уходи, - Великий громовержец пытается ее остановить. – Поговори со мной.

  - Я уже опоздала на завтрак, - возразила ему нимфа. - Меня могут наказать.

  - Никто тебя не тронет и пальцем, - в голосе его прозвучали властные нотки.

  - Вы меня пугаете, - отодвинула его руку богиня. - Чует мое сердце, что будут у меня большие неприятности.

  - Никаких неприятностей, я сделаю тебя великой. – сказал Владыка. - Скажи лишь мне, что нравлюсь я тебе и звезды брошу я к твоим ногам.

  Молодая жрица не растерялась и не опозорила честь своих родителей, и репутацию небесной обители, когда пришлось пройти такое сложное испытание. Она достойно встретила великого Громовержца и не стала ему показывать, что, в общем-то он видный мужчина способный произвести впечатление на кого угодно, и на нее в том числе. Сказать, что он совсем ей не понравился – погрешить против истины. Но как-то все он делает напористо, что нет никакой романтики. А ведь так хочется большой и светлой любви, а здесь все как-то прозаично и обыденно. Чувства должны окрепнуть и пройти проверку временем, а он куда-то торопится и хочет все сейчас и ни слова о создании семьи. Родители явно ее одобрили бы и также посоветовали бы пока не торопиться. Зевсу впрочем, было все равно, кто ее родители – она должна быть его. Он все равно добьется своего, поскольку главный на Олимпе и молодых богинь просто обязан удостаивать своим вниманием. Ведь он сам себя назначил ответственным за демографию и плодородие в стране и подходил к этому вопросу весьма ответственно. Проблема эта, всегда был в центре его внимания, а уже потом, молнии, дожди и бури - они стояли на втором месте в широком списке его обязанностей.

  - Вы меня совсем не знаете, - ответила Ио. – И уже готовы звезды с неба мне отдать. Не слишком ли Вы торопитесь, и в состоянии ли совершить подобные подвиги. Может все это хвастовство? Давайте не будем торопиться. Да и богатств небесных и земных совсем не нужно мне. Я не честолюбива и нынешнее положение меня вполне устраивает.

  - Но твое положение не устраивает меня.

  - И чем же?

  - Ты большего достойна.

  - Как интересно.

  - Да. Не быть затворницей при храме, а выйти в мир и покорить весь Высший Свет.

  - Зачем мне Высший Свет с его моральным разложением – склоки, дрязги и разврат.

  - Богатство, слава, власть. И потом кто тебе сказал, что там один разврат.

  - Наслышана.

  -То все не правда.

  - Неужели.

  - Да, поверь мне, ты должна быть при дворе и стать достойным украшением Олимпа.

  - Я не честолюбива. А потом кто меня вдруг представит во Дворе?

  - Хотя бы Я.

  - Ненужно этого всего мне.

  - Ведь ты же молодая, и жизнь свою сгубить желаешь здесь в глуши?

  - Но почему же вдруг сгубить? Или другой и жизни кроме нет, как только лишь в столице.

  - Она, конечно, есть, но примитивна и скучна.

  - Меня устраивает.

  Пусть он и главный бог, но не всегда предвидел ситуацию, попадая иногда впросак. Вот и сейчас, он и представить себе не мог, что все происходящее с ним сейчас было чей-то тонкой игрой. Эта встреча, отнюдь не была случайной, и не просто так он оказался в этом саду, где встретил прекрасную Ио. Он и подумать не мог, что привела его сюда одна старая знакомая, решившая сыграть с ним злую шутку и поставить его в неловкое положение, устроив для него эту встречу как бы случайно. Она хотела посмотреть, как он будет выходить из подобной ситуации и получить от этого несказанное удовольствие. Все это устроила хитрая Иинкс, дочь Пана и Эхо, увлекающаяся на досуге волшебством и черной магией. Не без ее помощи и при ее непосредственном участии, он и влюбился с дуру в молодую нимфу, которая ему никак не мешала и не должна была вообще попадать ему на глаза, а спокойно служить в храме Герейона. Если бы не эта колдунья, так может, он прошел бы мимо и не обратил бы на нее никакого внимания. Йинкс же в свою очередь подтолкнула к этому старшая мойра Клото, запутав случайно нить судьбы владыки. Одно, казалось бы, мало значительное событие потянуло за собой цепь невероятных совпадений и случайностей, в результате которых эта встреча должна была состояться в любом случае – днем раньше или позже, но произошла бы обязательно. Йинкс же сыграла здесь не последнюю роль, ускорив эту встречу.

  Тем временем, Зевс продолжал завлекать молодую нимфу своими разговорами, но пока, из этого мало, что получалось.

  - Тебе не нужны богатства и любовь богов?

  - От них одни проблемы.

  - Откуда знать тебе, ведь ты из своего монастыря и свет не знаешь.

  - На то есть книги и подруги.

  - Неужто, ты не хочешь попасть на Олимп.

  - Зачем?

  - Киприды сладкий труд с царем делить - не в этом разве счастье?

  - Любовь должна взаимной быть, но не по принужденью, а уж тем более не по приказу, - она посмотрела ему прямо в глаза. – Не так ли?

  - Согласен.

  - Ну, вот Вы и согласны.

  - Ничего я не согласен, хочу лишь, что бы ты была со мной, – и опять преградил ей дорогу.

  - Я и так пока, что с вами, но тороплюсь домой. – Ио обошла его и последовала дальше.

  Он опять догнал ее и взял за руку.

  - Вся в золоте ходить ты будешь и в каменьях дорогих.

  - Мне и своих хватает, зачем мне лишнее, скромнее надо быть.

  - Я власть тебе отдам - повелевать народом будешь.

  - Какая же власть у тебя, ведь ты всего советник при Владыке, да и то не наш – заморский.

  - Я главный, - сказал в сердцах Зевс, и понял, что проговорился. – Почти, меня считает Зевс своею правую рукой.

  - Очень приятно, побеседовать со столь важным господином, но я все-таки спешу домой.

  Он уже стал предпринимать попытки обнять предмет своих желаний, но как-то неуверенно по-детски, как будто в первый раз. Она откидывала его настойчивую руку. Тогда он как бы преграждал дорогу, но она медленно продвигалась вперед, а он все ходил вокруг нее, заглядывая в глаза, пытаясь найти в них согласие. Но она была тверда, и его намеки пропускала мимо ушей, чем еще больше приводила его в замешательство. Он оказался на перепутье: с одной стороны надо бы немедленно овладеть предметом своих желаний, с другой, что-то останавливала – не то слабость после ночного пиршества, не то ее твердая воля не поддаваться его напору. Он не знал как быть.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

  Глава 2

 

  Давняя знакомая Владыки, ставшая невольным Свидетелем этой встречи, теперь с удовольствием наблюдала за тем, как разворачиваются события. Не малейшие детали не ускользали от ее пристального внимания. Она находилась совсем близко от них, так, что было слышно каждое слово, оставаясь при этом незамеченной от них. И хотя романтические встречи у него были не редкость, но стать свидетелем даже одной из них желала бы каждая придворная фрейлина, что бы тут же доложить о ней ревнивой Гере. Поэтому хозяин Олимпа обычно был осторожен. Но сегодня как-то расслабился и потерял бдительность, чем и воспользовалась Йинкс. Не избалованная судьбой нимфа с неустойчивой психикой, унаследовала от матери свою излишнюю любознательность, и способность лезть в чужие дела, когда об этом совсем не просят. Тяжелая наследственность досталась ей от матери - Эхо, у которой был необычайно длинный язык, разносящий сплетни и слухи с невероятной быстротой. Мать ее естественно принадлежала к многочисленному семейству Нимф. Гера в свое время наказала ее за болтовню, поскольку, та могла произносить только концы слов, и не доводить свою мысль до конца. Она решила ниспослать той самою страшную кару – безответную любовь. Увидев Нарцисса, Эхо истаяла от любви, не имея возможности сказать ему об этом. Впрочем, перед тем как быть наказанной жестокой владычицей Олимпа, Эхо успела согрешить с любимцем публики козлоногим Паном, от которого и родилась Иинкс. Все от него держались стороной и не особенно спешили заводить с ним тесное знакомство, а вот Эхо пошла наперекор общественному мнению. Она решила доказать всем на Олимпе, что она особенная и может сойтись с кем угодно, невзирая на некоторые физические недостатки. С другой стороны, весь высший свет не отличался особой чистоплотностью – у каждого порой рождались какие-нибудь удивительные создания, а порой и настоящие монстры. А что Пан - божество стад, пастбищ, лесов и полей, лесной дух – дитя природы. Ничем не хуже других. Сын Гермеса и нимфы Дриопы. Он родился таким уродливым - с рожками, бородой, козлиными ногами и хвостом, что мать в ужасе убежала от него, как только увидела, кого она произвела на свет. Дитя было подобрано отцом и отнесено на Олимп, где при виде его все боги покатились со смеху.

  - Ты Гермес молодец! – сказала Афродита. – Смотри, какой сынок у тебя родился, ты, что согрешил с козой? И не стыдно тебе. Разве тебе не достаточно нас, чтобы ты опустился до такого уровня.

  - Во-первых, матерью была не коза, а нимфа, – ответил в шутку Гермес, - а даже если так, мы что не можем экспериментировать? Смотрите, какой забавный малыш. Вы его еще вспомните и лучшего весельчака в нашей компании вы и не сыщите.

  Так оно и вышло. Пан и означает «понравившийся всем». Шуты были в моде при любом дворе. Но личная жизнь их порой складывалась не так счастливо, как они представляли ее на публике. В общем-то, несчастные создания. Все над ними подшучивают, а в жены никто не идет. Козлоногий Пан проводил свои дни вдали от городов в патриархальной Аркадии, опекая стада и пасеки и принимая участие в забавах горных нимф. Аркадия единственная страна Пелопоннеса, которой не коснулось цивилизация, она сохранила свои древние обычаи установленные еще Пеласгом. Обитатели этого древнего края, жили в основном скотоводством и земледелием, мало или вовсе не знали промышленности, искусств (за исключением музыки) и наук, пользовались у остальных греков славой гостеприимного и благочестивого народа. Аркадию изображали страной райской невинности, патриархальной простоты нравов и мирного счастья, сделав её театром своих поэтических вымыслов. Аркадские пастухи, воспевавшиеся с фантастическими прикрасами, сделались предметом рода поэзии — пасторали.

  Все нимфы и боги смеялись над уродливым Паном, а жестокий бог Эрот, ранив его сердце, зажег в нем вечную, неугасающую любовь, а потому бедный Пан постоянно страдал по какой-нибудь из богинь, нимф или смертных женщин. Однажды он влюбился в целомудренную нимфу Питис, и той удалось скрыться от любвеобильного бога, только превратившись в ель, ветвь которой он с тех пор всегда носил на голове в качестве венка. Нимфа Сиринга в страхе перед Паном превратилась в тростник. Он срезал эти тростинки и сделал волшебную свирель (или сирингу), которая издавала дивные звуки, ставшую любимым музыкальным инструментом Пана. Его самой большой любовной удачей было соблазнение Селены, когда ему удалось скрыть свою черную шерсть и козлиное обличье под белым руном. Не узнав его, Селена согласилась прокатиться на его спине, и позволила ему удовлетворить все его желания, за что Пан подарил ей стадо белоснежных ягнят. С тех пор в Аркадии проводились майские оргии при луне, во время которых жрица ехала на спине своего избранника, прежде чем заняться с ним любовью и тем самым отпраздновать пробуждение природы. Сыном Пана и нимфы Симфеиды был Акид. И вот однажды в сети балагура и проказника Пана попала Эхо, после чего и появилась веселая нимфа Иинкс.

  И вот теперь Иинкс, унаследовав от своих родителей веселый нрав, и невостребованные душевные порывы, решила соблазнить самого Зевса. А когда из той затеи ничего не вышло, она вознамерилась его проучить. У другой бы и в мыслях такого не было, как можно мстить самому Владыке. Но Иинкс была достаточно самолюбива, и о последствиях не думала. Кто знает, как все было на самом деле: может, и отказал ей грубо как-то раз, когда они остались наедине во время одной вечеринки, и она хотела воспользоваться удобным случаем, чтобы познакомиться с ним поближе. Никто подробностей не знает, но чем-то он ее обидел, вот Иинкс и решила ему отомстить, послав ему безумную любовь. Если у самой ничего не получилось, так пусть теперь попробует сам справиться с безответной любовью. Сильно он расстроил ее тогда, сам того не подозревая, что наживет себе проблемы. Кто знал, что так получится, и что у нее больная голова. Может резко сказал ей, что она не достаточна красива, и вообще не в его вкусе. Нанес тем самым ей такую обиду, что она готова была отомстить ему той же монетой – пусть кто-нибуд




Роман

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 62 раз(а)





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр