Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы     Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?



(Написать письмо )

ЭЛАЙДЖА ВУД: «Питер Пэн из Шира, или «Ясная сущность непобежденных»

 

  Элайджа Вуд – актер исключительный. И судьба его – пример редкостной отваги. Почему – объясним чуть позже. Создатель образа Фродо Бэггинса – живет сейчас иной жизнью. Но нам по-прежнему не дают покоя его меховые лапки и хоббитовская сущность. Сейчас, спустя 7 лет после первого «Властелина колец», Элайджа Вуд стал другим. Но на тот момент его внешность вдохновила многих журналистов на романтические трактаты. Ваш покорный слуга – не исключение.

 

  Редкое англо-латинское имя, взгляд, устремленный в никуда, словно именно там скрылось нечто дорогое для его молодого сердца. Таким взглядом провожают детство и встречают юность. Он, словно поцелованный ангелом ребенок, счастливый, растерянный и отрешенный. Элайджа Вуд до «Властелина колец» и после. Две жизни, два мира, счастье и беда, слившиеся в едином сплаве. Сказка, которую ожидаешь с детства, настигает нас во взрослом состоянии.

 

  «В коротких штанишках»

  Актерскую карьеру Элайджа Вуд начал в три года. Это была рядовая реклама. Но одного раза хватило. Необычное лицо широкоскулого ясноглазого мальчика замелькало в телевизионных сериалах, и вскоре его пригласили в Лос-Анджелес. Мать Элайджы, нежная и волевая женщина, долго не раздумывая, взяла в охапку остальных двоих детей и решительно последовала за сыном в город ангелов. К сожалению, приобретя внушительные контракты, Элайджа потерял отца, который остался в Айове. С тех пор душой и центром семьи была его мать. Начало было положено, - в первое десятилетие своей жизни Вуд снимается в экранизации Чарльза Диккенса - «Крошка Доррит» (1987), во второй части виртуальной комедии «Назад в будущее-2» (1989). В 1990 году маститый Майкл Фиггис приглашает его к участию во ««Внутреннем расследовании». В этом же году Элайдже посчастливилось работать с Барри Левинсоном в фильме «Авалон», после чего он окончательно утвердился в ранге «подающей надежды звезды».

  Свою первую главную роль Элайджа сыграл в «Раю» (режиссер Мэри А. Донахью). Его партнеры - Мэлани Гриффит и Дон Джонс долго вспоминали работу с этим «интеллигентным десятилетним мальчиком, который схватывал все на лету». Не менее лестными были отзывы о нем Мэла Гибсона («Он безумно талантлив, и совершенно неиспорченный ребенок»), Джейми Ли Кертис («Я была поражена, меня прямо тянуло к этому удивительному мальчику»), Мэлани Гриффит («Элайджа – удивительный актер, и у него доброе сердце»). Согласитесь, в актерской профессии редко от кого услышишь столь щедрые похвалы…

  В 1992 году Элайджа играет в фильме «Вечно молодой». От мистическо философской темы он легко переходит к теме семейного насилия над детьми, - «Радиоэкспресс». Режиссер фильма Ричард Доннер позднее с улыбкой вспоминал: «До начала съемок я говорил с Барри Левинсоном, который только что закончил «Авалон» и все еще бредил этим ребенком. Он показал мне несколько плакатов с Элайджой, и я уже знал, что он будет прекрасен в этой роли…».

  В «Хорошем сыне» (1993) - фильме про «детскую дружбу» - Элайджа переигрывает Макколея Калкина. За этим последовала восьмая киноверсия знаменитого романа Марка Твена «Приключения Гека Финна» (1993) режиссера Стивена Соммерса. В одном из своих интервью режиссер сказал: «Элайджа играл обычно застенчивых и сосредоточенных на себе детей, но когда я его встретил, его энергия буквально сбила меня с ног…».

  В 1994 году Вуд снимается в «Войне», фильме, посвященном пост-вьетнамскому синдрому. Режиссер Джон Эвнет вспоминал: «..это была очень жестокая роль, Элайджа счастливый ребенок, а ему нужно было показать эмоции, которые выглядят отталкивающими, но он оказался профессионален, и у него определенно есть способности режиссера, он больше, чем просто ребенок, он – Личность..».

  Последующие работы - фильмы «Норт» и «Флиппер» дали Элайдже возможность прийти в себя после сильного душевного напряжения. В 1997 году он попал в «Ледяной шторм» и испытал на себе «Столкновение с бездной».

  Следующий год для него был удачен как нельзя более – культовый Роберт Родригес пригласил его на свой «Факультет» померяться силами с космической нечистью.

 

  «Путешествие в сердце мира…»

  А тем временем, в точке N мирового пространства прозошло следующее. Человек Толкиен написал книгу и назвал ее «Властелин колец». Спустя несколько лет, режиссер Питер Джексон загорелся идеей снять по ней фильм. На главную роль – роль Фродо Бэггинса - он пригласил опытного киноветерана – 18-летнего Элайджу Вуда. «Будешь хоббитом», - сказал он Вуду, «а это не больно?» - поинтересовался юноша. «Как себя вести будешь…», - последовал ответ. Вуд вел себя хорошо, но легче ему от этого не стало. К моменту окончания работы над всей трилогией (а случилось это в 2003 году) Вуд на собственном опыте постиг смысл слов Толкиена: «Эта книга написана кровью моего сердца». То же самое он мог сказать и о фильме, кстати, не только он, но и Питер Джексон, Виго Мортенсен, Орландо Блум, Лив Тайлер, Кейт Бланшетт и много-много славных людей, трудившихся над этим экранным шедевром. Но не будем о грустном. Итак, славьтесь меховые пятки, уютные норы Шира и мужество истинных героев…

  Элайджа Вуд дождался своего звездного часа. Его Фродо Бэггинс - сосредоточие отваги, мужества, трогательности и бесстрашия, которое так необходимо в ирреально-зазеркальных мирах. Кажется, будто это очарованный странник пришел из земли обетованной и принес рецепт чудодейственного эликсира. Из него плавят Кольца Жизни, из которых, в свою очередь, возникает земная спираль. Благодаря этой роли Элайджа вырос из детства, как вырастают из коротких штанишек. Он отращивает бороду и усы, чтобы казаться старше своих лет и ему это почти удается, но его выдают глаза – глаза Питера Пэна. Повзрослевший Питер Пэн – это «человек из страны Грин», в которой оживают нарисованные деревья, а лиловеющие рассветы - вечны.

  После «Властелина колец» в жизни Элайджи Вуда все лавионообразно переменилось. Нахлынули жадные до интервью журналисты, бесконечные фотовспышки обжигали его сетчатку и жужжание диктофонов заглушало серебряные колокольчики в душе. Но только на время. На самом деле эта роль была для него прозрением сродни тому, что настигает путника в момент, когда в разломе тибетских скал перед ним открывается Шамбала. И это прозрение подсвечивало его изнутри, как церковная лампада. Тогда его лицо побуждало к безудержным мечтам всякого, кто бросал на него взгляд.

 

  Геометрия сказки

  Есть проекты, шагнув в которые, актер оказывается во власти магии. “Властелин колец» из их числа. Эта книга - бессмертное творение в полторы тысячи страниц, именуемое толкиенистами отдельной версией Святого Писания. Автор – Джон Рональд Руэл Толкин, - мифотворец и истинный католик. В этом романе живет душа не только самого Толкиена, но и некая мировая душа, управляющая сердечными путями каждого из нас. Толкиен создает абсолютно новую форму сознания, - мировое сознание Средиземья, - он ведет своих героев самыми страшными путями, погружает в немыслимые ситуации, опасные как для тела, так и для разума. И в то же время, кажется, будто через всю книгу кто-то невидимый протянул серебряный шнур - охранительное заклинание, смысловую цепочку, вокруг которой обвивается сюжетная вязь. Сердце верит, что с Фродо и Сэмом ничего не случится, что Гендальф окажется сильнее Саурона, а Король вернется в Белый Город.

  “Властелин колец” прекрасен и сложен тем, что в каждом образе или предмете спрятан тайный символ, объясняющий многое: так Кольцо Всевластия выступает в качестве символа обыденности, движения по кругу. Помимо прочего – это вещь, порабощающая сердца, проникающая в человеческое сознание подобно вирусу. В кольце проступают черты живого организма, наделенного основными защитными функциями. Любопытно, что Толкиен вывел в романе психофизический образ Кольца, точнее – его души – это Горлум, существо, пришедшее в глубокие пещеры из хоббитовского мира, что тоже немаловажно. Что восхищает и потрясает во “Властелине колец”, - так это библейский подтекст сюжета. Толкиен прорисовывает три мира: Светлый, (мир эльфов), Темный (царство Мордор) и хоббитовский Шир, как некоое мирское государство, приземленное и простое. Но именно из этого мира приходит Миссия, Герой по имени Фродо Бэггинс.

  Толкиен не щадит его, взваливая на маленькие плечи заботу о всем Средиземье. Но это еще полбеды. Кроме спасения мира, на долю Фродо выпадает более тяжкая миссия, - уничтожить Кольцо Всевластия, не соблазнившись им, не поддавшись искусу воспользоваться его магической силой, сохранить свое сердце от его пагубного воздействия. Так враг материально-физический трансформируется во врага психофизического, возникает ситуация, характерная для американского кинематографа, - “нечто внутри меня”.

  Толкиен испытывает Фродо, искушает, начиная с его ухода из Шира и заканчивая отъездом в Серебряную Гавань. На пути в Мордор он оказывается практически один. Но в данной ситуации понятие“один” – не означает количество как таковое, один – это один из многих, особый, одинокий, с ясным осознанием принимающий свою долю. Нести у сердца кольцо власти, значит, быть одному. И Братство Кольца – это всего лишь отвлекающий маневр, предшествующий долгому беспокойному путешествию Фродо Бэггинса. Он ощущает скрытую угрозу, исходящую от кольца, однако для него кольцо – это не сила и власть, но чудо, непреходящее, опасное, притягательное. Из этого союза вещи и живого существа возникает дилема - может ли смертный отказаться от волшебства, сулящего ему сокровенные бесценные дары…

  Глядя на мятущегося Фродо, мы спрашиваем себя, - властны ли мы над нашим сердцем, почему наши уста смеются, когда душа плачет, зачем мы идем на явный риск, ради призрачной награды, почему мы обречены терять самых сильных, умных, добрых и ясных. Каждое мгновение жизни цвет мира уходит в небытие, почти так же, как Фродо уходит вслед за эльфами в бессмертие.

 

  «В девственных лесах Хоббитании»

  По одиночке они выглядят вполне реальными и нормальными людьми, - Питер Джексон и Элайджа Вуд, но вместе почему-то смахивают на двух магов-хулиганов с видом примерных мальчиков жаждущих выкинуть какую-нибудь очередную отвязную шутку. После стольких месяцев непрерывной работы, подъема в пять часов утра и насыщенных съемочных дней они уже почти сроднились. Они обмениваются комплиментами в адрес друг друга, как бильярдными шарами, и выглядят при этом безумно счастливыми людьми, - еще бы провести три года жизни в земном Эдеме. Когда смотришь на эти девственные сочно-зеленые луга, по которым несется магия с меховыми пятками и копной непослушных кудрявых волос, видишь озорную улыбку настоящего дитя Шира, то понимаешь, что сказка жива и живет она здесь, на этих берегах, омываемых четырьмя морями и Индийским океаном.

  В Элайджу Вуда (Фродо Бэггинс) влюбляешься сразу и навсегда. Его Фродо- солнечный зайчик, стремительный, с сияющими глазами, нетерпеливыми движениями и нежным отважным сердцем. Он еще не знает, сколько бед выпадет на его долю, сколько физических и душевных мучений придется ему переплавить в своей душе. Но мы-то знаем, что все будет хорошо, невзирая на столь серьезную опасность как Кольцо Всевластия. Мы идем по пятам Фродо и его друзей, испытывая все мыслимые и немыслимые чувства, веря и не веря в это чудо, - ожившего «Властелина колец».

  Каждый сантиметр этого кинопространства овеян магией толкиеновской саги, - заколдованные леса, гиблые болота, бескрайние пустоши, живые деревья, не говоря уже о самих героях, - прозрачной Кейт Бланшетт, представшей в образе лесной волшебницы Галадриэли, органичном в роли хоббита Бильбо Яне Хольме, Орландо Блуме, в качестве бессмертного эльфа Леголаза, и многих-многих других. Людская молва долго будет слагать о них легенды, дескать, все они пришли в жизнь ради того, чтобы влиться в бисерный узор толкиеновского «Властелина колец».

  Стоит только раз увидеть трилогию Питера Джексона, чтобы понять, насколько велика сила кинематографа. Мы долго будем бредить этим пиршеством красок, мизансцен и красивых человеческих лиц. Нам не освободиться от чувства, что отныне фильм “Властелин колец», созданный простым смертным, будет идти с нами по жизни как непременное обещание чуда.

 

  «Путь в крепость Господню»

  Есть в фильме Питера Джексона живительная влага, источник, из которого одно за другим рождаются откровения его героев. Здесь столько смысловых пластов, что не знаешь – какому из них предстоит стать властелином над всеми остальными. Но самое захватывающее то, что Джексону удалось сохранить атмосферу толкиеновской «реальной сказки», физическое существование которой ни у кого не вызывает сомнения. Главный герой - Фродо Бэггинс становится для нас Хранителем неизменной, бесценной Веры. В течение всего фильма он натянут как струна, в его глазах отчаяние перемежается со страхом. Иногда кажется, будто он сейчас сдастся, закинет кольцо куда подальше и отправится восвояси. На самом же деле, он обречен на роль героя, ибо рожден им. На пути к Мордору, проходя через все искушения, испытания и физические мучения, он идет путем отшельника, готовящего себя к высшей благодати. Но существует некое пространство, попадая в которое герой-отшельник получает передышку, ибо он находится под защитой Господа, - это место называется «крепость Господня».… (Кстати, именно так переводится имя «Элайджа»)…

  «Властелин колец» Питера Джексона полон светлой грусти, потому что в нем ведется рассказ о славе, которая проходит, о доме, который можно потерять в любой момент, о хрупкости земного покоя, что в любой момент может обернуться войной. Еще там говорится о путнике, в чьей душе спрятано нечто более ценное, чем кольцо всевластия, о безграничной силе маленьких людей. Питер Джексон своим фильмом доказал, что мы несем ответственность за каждый вздох и взгляд. Толкин вывел на бумаге образ человека, который понял эту истину и вместил самую большую в мире веру в свое маленькое хоббитовское сердце.

  Питер Джексон нашел актера, чей облик как нельзя точнее отразил внутреннюю сущность хоббита Фродо. Элайджа Вуд – актер чуткой души, приводит своего героя в фильм как ребенка, - осторожно и заботливо ведя его по тропам войны и сомнений, искушений и потерь. Через его гибкое тело проходят все токи жизни, ручейки и водопады составляют его мятущуюся сущность. Фродо – крохотная молекула, от траектории которой зависит судьба мироздания, через его душу и нервную систему проходят все беды и радости мира. Вуд создает образ странного отрешенного существа, стоящего над всеми и вся. Странно, но закономерно то, что в конце всей трилогии Фродо покинет Шир, который так стремился защитить.

  Представление сказки состоялось. На ее оживление потребовалось около 300 миллионов долларов, несколько тысяч статистов, огромное количество костюмов и декораций. Но самое главное то, что, по словам Элайджи Вуда, «это был труд любви». Актерам и режиссеру удалось донести свою любовь до нас, и за это большое им спасибо.

 

  После бала….

  Элайджа Вуд после «Властелина колец». Как жить после того, как чудо закончилось. Можно ли жить за пределами Рая. Вуд покинул Новую Зеландию, но жизнь-то продолжается. И в этом основная сложность. Отныне голливудская тусовка поглядывала на Элайджу с сочувствием. В глазах коллег читалась мысль: «Бедный Вуд, его карьера закончена, никто не осмелится предложить ему роль, непохожую на Фродо Бэггинса. Ему лишь остается играть сказочных персонажей: эльфов, гномиков...». Нельзя сказать, что «предсказатели» ошиблись. После «Властелина колец» Вуд снялся еще в десятке фильмов, и только три из них у нас на слуху: «Вечное сияние чистого разума», где ему досталась небольшая роль компьютерного гения, «Город Грехов», в нем он предстал в колоритном образе убийцы-маньяка и «Все осветилось». Да, и еще роль случайного путника, который однажды ночью встречает девушку-вампира и влюбляется в нее. Это был фильм-признание «Париж, я люблю тебя», но даже он ничего не изменил в карьере Вуда.

  Однажды Элайджа сказал: «Мое имя мало кто помнит, на улицах меня окликают: «Фродо!». Не могу сказать, что мне это не нравится, чтобы теперь ни случилось, Фродо всегда со мной…». Редкий случай, когда актер не противится заключению в роль, как в оковы. Элайджа Вуд смирился с Фродо Бэггинсом. Может потому, что в душе он всегда был хоббитом…

 




киноэссе

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 14 раз(а)





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр
E-mail(abelino@inbox.ru)