Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?




История Хэл

 Часть 1

 

 Глава 1.

 Май, 1994

 Кали был одним из сильнейших колдунов вот уже на протяжении пятисот лет, а именно всей его жизни с момента обретения силы и, соответственно, бессмертия, хоть оно и было относительное – он не старел, небольшие раны заживали довольно быстро, но смертельная рана могла его убить. Хотя, зачем кому-то из врагов знать это? А врагов у него всегда было много, он сам их искал, ведь врагов было проще убивать, чем кого-то совершенно невинного, не угрожающего ему, это была одна из моралей, которых было, пожалуй, слишком много для темного колдуна. Несмотря на свою огромную силу, он предпочитал держаться в тени, хотя давно считал, что может завоевать и поработить весь магический мир, но у него была одна преграда, которую он создал сам пятьсот лет назад.

 Он появился в одном из лесов, довольный тем, что слабенькая ведьма устроила погоню, у нее была необходимая сила – телепатия. Уже сотни лет Кали крадет силы у ведьм, колдунов и других магических существ, иногда убивая или просто лишая любой магической силы и оставляя простым человеком. Заполучив ту или иную силу, ему не всегда удавалось задержать ее и, порой, она просто пропадала или не проявлялась вовсе. Но теперь у него было твердое намерение, наконец, заполучить ее от ведьмы, погоню которой на самого себя он устроил.

 Возраст колдуна было почти невозможно определить, ему можно было дать как чуть за двадцать, так и далеко за тридцать – еще одно преимущество бессмертия. Его короткие темные волосы были в некотором беспорядке, на нем была темно-красная просторная рубашка, скрывающая его несколько худощавое телосложение и черные вельветовые брюки, еле доходящие до спортивных ботинок из-за несоразмерности его высокого роста и размера одежды, который он носил.

 Кали никогда не был одним из тех колдунов, которые прячутся в темноте, поэтому вокруг было довольно светло и лишь кроны высоких деревьев препятствовали прямому попаданию солнечных лучей. Он лениво прошелся по тропинке, по которой, похоже, совсем недавно прошло несколько человек – лишь бы они не помешали его делу сейчас, он свернул между деревьями, стараясь уйти подальше от места, где их могут встретить. Он еще не решил, собирается он убивать ведьму или нет, ведь она совсем молодая девчонка, которой и двадцать можно дать с натяжкой, у нее все впереди и какая разница ведьмой она будет проживать эту жизнь или человеком. ‘Решено – пусть живет’ – подумал Кали, не желая брать на себя еще один грех – за пять веков их и так был предостаточно. Тут же он почувствовал, что позади него кто-то появился. ‘А девчонка будто этого решения от меня и ждала, чтобы появиться’ – усмехнулся он про себя и медленно повернулся назад, говоря вслух:

 - А я уже думал, ты не появишься, ведьмочка.

 Но того, кто предстал перед его взором, он увидеть точно не ожидал.

 - Где ведьма?

 - Надеюсь, уже дома… пьет чай и планирует, как ей жить дальше, чего бы ты ее лишил, - отвечала ему девушка, одна из двух, которые стояли перед ним.

 Ипполита – ведьма, которую Кали знал с того времени, как еще был человеком… а теперь она вместе с ее подругой Катриной останавливали его так часто, что ему казалось, что он – их единственная цель в магическом мире зла. Но если Катрину он знал всего несколько десятков лет, то Ипполита была той, кому он сам лично даровал эту силу.

 А сила эта была особенной с самого начала ее существования. Чуть больше пятисот лет назад отец Кали – богатейший человек, охотник за сокровищами – нашел некий амулет, который как он выяснил потом, не стоил ничего, но он изменил жизнь отца, а потом и сына навсегда. Разбив непримечательный зеленый амулет, он получил силу… много силы, сколько не бывает у обычного урожденного колдуна. Двадцать лет он использовал эту силу, стараясь развить ее как можно больше, иногда это было в добро, иногда во зло, но всегда для него это было очень выгодно в той или иной степени. А когда он умирал, он поведал всю эту историю своему единственному сыну Кали, а потом передал ему эту силу. Это была ее основная особенность – ее можно передать кому угодно, сделав колдуном или ведьмой, чем и воспользовался Кали, сделав Ипполиту, свою любимую тогда жену, бессмертной колдуньей, как и он сам теперь. Но вскоре Кали овладела жажда получить как можно больше силы, для чего он даже стал убивать… на этом и разошлись пути счастливой когда-то семьи, и теперь Ипполита борется против некогда своей самой большой любви.

 Она сбежала от мужа, спрятавшись в джунглях Амазонки, где жили женщины-воительницы, на которых она вместе со своей дочерью Аной наткнулась совершенно случайно… их приняли, и с тех самых пор Ипполита живет с ними, как их бессмертная жрица. Она так полюбила то место тем, что там она могла не скрывать свою силу и бессмертие, а быть самой собой, и не в суете того мира, в котором жили обычные люди, а в спокойном месте, где все друг друга знают и ценят. Так как Ипполита редко появлялась в общественным местах обычного города, она даже не переодевалась из одеяний, которые носила в своем племени – короткая, просторная юбка коричневого цвета, топ, будто бы самодельный, облегающий тело и открывающий широкую полоску живота, и мягкие сапоги даже без намека на каблук были того же цвета, что и юбка, которые подчеркивали ее спортивную фигуру. На фоне загорелой кожи и светло каштановых волос, которые были почти в один тон с ее одеждой, выделялись ярко зеленые большие глаза, которым даже не нужна была косметика, чтобы на них задерживался любой взгляд. Но макияж, пожалуй, не нужен был ей вообще, она и без него выглядела замечательно. Черты лица ее не были идеальными, а скорее наоборот неровными, но это лишь подчеркивало ее экзотический вид, привлекающий к себе внимание. Широкие плечи при ее низком росте при первом же взгляде показывали физическую силу девушки, выглядела которая не больше чем на тридцать лет и в остальном была на вид довольно хрупкой.

 Катрина же в отличие от своей подруги была довольно высокого для женщины роста, который она еще подчеркивала, надевая туфли на высоком каблуке. Но она любила многое подчеркивать в себе, ведь природа наградила ее довольно заурядной внешностью, что в принципе никогда не угнетало Катрину, а напротив, давало простор ее воображению. Таким образом, ее выделяли светло голубые линзы на глазах, которые оригинально были карими; очень длинные волосы темные как смоль с обесцвеченными челкой и прядями впереди, а также необычаянно длинные ногти, которые она даже в борьбе с демонами пыталась сохранить нетронутыми и которые не в тон ее строгим костюмам чаще всего серого цвета были накрашены слишком ярко. Одежда, рост и природная худоба прибавляли несколько лет к ее внешности, так что мало кто мог дать бессмертной ведьме меньше тридцати с виду, но также это объясняется тем, что в различии с Ипполитой, которая жила на природе почти целыми днями, Трина (она всегда любила именно это уменьшительное от своего имени) жила в большом городе в Англии – Лондоне, где и была обращена Ипполитой в ведьму менее ста лет назад. Она совсем не была довольна новостью, которую принесла ей наставница, и силой, которую она в себе обнаружила, ведь у нее, как у человека, жизнь сложилась просто замечательно: у нее был любящий муж, влиятельный адвокат в столице, большой дом, в котором жила Катрина, будучи домохозяйкой, хоть они и могли нанять домработницу, она предпочитала делать все сама, и, конечно, далекие планы на будущее, которые рухнули с момента, когда она впервые использовала данную ей силу. Смирившись со своей судьбой, Трина не очень охотно помогала подруге в борьбе со злом, пока это самое зло не убило ее мужа, что подтолкнуло девушку к резким изменениям в своей жизни. Всего за пару лет она стала первоклассным воином против магической нечисти, а также заменила мужа в его адвокатской фирме, чем и занимается всю свою жизнь, конечно же, скрытно, ведь с момента открытия конторы прошло уже сто лет.

 - Знаете, я вроде не ясновидец, но откуда же я тогда знал, что вы вдвоем появитесь тут помешать мне? - заговорил Кали, потерев пальцами свой подбородок и делая вид, что он задумался. - Ах да... Вы же всегда так делаете, чтоб вам пусто было!

 - А ты всегда всех убиваешь, но мы же ничего не говорим, не так ли? - с сильным английским акцентом говорила Катрина. Она всегда гордилась своим голосом, впрочем, как и многим в себе, и любила акцент, которого по ее словам так не хватает американцам.

 - Всех убиваю? - он засмеялся, но его смех нельзя было назвать злым, ведь что-то было в нем, в самом взгляде Кали, что не давало думать о нем как о смертельном враге, который хочет лишь убить. - О, да я такой негодяй.

 Кали никогда не был особенно серьезен, считая, что излишняя серьезность и напряженность могут помешать в любом деле, будь то сражение или даже небольшая стычка с бывшей женой и ее подругой. Они так часто сталкивались друг с другом, и у них за столько лет выдавалось крайне много возможностей убить и победить, но ни одна из сторон никогда не могла преступить черту и одержать долгожданную на первый взгляд победу.

 Он отвел правую руку в сторону, на ней тут же вспыхнул огонь, но уже вскоре он уменьшился, оставив на ладони небольшой, чуть ли не идеально ровный, пылающий шар. Он не обжигал руку, хотя он в принципе даже и не касался ее, а висел в воздухе в паре сантиметров от ладони колдуна.

 - Ну, раз так, то, пожалуй, мне просто необходимо вам это еще раз показать, правильно? – он слегка подбросил шар в воздух, но уже вскоре тот снова приземлился на ладонь хозяина.

 - И ты действительно веришь, что испугаешь нас этим? – Ипполита довольно ухмыльнулась, показывая, что держит всю ситуацию под своим контролем, а на самом деле мысленно она уже приготовилась отразить атаку бывшего возлюбленного.

 Кали широко улыбнулся, отчего его и без того узкие глаза стали еле различимы.

 - Вряд ли…

 Через миг его лицо выразило сосредоточенность вместо обычной улыбки, а огонь на правой руке пропал, зато в ту же секунду он появился над левой ладонью и быстро образовал такой же шар, который Кали не помедлил в этот раз бросить в своих противниц. Хоть в жесте была и сила и эффект неожиданности, но не было основного – намерения убить их, лишь припугнуть, но кое-что пошло не так, как рассчитывал колдун. Шар пролетел мимо Ипполиты, которая попыталась отразить удар одной из своих сил – телекинезом – но что-то не сработало, и сделать это не получилось. Огонь же попал прямиком в Катрину, которая не успела сделать что-нибудь, чтобы увернуться или отразить атаку. Сильный удар огня немного отбросил девушку в сторону и растворился, оставив после себя обильно кровоточащую рану на ее плече. Трина тут же прижала ее рукой, как могла сильнее, понимая, что большая потеря крови может сыграть против нее так же, как против обычного человека, а не бессмертной ведьмы. Почувствовав сильную боль, она простонала, но не позволила себе ни одного другого более громкого звука, который выражал бы то, как больно ей было.

 - Какого черта? – тихо спросила сама у себя Ипполита и обернулась на Катрину, которая уже сидела на земле, держась за свою рану. Девушка тут же смогла оценить, что с ее подругой все в порядке, поэтому она переключила внимание на удивленного Кали. Но стоило ей повернуться, удивление на его лице сменилось ухмылкой, которую он поспешил отобразить, чтобы обе девушки думали, что он и хотел такого исхода.

 - Не хочешь помочь ей, дорогуша?

 - Я тебе не… - начала возмущаться Ипполита, но Кали уже не слушал – он слегка развернулся вокруг своей оси, исчезнув.

 Ипполита вздохнула и подбежала к Катрине, сев на колени рядом с ней.

 - Встать можешь? Переместимся в больницу?

 - О, никаких больниц… Помоги мне, - она оперлась локтем на руки Ипполиты, которая помогла ей подняться на ноги. – Мы же не объясним им, откуда у меня прожженная кровоточащая рана, не так ли? – ведь огненный шар пробивал кожу с такой силой, что оставлял именно такую рану после себя, поэтому боль, которую испытывали при этом не хотелось бы узнать никому… но все они уже знали ее, ведь это одна из самых распространенных у демонов сил.

 Плечо продолжало беспощадно жечь, а кровь, кажется, и не думала останавливаться, поэтому Катрина тяжело вздохнула, подавив очередной стон от боли, которая только нарастала с каждой секундой.

 - Боюсь, ты права, - проговорила Ипполита, слегка сжав руки вокруг Катрины. – Тогда к тебе.

 Получив одобрительный кивок, Ипполита не помедлила переместить их обеих из этого леса.

 

  ***

 Квартирка Катрины находилась в самом центре Лондона недалеко от офиса ее конторы. Всего лет тридцать назад она перебралась сюда из пригородного дома, в котором когда-то давно они жили вместе с мужем. Говоря что дом слишком большой для нее одной, Катрина нашла просторную квартиру, в которой ее не будут душить воспоминания, как хорошие, так и приносящие огромную леденящую боль, а было ее немало. Помимо одной большой гостиной, небольшой уютной спальни и кухни, которая оставалась месяцами нетронутой, квартира могла похвастаться небольшой подсобной комнаткой, предназначенной для облегчения основной работы Трины - она была завалена магической атрибутикой, и тем что могло помочь сражаться со злом. По обстановке никогда нельзя было сказать, сколько зарабатывает хозяйка: скромной мебели в комнатах было немного и было кажется лишь то, что необходимо для жизни; техники, кроме старенького телевизора в гостиной, с первого глаза вообще в этой квартире не было, хотя на самом деле она просто стояла не на виду; пол же был холодным без намека на какое-нибудь покрытие. Во всем преобладали серые и белые тона и хоть квартира и была очень теплой, обстановка вокруг отдавала холодом, чего никогда нельзя было сказать о хозяйке. Но как и у самой Катрины, в ее квартире были теплые и необычные мелочи, которые не отдавали той же заурядностью, что и остальное. На столах и подоконниках во всех комнатах красовались яркие вещицы красного, розового, зеленого, желтого тонов - свечи, вазы, фигурки, цветы. Они привлекали к себе взор, стоит только зайти в одну из комнат, и делали квартиру уютнее.

 Сейчас же в гостиной на светло сером, почти белом, диване разместились две ведьмы. Ипполита принесла аптечку с кухни и уже заканчивала промывать и забинтовывать рану Катрины. За последние двадцать минут и слова не было сказано между ними, но Ипполита прервала тишину, как только закончила работу с плечом.

 - Трина, прости... Я не знаю, что с моей силой случилось, я не смогла...

 - Все нормально, - быстро прервала ее Кэт, говоря уверенно и твердо. - Ты не виновата, Поли, - когда-то давно при одной из первых стычек Катрины с Кали он назвал свою бывшую жену таким сокращенным именем с ударением на последний слог на французский манер, и с тех пор она привыкла называть напарницу именно так. - Со мной все хорошо.

 - Слава Богу... - она вздохнула, недолго помолчав, после чего продолжила. - Что с моей силой?

 Хоть вопрос и был задан в воздух, Катрина решила ответить, высказав догадку.

 - Я думаю, что это из-за того, что ее слишком много... Нам сложнее ее контролировать, пока мы не...

 - Нет! - чуть повысив голос, высказала Ипполита, прервав Кэт. - Этого не будет снова никогда.

 - Из-за Сары?

 - Да, и ты это знаешь...

 - Не наша вина, что произошло с ней, Ипполита!

 - Мы передали ей силу, а значит и были в ответственности за нее, - Ипполита не срывалась на крик, но это было близко к тому и, пожалуй, сорвалась бы уже, если б не ее спокойный характер.

 - Но теперь мы будем настороже, к тому же... Ипполита, у нас, кажется, уже нет выбора. Что если в следующий раз мы не сможем управлять силой в смертельной опасности, а не в игре Кали?

 - Игре? Вот как ты смотришь на это?

 - Не переводи тему, а?

 - Кэт, ну что ты хочешь от меня? Хочешь, чтобы мы снова подвергли себя опасности?

 - Мы подвергнемся большей опасности, если и дальше не сможем контролировать силу в самые опасные моменты.

 Ипполита вздохнула, конечно же, понимая, что ее подруга права, но было слишком сложно снова рисковать и даровать ребенку, который еще неизвестно, кем вырастет, такую большую силу. Но ведь до Сары была Катрина, которая никогда не подводила. 'И не подведет', - подумала Ипполита, после чего согласно кивнула своей подруге, которая ободряюще ей улыбнулась.

 

 ***

 На следующий день заклинание поиска потенциальной ведьмы было написано и уже вскоре прочитано. Конечно, обе девушки уже читали подобные заклинания, а Ипполита даже дважды, но каждый раз оно должно было быть новое. Это ведьмы поняли, когда в прошлый раз прочитали заклинание, которое читала Ипполита для поиска Катрины, и оно не дало им никаких результатов.

 Новое заклинание привело их в ночной Лос-Анджелес, где в одной из типичных американских квартир спала самая обычная девочка лет пяти... Светлые, идеально прямые и такие длинные волосы, что нельзя было даже их кончиков увидеть в таком положении. Она была, пожалуй, слишком худой, но, скорее всего, так казалось из-за роста, он явно казался выше среднего для данного возраста. Комната была довольно обычной, хотя для пятилетней девочки, наверное, слишком строгой. Хоть игрушки и были, но многие стояли не на виду. Диван-кровать, маленький телевизор, заваленный письменный стол - ничего четко не говорило, что здесь живет ребенок.

 Пелена заклинания должна была оставить появление и присутствие двух ведьм в этой квартире незамеченными, поэтому они могли спокойно общаться, находясь перед самой кроватью со своей целью.

 - Ты уверена, что это будет она, Ипполита? Не хотелось бы ошибиться...

 - Мы не ошибемся, это она, - твердо ответила ведьма. - Как думаешь, какой она станет через двадцать лет? - Ипполита всматривалась в лицо спящей девочки, будто бы пытаясь увидеть то, что станет с ней в будущем.

 - Я не знаю и даже предположить боюсь, если честно. Вдруг мы вырвем ее из какой-нибудь идеальной жизни?

 - Трина, ты сама сказала, что у нас нет выбора.

 - И у нее не будет, - Катрине стало жалко эту девочку, точнее ту, которой она станет в будущем, но, конечно же, понимала, что делать им нечего, как и говорить теперь, поэтому девушки переглянулись, поняв, что пора.

 В эту ночь было прочитано еще одно заклинание, которое создало вокруг девочки облачко голубого света, такого чистого и яркого, что ослепил бы любого, кто его увидит. Но не двух ведьм, стоящих рядом. Их он не слепил, а напротив приятно грел. Это была чистая сила. Их сила.

 

 Глава 2.

 17 марта 2005, четверг

 Хэл перешагнула порог родной школы, где ей предстояло учиться еще два года, и направилась по широкому коридору к своему шкафчику, находящемуся в дальнем его конце. Она немного опустила голову так, что длинные светлые волосы почти полностью закрыли ее лицо и будто бы оградили от всего вокруг. Она не хотела видеть никого, натыкаться на знакомых, которые безучастно поздороваются и пройдут дальше – ей это было не нужно. Если они хотят поговорить, пусть говорят, но такое проявление вежливости было слишком раздражительным для девушки. Но особо стараться, чтобы ее не замечали, ей даже не приходилось, она никогда и не была популярной, чтобы к ней подходило для разговоров полшколы. Подойдя к шкафчику, Хэл отбросила назад свои роскошные волосы, она их очень любила, чего не скажешь об остальном, в себе. Открыв дверцу, она принялась искать нужные учебники, хотя они ей и не были в принципе нужны – она все отлично знала и без них благодаря усердности в занятиях, хорошей памяти и, конечно, постоянному посещению всех уроков. Но это вовсе не означало, что учеба ей нравилась, просто она ей давалась всегда.

 Найдя учебники и взяв блок, она направилась в кабинет, проходя по коридорам вновь так, будто хотела стать невидимкой. Но как бы ей ни хотелось оставаться незамеченной в толпе, это было сложно, ведь девушка слишком сильно отличалась от остальных. В отличие от большинства народа здесь, родители Хэл не были богаты, и у нее не было того, что было у других – роскошная одежда, машины, техника. Единственная вещь, которую она позволила себе это айпод… она работала, чтобы купить свою мечту, все лето, и очень гордилась собой теперь, ведь это было ее личное приобретение. Так сложилось, что Хэл пришлось учиться в школе, которая находилась рядом с богатым районом Беверли Хиллз, и почти никто из детей богатых родителей не знал, что она находится также рядом с другим районом, где нет шикарных домов, а лишь простые высокие дома с небольшими квартирками. Большинство детей из этого района отдавали в школу, которая была с противоположной от этой стороны, но родители Хэл посчитали, что именно тут дочери дадут образование, которого она заслуживает, поэтому и обрекли ее на то, чтобы несколько лет быть среди ‘богатых и знаменитых’, как называла их сама Хэл.

 Она прошла в большой и светлый класс, сразу осмотрев тех, кто уже сидел на своих местах. Большинство были увлечены беседой с кем-то и внимания на нее никакого не обратили, поэтому Хэл поспешила занять свое место на предпоследней парте, чтобы так и остаться незамеченной сегодня. Она заметила, что ее одноклассницы снова одеты во что-то новое и шикарное, а она сама была в простых синих джинсах-клеш и черном топе, которым было уже несколько лет, но все равно выглядели они как новые, она всегда очень аккуратна к вещам. Мимо нее прошли две девушки, и взгляд Хэл упал на их ноги, а точнее туфли… как бы она хотела туфли на таком каблуке! Но она не могла себе это позволить из-за высокого роста и природной неуклюжести. ‘Я, наверное, упаду, как только надену их’ – вздохнула девушка и повернулась на вошедшего учителя. Прозвенел звонок, и пожилой математик поприветствовал класс, почти сразу же начав говорить что-то, но из-за своих мыслей Хэл услышала лишь одно.

 - Сегодня я хочу проверить, как вы усвоили предыдущий материал, поэтому прошу вас взять листочки и закрыть все лишнее.

 По классу разнесся гул разочарования, а Хэл просто достала белый листок бумаги – она была готова на все сто процентов и знала это. Мысленно злорадствуя над своими одноклассниками, она принялась отвечать на вопросы и решать задачки, продиктованные учителем. Она успела лишь поймать себя на мысли, что не может вспомнить имя этого учителя, хоть и был уже март, а он ведет их класс с сентября. ‘О да…замечательная память’ – усмехнулась про себя Хэл и погрузилась в контрольную так, что, наверное, даже позови ее сейчас кто-нибудь, она бы и не услышала.

 Уже через двадцать минут она встала и отнесла листочек со всеми ответами на стол учителя, слегка улыбнувшись ему, но не проронив ни слова, чтобы не нарушать тишину в классе.

 - Вы быстро справились. Было несложно?

 - Пустяки, - отмахнулась Хэл и направилась обратно на свое место. Но сев на стул, она задела учебник, который лежал под партой на соседнем пустом стуле. А ведь она не клала его туда, она точно помнила, ведь ей не нужно списывать с ее готовностью к этому предмету. Она мимолетно глянула на открытую сумку, которая висела на ручке ее стула и где лежал этот учебник… конечно же, она была пуста, другого Хэл и не ожидала. ‘Кто посмел мне это подложить? Черт!’

 Зная, как строго карается тут списывание, девушка явно занервничала, а недовольный и твердый голос учителя только добавил масла в огонь.

 - Мисс Валетта! Пройдите сюда с учебником…

 Хэл тяжело вздохнула и взяла учебник, медленно, даже слишком, направившись в сторону стола учителя.

 - Послушайте, мистер… - ‘Сейчас самое время вспомнить, как его зовут…ну же, Хэл…’ внушала себе девушка, но чуда не произошло, поэтому она продолжила. – Я ничего не списывала.

 Она положила на стол учебник, на который учитель лишь кинул свой взгляд, а потом поднял его на девушку, став будто бы буравить ее глазами, отчего Хэл стало не по себе.

 - Это Ваш учебник?

 - Да, но…

 - Даже если Вы не списывали, Вы нарушили мое предписание убрать все, и я не могу принять Вашу работу.

 - Ладно, я перепишу ее сейчас же, - хоть она была не согласна с этой несправедливостью, но ей очень не хотелось портить мнение учителей о себе, портить свои оценки, с которыми она так хотела поступить на бесплатное обучение в Калифорнийский колледж.

 - Нет, Вы придете на отработку после занятий, день я Вам назначу позже.

 Но Хэл никогда не оставалась на отработках, и это было неприемлемо – она знала себе цену в этом.

 - Я не списывала, Вы же знаете, как я учусь.

 - Мисс Валетта, Вы хотите сказать, что учебник Вам подкинули?

 Девушка уже было открыла рот сказать, что так и было… нет, ей хотелось кричать об этом, чувствуя всю эту несправедливость к себе. Ей даже казалось, что она слышит мысленный смех того, кто это сделал, позади нее.

 - Нет, я не говорю этого, но… - да, она смолчала, и не потому, что боялась кого-то – она никого никогда не боялась, а потому что не хотела доносить и эта неприемлемая для нее вещь оказалась даже весомее отработки после занятий.

 - Тогда мы увидимся на следующем занятии. Вы свободны.

 Хэл уже почти успокоилась и даже хотела уйти, но мистер Неизвестный сделал тот жест, который вернул все раздражение к девушке. Он скомкал листок с ее ответами и бросил его в урну. И это на виду всего класса! Теперь буравила его своим взглядом сама Хэл. Нет, она бы ничего не сказала ему, поэтому она резко взяла учебник со стола, пытаясь подавить свое раздражение, и развернулась, чтобы идти к своей парте. Неожиданно урна, в которой теперь находился листочек с аккуратно выведенными ответами, правильными ответами на все вопросы, подскочила на месте на сантиметров десять и упала, создав у себя окружение из помятых листков, испорченных ручек и другого, что там находилось. Хэл стало легче также неожиданно, как все взгляды устремились на эту урну, но когда девушка обернулась, учитель уже встал, чтобы поднять ее… или проверить, что же заставило ее упасть…и тем более так упасть.

 Но Хэл уже ничего не заботило и даже не интересовало, поэтому она схватила свою сумку и вышла из класса с высоко поднятой головой под всеобщие взгляды. Вот сейчас они ее радовали, и она даже не пыталась скрыться от них.

 

 ***

 Ипполита появилась в квартире Катрины довольно рано, сразу же позвав ее. Она не была уверена, дома ли ее подруга, но в ее офисе показываться не хотелось. 'Если она почувствовала что и я, то она должна быть тут' - рассуждала сама с собой ведьма, пока Трина не вышла в гостиную.

 - Трина, привет. Ты почувствовала это? - сразу спросила Ипполита.

 - Да. Но как это может быть?

 - Она использовала свою силу. Сколько прошло?

 - Одиннадцать лет. Слишком мало, сила развивается минимум двадцать лет. Нам могло показаться?

 - Ты шутишь? Обеим в одно время?

 Других слов и не нужно было. Обеим ведьмам было понятно, что теперь делать и уже не важно, сколько времени прошло.

 

 ***

 Оставшиеся уроки прошли спокойно, даже слишком спокойно, а что произошло на первом уроке алгебры Хэл так и не знала и знать не хотела, но почему-то это повлияло на ее одноклассников, и все, будто бы боясь, что их услышит кто-то посторонний, шептались и пытались что-то решить или узнать. Но Хэл всегда была одной из тех, кто предпочитал не знать, что происходит вокруг и жить спокойнее. Но, к сожалению, то, что она старалась быть невидимкой в школе, не играло ей на руку, и она, сама того не желая, знала слишком много. Она знала, что Нэнси уже давно изменяет своему Стэну, который в свою очередь встречается с ней лишь, чтобы скрыть свое настоящее увлечение и совсем не девушками. Стефани, первая красавица класса, на самом деле перенесла уже две пластические операции и рассказала об этом лучшей подруге Лане, которая теперь по самому большому секрету рассказывает об этом всем и каждому, а над бедной Стефани теперь смеются за ее спиной. Когда она узнает, чьих это рук дело, будет скандал. Но сама Хэл не говорила никому ни о чем, она предпочитала молча знать, причем даже не компромат, а просто информацию, которую ей хотелось забыть. Но она ничего не забывает, только имена, как показал сегодняшний первый урок. Когда Хэл вспомнила это, она тяжело вздохнула, а голова заболела с новой силой. Она сидела на скамье перед зданием школы и смотрела, как люди садятся в свои роскошные и не очень машины, уезжая прочь. Голова болела целый день после того случая, и даже выпитое лекарство не помогало, что крайне раздражало девушку. Нет, не сама головная боль, а ее причина. 'Неужели я настолько потерянная, что меня так выбивает из колеи плохая оценка?' - думала старшеклассница и не могла на это ответить, ведь сама она себя такой никогда не считала.

 До ее дома было всего несколько остановок, поэтому Хэл хотелось пройти пешком, чтобы подышать свежим воздухом и насладиться еще не жарким солнцем, но как только она встала на ноги, они даже подкосились, отчего девушка снова села на скамейку. 'Да что со мной, черт подери?' - подумала она и все же заставила себя встать, но стало ясно, что придется ехать на автобусе, поэтому Хэл медленно побрела к ближайшей остановке, которая находилась всего в паре минут ходьбы от дверей школы.

 Встав на остановке, она лишь порадовалась, что мама ее уговорила утром надеть куртку, ведь сейчас девушке было более чем прохладно, хотя это было больше похоже на озноб. Хэл укуталась в свою маленькую кожаную и уже очень потертую куртку черного цвета, но теплее не стало. Она стала осматриваться, чтобы хоть так отвлечься от этого состояния, пока не придет автобус. Почти сразу ее взгляд упал на странную парочку девушек, которые почему-то смотрели на нее. 'Неужели я так смешно выгляжу, замерзая в такую погоду?' - подумала Хэл и резко отвернулась, смотря на вывеску магазина через дорогу. Она успела оценить их вид, отчего собственно и посчитала пару странной. Высокая брюнетка на таких каблуках, которые недозволительны, по мнению Хэл и ее родителей, при таком росте, и с очень красивыми обесцвеченными прядями на темные волосы. На ней был строгий серый костюм, а юбка до колен так подчеркивала ее стройную фигуру, что Хэл стало даже завидно - она бы себе такого не позволила. А вторая девушка по сравнению с ней выглядела уж слишком просто: синие джинсы с высокой талией, широкая коричневая кофточка с длинными рукавами и туфли без каблуков вовсе, что при ее росте было ошибкой, хоть ей и шло. Но длинные шикарные волосы все же не ускользнули от взора Хэл, а их цвет, светло коричневый, был таким ярким, что привлекал внимание любого.

 Еще раз прокрутив в голове их образы, Хэл все же обернулась, но на нее уже не смотрели, а говорили о чём-то между собой. Она вздохнула то ли облегченно, то ли разочаровано и снова отвернулась. В следующий момент все произошло, казалось за несколько секунд, хотя прошло, конечно, больше времени. Небольшой зеленый Opel, пытаясь обогнать подходящий к остановке автобус, ускорил движение, но уже в следующую секунду сорвался с прямой полосы и полетел прямиком на Хэл и несколько стоящих рядом человек. Через мгновение машина резко остановилась так, что ее зад приподнялся на несколько сантиметров над асфальтом, а потом снова встал на задние колеса с грохотом. Хэл смотрела на машину, чей нос был всего в нескольких сантиметров от нее, большинство народа вокруг разбежалось в стороны, но девушка была так шокирована, что и с места двинуться не могла. Вскоре из автомобиля выскочил водитель, темный мужчина, средних лет, невысокий и довольно худощавый, на лице его была одна ссадина на лбу, очевидно от удара об руль, ведь к счастью он был пристегнут. Он как безумный смотрел на людей, которые чуть не попали под его машину.

 - Все в порядке? - спросил он дрожащим голосом, на что получил гул ругани и причитаний со стороны, к счастью, не пострадавших, сам же он стал пытаться объяснить, что не справился с управлением, и машину занесло. Хотя его мало кто слушал, тем более девушка, которая оказалась ближе всех к неуправляемому транспорту. Она даже не говорила. Шок никак не проходил, он даже затмил головную боль, которая усилилась настолько, что подкосились ноги. Хэл упала на колени, почувствовав теперь все без остатка. Она схватилась за голову, которая, казалось, сейчас взорвется, и тихо простонала от боли, склонившись еще ниже к земле.

 

 ***

 Ипполита и Катрина следили за Хэл от самой школы. Что именно произошло, они не знали, но видели и чувствовали, как плохо девочке, когда она сидела на скамье перед школой. Но у ведьм уже был готов план, по которому они никак не могли оставить ее в покое. То, какой опасности ее подвергали, не нравилось, конечно же, обеим, но другого выхода за столько короткое время они не нашли, к тому же это решение пришло само собой. Ипполита гадала, когда она увидела то, что произойдет. К сожалению, силы предвидеть будущее у нее уже давно не было, но осталась возможность гадать, чтобы увидеть то, что грядет. И в этот раз стечение обстоятельств оказалось очень удачным. На остановке у самой школы, где училась будущая ведьма, произошла страшная авария – потерявшая управление машина влетала прямиком в остановку, где насмерть сбивала несколько человек. Единственная проблема оказалась в том, что по видению Хэл должна была пойти пешком, но и это оказалось решаемым. Небольшое внушение со стороны Катрины, и вот дело сделано – Хэл ждет автобуса на той остановке, а две ведьмы пытаются прикрывать ее, ведь они еще не были уверены, что девушка сможет использовать силу, чтобы спастись. Но она смогла и, сама того не зная, предотвратила страшную аварию и спасла несколько человек. Только никто не знал, как отразится на бедной девочке резкое использование такого количества силы.

 - Ты ее остановила? – спросила Трина у Ипполиты, когда машина встала прямо перед Хэл. Таков и был уговор – если Хэл не сможет сделать это, Ипполита остановит аварию своей силой.

 - Нет, Кэт. Это она, - ведьма улыбнулась довольно, но в каком-то переживании, ведь девочке всего шестнадцать!

 Будто в подтверждение этих слов, Хэл схватилась за голову и упала на колени.

 - Черт… - тихо выругалась Трина и быстро направилась прямиком к девушке, и лишь Ипполита задержалась на месте, слегка растерявшись, но вскоре и она пошла к своей будущей подопечной, ребенку, которому они испортили жизнь уже, так рано.

 Хэл сидела на коленях, сжимая голову в районе висков так сильно, что, казалось, она пытается перебить таким образом боль, которая разрывает ее голову изнутри. Но ничего не помогало. На секунду боль стала такой сильной, что Хэл вскрикнула, и тогда лишь на нее обратили внимание люди, ругающиеся вокруг. Но после этого боль стала отступать так, что Хэл смогла хотя бы дышать, не срываясь. Катрина присела рядом с девушкой и коснулась ее плеча, чтобы привлечь к себе внимание.

 - Все в порядке, я врач… С ней все будет хорошо, - говорила она медленно и твердо, будто пытаясь убедить в этом каждого… что получилось. Люди вокруг стали задавать вопросы, которые Катрина успешно проигнорировала, сказав лишь одно. – Это просто шок. Я отвезу ее в больницу, - она помогла подняться Хэл, которая еще не понимала, что происходит вокруг, она была лишь сосредоточена на боли, которая отступала слишком медленно.

 - Закончи тут, ладно? – Ипполита подошла к девушкам и взяла Хэл за локоть, чуть потянув на себя. Она поддалась так, будто ее потянули к себе силой, и она не могла сопротивляться ей.

 Катрина кивнула и хотела было продолжить начатое, но Хэл немного пришла в себя, негромко, но слышно спросив.

 - Кто вы? – девушка, наконец, смогла вспомнить, что уже видела этих двоих раньше, всего за пару минут до случившегося.

 - Мы поможем, пойдем, - Ипполита, не отпуская локоть девушки, который после ее вопроса сжала чуть сильнее, дабы не упустить ее из своих рук, повела Хэл прочь с остановки, пока Катрина использовала свою силу убеждения, чтобы народ вокруг не вспомнил, что произошло. Машину занесло, но тормоза сработали вовремя, и, конечно же, никакой девушки перед самым капотом не было.

 Силу убеждения Катрина получила несколько лет назад и уже испытала, что действует она только на людях и магических существах, чья сила много меньше силы самой Катрины. К счастью, ее сила велика, поэтому не так много существ, на которых ведьма не может воздействовать.

 

 Ипполита отвела девушку в сторону, где людей было немного и можно было спокойно разговаривать. Всего в минуте ходьбы от остановки по одну обочину тротуара стояло пара скамеек, на одну из которых села Хэл – стоять было все еще сложно, хоть боль уже не так разрывала ее голову, остался лишь неприятный осадок в висках и слабость во всем теле. ‘Наверное, у меня температура поднялась из-за шока’ – подумала Хэл и сразу поймала себя на мысли, что, наконец, слышит собственные размышления, а всего пару минут назад она не могла даже этого. Со стороны школы была лишь остановка и пара жилых домов, а все магазины находились через дорогу, что обеспечило им то, что народа проходило тут совсем не много, хотя даже толпу сейчас Хэл не заметила бы, она была сосредоточена на женщине, которая стояла рядом со скамьей и сверлила глазами девушку, будто бы они уже давно знакомы, но Хэл почему-то не может ее вспомнить.

 - Кто ты? – снова спросила Хэл, но уже более твердо, чем пару минут назад, чем осталась очень довольна, ведь если она хочет хоть что-то выяснить, то должна оставаться уверенной и твердой.

 - Я та, кому очень сложно рассказать тебе сейчас то, что рассказать надо обязательно, - неизвестная ей шатенка прикрыла глаза и повернула голову в сторону. Она открыла глаза, смотря куда-то вдаль, отчего Хэл немного растерялась, и между ними повисло молчание. Девушка ждала, пока незнакомка заговорит, но та, кажется, даже не думала этого делать, поэтому Хэл решила заговорить сама.

 - Послушай, у меня…

 Строго начала говорить она, но сразу же запнулась, когда увидела подходящую к ним вторую девушку, которая зачем-то осталась с людьми на остановке. ‘Их снова двое… а я одна… черт, что им от меня надо?’ – думала Хэл, понимая, что ее держат тут насильно, хоть и не показывали этого, поэтому девушка даже не делала попытки уйти.

 - Все готово, Поли, - сказала брюнетка и посмотрела на Хэл, чуть улыбнувшись. – Ты в порядке? – в ее голосе звучала искренность, но, тем не менее, слишком сложно было в нее верить в таких обстоятельствах.

 - Да, конечно, он меня даже не задел. Но кто вы, черт подери? – она немного повысила голос, но тут же получила недовольный взгляд со стороны шатенки, который заставил ее замолчать. Этот взгляд сменился на ухмыляющийся, когда она заметила реакцию Хэл.

 - Меня зовут Катрина, а это Ипполита, - мягко говорила брюнетка, кажется, наконец, говоря Хэл то, что ей так хочется узнать.

 - Мы ведьмы, - сразу сказала Ипполита без тени улыбки на устах.

 Катрина прикрыла глаза и вздохнула, говоря.

 - Резко. Тебе только переговоры вести, Ипполита, - она открыла глаза и посмотрела на подругу, которая лишь пожала плечами.

 - Ты кстати тоже теперь, - продолжила ведьма, как ни в чем не бывало, будто она говорила какую-то обыденную вещь.

 Хэл в недоумении посмотрела на обеих и слегка посмеялась, помотав головой, отчего та снова заболела, а девушка тяжело вздохнула, желая, чтобы боль, наконец, унялась полностью.

 - Это типа розыгрыша, что ли? Я не пойму… Розыгрыш после пережитого шока! Да что с вами, люди?! – она резко встала, отчего сильно закружилась голова, но она смогла устоять и твердо намеревалась уйти от этой странной парочки – не зря ей так с первого взгляда показалось.

 Ипполита же чуть вытянула вперед руку, из-за чего Хэл снова села на скамью. Ей казалось, что ее взяли за плечи и насильно опустили обратно. Она даже открыла рот от удивления и посмотрела на шатенку, которая все еще держала руку в стороне девушки.

 - Выслушай нас, - сказала она так строго, что вся твердость Хэл будто испарилась.

 Она грустными уставшими глазками посмотрела на девушек и тихо спросила, понимая, что теперь ее просто так не отпустят.

 - Что вам от меня нужно?

 - Всего лишь поговорить, Хелен, - сказала Катрина и села на скамье рядом с Хэл.

 Конечно, им нужно было куда больше простого разговора, но нельзя было пугать девушку раньше времени. Они ведь могут ее потерять, а это недопустимо…не с той силой, которой она будет обладать.

 - Откуда вы знаете, как меня зовут? – спросила Хэл, но не с тем удивлением, которое было бы естественным в данной ситуации. На него уже просто не осталось сил.

 - Мы многое знаем про тебя, - продолжала Катрина все также мягко, что, несомненно, немного успокаивало Хэл. – Мы ведьмы…и это правда. Я понимаю, как сложно в это поверить, но магический мир существует, и мы являемся его частью. Наша сила велика и рассчитана на то, чтобы…делить ее с простыми людьми и делать их…сильными колдунами. Десять лет назад мы…

 - Сделали меня колдуньей?! – почти выкрикнула Хэл, смотря на Трину широко раскрытыми глазами. Она немного испугалась Ипполиты, поэтому не сделала попытки уйти, чего хотелось в данный момент.

 - Ну…если вкратце, то…да, - Катрина тяжело вздохнула и опустила взгляд. Она чувствовала вину перед девочкой, которой бы только узнавать эту жизнь, а она теперь будет обречена на одну жизнь, полную сражений и зла.

 - Да вы ненормальные… - ей хотелось кричать, но сил уже не оставалось; хотелось уйти, но страх овладевал ею… или это же было любопытство?

 Ипполита все еще не садилась на скамейку и теперь привлекла внимание Хэл на себя, попросив проследить взглядом за ее жестом руки. Вслед за движением кисти ее правой руки камень, находящийся в стороне стал быстро двигаться к Хэл, которая смотрела на это, лишь больше раскрывая глаза. ‘Как…это…это невозможно!’

 - Это…это какой-то трюк, да? – она не отрывала взгляда от камня, который стремительно приближался к ней и в итоге стукнулся об ее черный лакированный ботинок, что заставило девушку одернуть ногу.

 - Это магия, Хелен. Ты тоже ей обладаешь теперь. Ты остановила ту машину своей силой, и так ты тоже можешь, - Ипполита, наконец, сбавила резкость в голосе и говорила почти также мягко, как и ее подруга. Она щелкнула пальцами, и камешек подскочил, упав в ладони Хэл.

 Девушка удивленно посмотрела на свои руки и быстро выбросила камень на землю, а сама резко поднялась на ноги и схватилась за голову.

 - Нет, нет, нет! Что за бред? – причитала она, ходя по одной прямой туда и обратно. - Это…это все нереально, да? Скажите, что это трюки и розыгрыши, прошу!

 - Мы были бы рады сказать это тебе, - Трина встала и прошла к Ипполите, следя взглядом за бедной девочкой. – Этот разговор должен был состояться лишь лет через десять минимум, но сила открылась в тебе так рано, она не должна была.

 - Ах да, через десять лет я была бы полностью готова к этому разговору! – выкрикнула Хэл, посмотрев на девушек. Вот к этому взгляду она стремилась последние минуты. Он выражал ярость, был твердым и уверенным и давал желаемый результат – так называемые ведьмы стали смотреть на нее совсем иначе, с беспокойством и, возможно, страхом.

 - Дай силе шанс, Хелен… Она очень важна для… - говорила Катрина, но ее перебила Хэл, не смягчая взгляда и тона.

 - Нет-нет! Я ее не принимаю, слышите обе? Заберите немедленно!

 - Мы не можем… - неуверенно начала Ипполита, на нее явно подействовали тон и взгляд девочки, но внутри она радовалась тому, что морально она все же сильна, хоть это и незаметно было сразу. – Не можем сейчас, - все же исправилась она, на что получила крайне неодобрительный взгляд со стороны Катрины.

 ‘Не можем сейчас?’ – будто бы спрашивала мысленно она у своей подруги, но та ее, конечно, не услышала, хотя по тому, как она пожала плечами, было ясно, что и так все поняла.

 - Послушай…ты спасла сегодня несколько человек, когда остановила ту машину… и это же лишь небольшая часть того добра, на которое ты способна с этой силой, - Катрина попробовала пойти другим путем, и считала его лучше обмана Ипполиты.

 - Я что так похожа на активистку делать добрые дела? – ее голос смягчился, как и взгляд. Хэл смотрела на них так, будто только сейчас поняла, что она и вправду могла погибнуть под колесами той машины, как и несколько человек рядом с ней, если бы не эта сила.

 - Ты похожа на ту, кому не все равно… - Катрина стояла на своем. На самом деле она никогда не умела общаться с детьми или подростками, поэтому ей было сложно сейчас с этой девочкой, но она старалась смотреть на нее, как на более взрослую.

 Хэл молча смотрела на нее, не зная, что говорить и как вести себя. Это ведь решает всю ее жизнь! Если она согласится быть, как они говорят, ведьмой и делать добрые дела, она уже никогда не сможет стать прежней. ‘Я всего лишь в школе учусь… я обычная ученица, которой…’ – мысль она не закончила, но сказала ее вслух.

 - Ошибаетесь… мне очень все равно…

 Устало проговорила Хэл и пошла в сторону, отходя от девушек. Она просто захотела уйти и забыть об этом разговоре. Почему-то именно сейчас она почувствовала, что они ее отпустят, и не ошиблась – за ней никто не пошел.

  - Прошу, подумай надо всем этим, Хелен… И если захочешь поговорить, просто позови, - сказала ей вслед Катрина, на что девушка остановилась.

 - Меня зовут Хэл, - на секунду она обернулась, но, сказав это, тут же отвернулась и продолжила свой путь в сторону своего дома.

 

 ***

 У Роберта Дрейка, кажется, началась черная полоса в жизни, хотя она и не прекращалась с тех пор, как три месяца назад он открыл в себе необычные способности и имел неосторожность рассказать об этом родителям. Они оказались не такими понимающими, как он рассчитывал, и его выгнали из дома. С тех пор ему приходится справляться одному со всей своей жизнью. К счастью, он встретил других, таких же как он, ему помогли познать сущность самого себя и перестать бояться всего, что связано с этой силой. Но сейчас он думал совсем не о ней. Его проблемой стал очередной выбор между работой и школой. Всего несколько месяцев ему осталось до окончания, но работать необходимо уже сейчас, чтобы обеспечивать себя. Он слегка стукнул кулаком по парте, за которой сидел. Вчера его снова уволили. Как босс мог так поступить с ним? Они же договаривались с самого начала обо всем! Он отвернулся к окну, возле которого стояла парта, и вздохнул. ‘Сегодня снова искать работу. Как же мне это надоело’ – задумался он, но его мысли прервали.

 - Бобби!

 Он поднял взгляд на парня, который стоял над ним, опираясь на парту, и смотрел на него. Молодой парень с волосами ежиком рыжего оттенка в очень широких джинсах и ярком желтом свитере посмеялся, постучав по парте, будто бы стучится в дверь.

 - Ты где, Боб, а? – он усмехнулся. – Я с новостью пришел, а ты уснул. Не, ну хороший ты друг, хах?

 Бобби слегка посмеялся и развел руками в стороны, говоря красивым бархатным голосом, таким будто он его специально ставил для того, чтобы, к примеру, петь.

 - Хороший-хороший. Что за новость, Джим?

 - У школы тех богатеньких придурков полчаса назад машина чуть не снесла остановку, представляешь? – он рассмеялся.

 - Что? – Бобби удивленно смотрел на него. – Это смешно?

 - Конечно! – не унимался Джим. – Их уже проезжающие машины давят! Так им и надо, серьезно.

 - Извращенное у тебя чувство юмора, приятель, - Роб усмехнулся. – Никто хотя бы не пострадал?

 - Нет, никто. А ты…ну что за человек, а? – Джим снова посмеялся и потрепал друга по его светлым волосам, после чего сразу пошел прочь рассказывать эти новости другим одноклассникам.

 Бобби проводил его взглядом и снова усмехнулся, когда Джимми, активно жестикулируя, рассказывал то же самое их одноклассницам Дине и Эмме. Он, конечно, и сам не любил ту школу для богатых, как ее все тут называли, но так жестоко злорадствовать он не мог. Его школа не была для самых бедных, она всегда была просто…обычной, для всех детей, любых классов, и находилась она через пару кварталов от той.

 Времени до начала урока оставалось немного, но Робби захотелось пройтись и, возможно, позвонить своей команде, чтобы узнать, стоит ли приезжать сегодня. Хоть он и умел водить, машину позволить себе не мог, а лишний раз ехать на автобусе в другую часть города совсем не хотелось. Он поднялся и направился прочь из кабинета, откуда сразу зашел за угол, где был небольшой проем между шкафчиками и стеной, там он и встал. Достав свой еще старой модели мобильный телефон, он нажал кнопку вызова и прислонил трубку к уху, ожидая, пока ему ответят.

 Бобби – восемнадцатилетний колдун с одной единственной способностью, которой он очень доволен, несмотря на то, что из-за этого он остался без дома и семьи. Он общительный и веселый, несмотря на все проблемы, которые так и ударяют его изо дня в день все сильнее и сильнее. Его внешность далека от идеала, но это, как бы то ни было странно, делает его еще более привлекательным. Светло-русые волосы, которые при определенном освещении кажутся рыжеватыми, большие ярко-голубые глаза, такие, будто у него всегда надеты специальные линзы, в меру пухлые щеки и тонкие правильного очертания губы, а также до безумия очаровательная улыбка! А вся его одежда каждый раз так и говорила о его искренности, чистоте и теплоте, будто он специально хотел показать это людям, но все его и окружение и так знало, что Бобби – человек, на которого всегда можно положиться, разве, что не многие знали, что он вовсе не человек. И сейчас, не изменяя своему вкусу, на нем были голубые джинсы, идеально белая рубашка и светло-бежевые замшевые туфли. Все чистое, отлично выглаженное и ухоженное – по чему и не скажешь, что старшеклассник живет совершенно один.

 Ответа ему пришлось ждать почти минуту, за которую коридор опустел еще больше – приближался звонок.

 - Шелли, привет! – сразу заговорил Роб, когда услышал в динамике высокий голос своей коллеги.

 - Бобби? Привет! Ты рано, - отозвался женский голос в трубке. – У тебя уже закончились занятия?

 - Нет еще, но хотел узнать, нужен ли я сегодня, а то у меня работа, точнее…ее поиск, ты понимаешь, - у него не было подобных секретов от своей команды, поэтому он легко поделился небольшими рабочими проблемами с Шелли.

 - Что такое, дорогой? Ты ушел с той работы? – участливо отозвалась девушка.

 - Уволили, слишком много пропусков. Но я найду - ты не против, если я сегодня выходной, идет?

 - У тебя сколько угодно времени, Бобби. Пока что ничего срочного не намечается.

 - Спасибо, Шел! Завтра постараюсь быть, - прозвенел звонок, поэтому Бобби быстро попрощался и, отключив телефон, направился обратно в кабинет. Джимми уже сидел за их общей партой и бурно поприветствовал друга, когда тот прошел в класс. Он не знал, почему его приятель постоянно уходит куда-то, порой он так спешит, что даже не прощается, но лишних вопросов больше не задавал. Вслед за Робби в кабинет зашел учитель, и урок начался.

 

 ***

 Хэл пришла домой уже через полчаса после общения со странными девушками. К счастью, дома никого не было, и она могла побыть наедине с собой и своими мыслями, которых было сейчас чересчур много, а уж в каком беспорядке они находились. ‘Сила… ведьмы… какая глупость!’

 - Ну, почему все такое происходит со мной? – воскликнула она, бросая куртку на тумбочку, не желая сейчас даже повесить ее.

 Небольшая квартира всего с двумя комнатами, большим холлом и кухней, в которой находилась дверь, ведущая на просторный балкон. Они жили в этой квартире вот уже пятнадцать лет, поэтому большая часть жизни девушки прошла именно тут, но несмотря на это и на то, какой привычной для нее была эта квартира, она оставалась чужой для Хэл. Но она думала, что это лишь из-за того, что квартира не чужая – она родительская, и когда она уедет от них, то место будет ее и только ее. Как же она ждала этого момента! Конечно, она любила родителей, скучала, если они надолго уезжали, но ей так хотелось жить своей жизнью, что уже сейчас она строила планы по тому, как бы ей найти себе отдельную квартирку после окончания школы. Но родителям, конечно, об этом было знать необязательно, у нее с ними отличные отношения, так пусть такими и остаются.

 Захватив из холодильника бутылку газировки, Хэл направилась в свою комнату. Она села на диван, который раздвигался в кровать и занимал большую часть и без того маленькой комнаты, и посмотрела в выключенный монитор компьютера, пытаясь разглядеть в нем себя. Она вздохнула и отвернулась, осмотрев комнату, которую изо дня в день видит уже на протяжении стольких лет, только теперь все казалось другим. Большой шкаф на всю стену с кучей старых мягких игрушек наверху, заваленный книгами и тетрадками стол прямо напротив окна, маленький стенд с дисками на одной полке и книгами на другой, черный телевизор со смешной наклейкой в углу – все это казалось таким чужим, будто не принадлежало Хэл вот уже столько лет. Глубоко вздохнув, она отпила из бутылки и снова посмотрела на компьютерный стол, только теперь ее взгляд упал на одинокую ручку, которая лежала возле пары коробок с дисками, мягкой игрушкой и одной фотографией без рамки – фотографией ее вместе с родителями годичной давности.

 - Значит…ведьма, хах? – она глубоко вздохнула и попыталась вспомнить, как она остановила ту машину, но этого не получилось. Она же ничего для этого не делала, по крайней мере, специально.

 ‘Нужно сосредоточиться, наверное’, - теперь про себя говорила Хэл и продолжила пристально смотреть на тонкую синюю ручку. Минута, две, пять прошли совершенно бесполезно – ручка не сдвинулась ни на сантиметр. ‘А что если это все было глупым розыгрышем? Я не останавливала ту машину. Ну, конечно же! Какая я дура… поверила в какую-то чушь’. Она вспомнила, что делала Ипполита, и протянула руку вперед, будто пыталась доказать правоту своих мыслей. Она выгнула ладонь так сильно, что она даже немного затряслась. Неожиданно ручка сдвинулась по поверхности стола на несколько сантиметров ближе к краю. Хэл даже вздрогнула и посмотрела на свою руку, которую медленно поднесла к лицу.

 - Невозможно… - прошептала она сама себе, переместив свой взгляд на ручку, которая теперь лежала в другом месте, нежели сначала, и снова, как ни в чем не бывало, не двигалась.

 - Хэлли! – донесся женский голос из холла, который заставил девушку снова вздрогнуть, отчего ручка слетела вниз и с силой ударилась об стену в метре от стола.

 Хэл посмотрела на это, широко раскрыв глаза, а рот прикрыв руками. ‘Боже мой…’ Она не сразу поняла, что нужно ответить, поэтому в ответ закричала так резко, что сама этому испугалась.

 - Я тут, мама! Сейчас… - она вскочила с дивана, будто бы боясь, что ее мать зайдет в комнату и увидит что-то, чего не должна видеть. Но ничего не было. О ее необычной силе могла сказать лишь ручка, лежащая у стены. Хэл пошла к двери, притормозив у ручки, которая спокойно лежала и будто бы влекла девушку к себе – она была проявлением ее силы в данный момент. Ведьма, теперь уже точно ведьма, хотела переместить ее обратно на стол с помощью магии, но не решилась повторять этого, поэтому присела, подняв ручку и положив ее на стол. Еще секунду посмотрев на нее, она покинула комнату.

 

 Глава 3.

 18 марта 2005, пятница

 Адам Джи Коул вышел из своей черной Audi на стоянке школы в Беверли Хиллз и сразу же осмотрелся, пока захлопывал дверь роскошного автомобиля. Среди машин богатых детишек он и не выделялся почти, а вот его хозяин вполне. Высокий брюнет, с очень короткими волосами, полностью открывающими широкий лоб и ровную форму овального лица. Серые большие глаза излучали некую доброту, будто излучая душу этого человека в одном взгляде, а губы были изогнуты в несменной ухмылке. Орлиный нос, впалые щеки и небольшие морщинки на лбу ничуть не портили притягательность Адама, а наоборот заставляли всматриваться в каждую черточку его лица. Несмотря на теплую погоду на нем была довольно теплая черно-серая кожаная куртка, которая была потертой, но явно не от невозможности купить новую, просто именно эта всегда была его любимой. Идеально чистые черные брюки и поношенный того же цвета свитер с V-образным вырезом, открывающим длинную шею, прикрывали природную худобу Адама, а небольшая платформа на туфлях добавляла пару сантиметров к его и без того большому росту. Он облокотился на крышу машины, всматриваясь в учеников, проходящих мимо него, когда его отвлек красивый мужской голос позади него.

 - Адам, черт подери, это школа, взгляд попроще!

 Адам посмеялся и медленно обернулся на парня.

 - Вот если ты смотришь на своих одноклассниц, это мило, а если я, то сразу совращение малолетних, а! – он засмеялся в голос.

 - Здесь нет моих одноклассниц, а тебе сорок! Пойдем, - блондин направился к дверям школы, а Адам, все еще смеясь, направился за ним.

 - Мне еще нет сорока, Бобби! Нашел себе старичка, ну, спасибо! – конечно же, шутя, кричал он вслед парню.

 Бобби посмеялся и пробежался по ступенькам крыльца к самому входу в школу. На нем были те же джинсы, что и вчера, но теперь их украшала легкая джинсовая куртка поверх тонкого белого свитера. Он открыл дверь и зашел внутрь, подождав, пока к нему присоединиться Адам.

 - Ну, так что… я готов… показывай! – Адам прикрыл глаза рукой, чуть приподняв ее так, чтобы видеть то, что Бобби должен был ему показать.

 Роб рассмеялся и толкнул приятеля в плечо, достав из внутреннего кармана джинсовки фотографию.

 - Смотри. Шел сказала, что она где-то здесь… - он показал фотографию Адаму, который еще немного отворачивался от нее, но потом, усмехнувшись, посмотрел уже нормально.

 Фото изображало девушку лет семнадцати с длинными черными волосами, узкими карими глазами, идеальной формы носом и большими ярко-красными благодаря помаде губами. Она широко улыбалась, а фотография явно была студийной работы.

 - А Шелли уверена, что нужно привезти ее к ней, а не мне оставить, хах? – Адам широко улыбнулся, подняв взгляд на напарника.

 - Адам… Ты отвратителен, - спокойным голосом, но с явной усмешкой высказался Бобби.

 Адам усмехнулся и показал ему жест среднего пальца, после чего сразу пошел влево по коридору, где толпами ходили ученики. Бобби, смеясь, направился за ним, внимательно осматриваясь. До звонка оставалось еще несколько минут, поэтому ребята не стали тратить их зря, а останавливались у молодых людей, спрашивая, не видели ли они девушку с фотографии, но как назло никто из них не признал ее.

 Когда прозвенел звонок, и толпа стала расходиться, они заметили девушку, которая, кажется, даже не торопилась на урок, а со скучающим или, скорее, задумчивым видом шла по коридору в сторону своего кабинета. Золотые длинные волосы без единого намека на то, чтобы завиваться; длинные ноги, которые удачно подчеркивали узкие темно-синие джинсы, и кожаный плащ черного цвета почти до самых колен. Она немного обняла себя руками, в которых не было ни тетрадки, ни сумки, что обычно носил с собой любой ученик, и шла вперед, даже не смотря по сторонам, а будто бы внимательно изучала кафель, из которого сделан пол. Так как она единственная сейчас никуда не спешила, ребята попытали судьбу, подойдя к ней и сразу показав фотографию.

 - Простите, Вы не видели эту девушку? – спросил Бобби, а незнакомка одарила их таким взглядом, будто они спросили у нее что-то настолько личное, о чем даже думать не принято, не то, что говорить.

 Еще пару секунд она смотрела на них снизу вверх из-за разницы в росте, ведь хоть блондинка и была девушкой высокой, оба парня возвышались над ней, а потом все же опустила взгляд на фото.

 - Нет, не видела, - специально грубым голосом ответила она, но даже это не перебивало то, что ее голос очень приятен на слух и даже немного оригинальный говор при произношении казался довольно милым.

 Она снова опустила голову, посмотрев в пол, и обошла парней, направившись дальше по коридору.

 - Спасибо! – с издевкой произнес Адам и усмехнулся, посмотрев на Бобби. – Милая девчушка. Ну что…давай разделимся. Я пойду на второй этаж, идет?

 - Там столовая, верно? – Бобби посмотрел на напарника, широко раскрыв глаза и силой пытаясь скрыть улыбку.

 - В школах самые вкусные булочки с изюмом. Пальчики оближешь, - он поднес большой и указательные пальцы ко рту, на что сразу получил удивленный взгляд Робби.

 - Прошу, только не облизывай…

 Адам рассмеялся и толкнул напарника в плечо слегка, но Бобби специально отступил на шаг, будто его сильно оттолкнули назад. Подмигнув, старший товарищ направился в сторону лестницы вправо по коридору. Роб хотел повернуться на него, но его взгляд остановился на девушке, которая уходила вдаль все также медленно и очень задумчиво. Он хотел нагнать ее, хоть еще не знал, что ей сказать, но его внимание отвлекла девушка, которая прошла в школу через главный вход, возле которого сейчас и стоял колдун. Ему не понадобилось и секунды, чтобы признать в девушке ту самую, которую они так искали последние несколько минут. Но к его несчастью девушка также заметила Бобби, а точнее почувствовала что-то, потому что бросилась бежать обратно на улицу лишь через несколько секунд.

 - Адам! – выкрикнул Бобби, после чего кинулся за девушкой, а его друг успел обернуться и застать это, поэтому, выругавшись, он побежал к дверям от лестницы.

 

 ***

 Меньше всего в этот день Хэл хотелось идти в школу. Она узнала о себе то, что, возможно, изменит всю ее жизнь, а она должна делать вид, что ничего не произошло и идти учиться, как сотни обычных людей. Но выбора у нее не оставалось, поэтому рано утром она как всегда перешла порог школы. Занятия длились так долго, что казалось каждый урок идет за два, а то и три. Спустя три урока девушка была уже полностью вымотана и даже думала уйти домой, но не решилась покидать школу так рано, не привыкла она без причины пропускать. Она опаздывала на четвертый урок и шла по коридору в почти полном одиночестве, когда к ней подошли двое странных парней, которых она никогда раньше не видела. Но самым странным оказалось то, как они покинули школу. Хэл обернулась на входную дверь, в которую выбежал блондин, а за ним устремился и брюнет. Она проводила их взглядом, но даже когда они скрылись из ее поля зрения, она не отворачивалась. Девушка сверлила двери взглядом, сама не понимая, что с ней. ‘Нет… я же не любопытная, что мне все это…’ – говорила она сама себе, крепко сжимая руки в кулаки, чтобы прийти в себя.

 - Черт! – негромко выругалась она и побежала на улицу.

 Уже через несколько секунд она оказалась вне территории школы, прислушиваясь и осматриваясь. Она не знала еще, что так тянет ее за собой, не знала, что она хочет найти или увидеть, но у нее был реальный шанс узнать это все. Она услышала в стороне от школьных ворот уже знакомый голос парня-блондина. Чуть помедлив, она направилась туда. Место было закрыто от посторонних глаз благодаря небольшому зданию, которое сдавалось вот уже пару недель, и нескольким деревьям вокруг. Но, к счастью для Хэл, место не было огорожено, чтобы его нельзя было заметить, поэтому она быстро оказалась там, смотря на представшую перед ней картину. От удивления она, кажется, даже моргать перестала, смотря, как небольшой бурый медведь стоял рядом с темноволосой девушкой, у которой из рук торчали самые настоящие шипы! Хэл вскрикнула, сразу же прикрыв рот обеими руками, но это заставило обернуться блондина, которого она видела в коридоре школы всего пару минут назад. Он стоял неподалеку и пристально теперь смотрел на нее в некоторой растерянности. Но той растерянности, испуга и удивления, которые были сейчас у Хэл, быть, наверное, ни у кого просто не может! Она как завороженная смотрела на то, как девушка замахнулась шипами на медведя, который всекунду оттолкнул ее от себя своими большими лапами, и она оказалась на земле. Он тоже повернулся на Хэл и уже через пару секунд он заметно уменьшился и на его месте стоял мужчина, тот самый, который спрашивал про фото вместе с блондином. Слегка трясущейся рукой девушка убрала волосы, которые попали на нее лицо, когда блондин заговорил, чуть потянув руку к Хэл, чтобы та успокоилась.

 - Послушай, все в порядке, - проговорил он красивым голосом.

 - Осторожно! – она вытянула руку вперед, потому что девушка, которую отбросил медведь, поднялась на ноги и хотела было напасть на не заметившего этого брюнета, но уже через секунду ее отбросило в сторону, стоило Хэл сосредоточиться на ней.

 Парни, будто по сигналу, обернулись на девушку, а потом перевели взгляд на Хэл, которая все еще держала руку перед собой, стараясь удержать девушку с шипами, пока эти самые шипы не скрылись в ее руках.

 - О, черт… - воскликнул брюнет, смотря на Хэл, но уже вскоре ринулся к девушке, которая могла снова атаковать. Он схватил ее за руки, крепко сжав. Когда девушка попыталась вырваться, он сильно встряхнул ее, отчего та немного успокоилась.

 Хэл же напротив успокоиться не могла. Она стала медленно отходить назад, все еще смотря то на блондина, то на брюнета, удерживающего девушку. ‘Нет, нет, нет… что тут происходит?!’ – то и дело кричала она в своих мыслях. Развернувшись, Хэл направилась прочь оттуда, уже ускорив шаг, но ее остановил блондин, схватив на локоть, что заставило девушку поднять на него все еще растерянный взгляд.

 - Подожди… останься, надо поговорить.

 - Отпусти… - сквозь зубы произнесла Хэл, смотря в его прекрасные голубые глаза. – Отпусти, прошу… - но он не отпустил.

 Тогда у нее резко ударила в голову боль. Девушка снова вскрикнула, схватившись рукой за висок и закрыв глаза. Она не заметила, как парень ее отпустил, она лишь почувствовала это, когда смогла обхватить голову обеими руками. Когда она открыла глаза, она увидела, как то же происходит с двумя парнями и девушкой. Тот, что помладше, упал на колени, склонившись головой к земле, а брюнет чуть склонялся над девушкой, которая упала на землю, схватившись руками за голову. Головная боль Хэл прошла также резко, как и началась, и она смогла осмотреть троих незнакомцев мимолетно, после чего развернулась и убежала прочь, пока никто не очнулся, чтобы снова остановить ее.

 Хоть Хэл и вернулась в школу, на занятия она не пошла. Она лишь ходила туда и сюда по коридору, пытаясь прийти в себя. Но то, что она чувствовала, а точнее не чувствовала сейчас, ее крайне удивляло. Она не боялась этих двух парней. Несмотря на все увиденное она ни капли не боялась ни одного из них, даже девушка казалась ей совершенно не опасной, хотя парни, кажется, не были того же мнения. Она не знала, кто они, и на чьей стороне, поэтому, глубоко вздохнув, она вышла на крыльцо. Она решила дождаться, пока они вернутся…а они должны были прийти к ней – она чувствовала. Сев на ступеньках, Хэл пристально смотрела на ворота, в которых так и ожидала появления кого-то из них. Ждать п




фантастика

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 44 раз(а)





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр