Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?



(Написать письмо )

Старый дом.

 Автобус остановился на станции, состоящей из двух деревянных домиков и водонапорной башни.

 - Прибыли! – сообщил водила, и пассажиры повалили из салона на душную летную улицу.

 - Глушь, тоска, целая неделя, - кратко обрисовал ситуацию один из приехавших, осматривая местность. На вид ему было не больше двадцати лет – студент он и есть студент.

 - Практика, - пожал плечами его приятель, обнимая свою подружку.

  Всего ребят было трое. Молодые, у каждого в глазах уверенность в жизни и в себе.

 - Ну, братья филологи, взяли дружно!

 Они взвалили на плечи походные рюкзаки и, перебрасываясь шутками, отправились в направлении деревни расположенной неподалеку.

 

 - Ребят, нет проблем, - говорил хозяин дома, куда студенты попросились на постой. – Но только не задаром.

 - Само собой разумеется, - одновременно кивнули головами Витя и Коля. Лиза молча стояла у них за спинами.

 - Доски мне нужны, - сообщил хозяин. – Сарай чинить буду, – и он махнул рукой в сторону своего двора, где боком друг к другу стояло два вполне себе приличных по размерам хозяйственных сооружения.

 - Деревья рубить? – поинтересовался Колька.

 - Нет, - ухмыльнулся хозяин. – У нас тут деревня, сами видите, разваливается потихоньку.

  И правда, деревня была в ужасающем упадке. Всего две улицы, и те наполовину заброшены. Из населения – в основном старики.

 - Так что нет смысла рубить деревья, да, к слову, и посадки-то у нас уже все вырубили. То свои, когда угля не хватает, то из соседней области приезжают, - сказал хозяин. – Иди, ищи брошенный дом и разбирай его на доски.

 - По рукам, - согласился Колька - Согласись, разбирать готовое все же легче, чем добывать новое, - подмигнул он Витьке.

 

 - Смотрите, какие хоромы! - присвистнул Витька.

  Ребята остановились возле огромного дома, окруженного густым, не вырубленным палисадником.

 - Да, тут небось не только кулаки с тридцатых годов сохранились, но и бояре со времен крепостного права, - согласился Коля.

  Дом оказался и правда хорош - большой, добротный. И хотя было видно, что он давно заброшен, разбирать его никто не спешил. Он стоял как король среди своих маленьких, полуживых собратьев – широкий, с большой крышей и с чердаком, явно бывшим когда-то жилым. Он был выкрашен в голубой цвет, который со временем потускнел и местами начал напоминать серый, наличники на окнах резные, узорами, на крыше до сих пор стоит жестяная фигурка петуха. Такие дома, как этот, показывают только в кино.

 - С него попробуем начать. – Сказал сам себе Колька.

  Взломали калитку, которую вполне можно было перепрыгнуть, но ребята решили, что все равно ломать на доски – и это сгодится.

 - Ребят, может быть, не стоит, - говорила им Лиза, шагая следом. – Все-таки чужой дом, кто знает, может, у него ещё и хозяева сохранились.

 - Брось, - отвечал ей Колька. – Какие хозяева? Они ещё при коммунизме, небось, вымерли все!

 - Жалко, - вздохнула Лиза.

 - Лиз, не порть себе и нам настроение, - бросил ей на ходу Витька, присматриваясь к дому. – Жить то нам как-то эту неделю здесь надо.

 - Филолог должен созидать, - тихо ответила на это Лиза. – А не разрушать.

 - А мы не разрушаем, мы строим новое! – Витя пытался сбить с двери дома замок. – Мы как филологи сейчас будем тщательно и кропотливо разбирать по кусочкам историю нашей страны! Изучать, так сказать.

  Закипела работа. Начали с крыльца: Коля разбирал крышу, Витя отдирал доски – те, которые посуше и получше.

 Лиза пошла вокруг дома. Пару раз она попыталась заглянуть внутрь, но окна либо были заколочены, либо заросли так, что к ним было не подступиться. С противоположной стороны участка Лиза остановилась. Вдалеке сиплый голос запел под гитару:

 

 Выхожу один я на дорогу;

 Сквозь туман кремнистый путь блестит;

 Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,

 И звезда с звездою говорит. *

 

 Доносились глухие удары Витькиного молотка. Но дом не дрожал. Он стоял крепко, спокойно, с выдержкой.

 - Что, дочка, нравится дом?

  Лиза вздрогнула и посмотрела на говорящего. Она так засмотрелась на дом, что не заметила старую престарую бабушку, какой по возрасту и ходить-то по белу свету уже не полагается. Та тихо подошла к Лизе. В руках у бабушки было лукошко – такое, как на картинках в сказках рисуют: с ягодами, с земляникой, а сама бабуся напоминала Бабу Ягу, только вовсе не страшную, а милую и тоже сказочную.

 - Добрый день, - поздоровалась Лиза.

 - И тебе добрый, - услышала она в ответ. Бабушка протянула Лизе лукошко.

 - Спасибо, - смутилась Лиза, но небольшую горстку ягод все-таки взяла.

 - Добрый дом, - сказала бабушка. – Долго ещё простоял бы, коли никто чужой на него глаз не положил.

  Лиза вздрогнула:

 - А кому нужен этот старый дом?

 - Нашим никому. Все знают – добрый дом, пускай стоит. А кто чужой придет, дома не зная, кто на дрова, кто на сарай разбирать начнет.

 - Может быть, это правильно? - спросила Лиза. – Нечего добру пропадать. Сгниёт же весь.

 - Эх, - вздохнула бабушка. – Молоды вы ещё.

 - Ну, так все проходит. И мы когда-нибудь постареем. И у нас в жизни свои ценности появятся.

 - Что? – не поняла бабушка. – Так, дочка, разве ж в этом дело? Дом-то добрый, и люди в нем добрые жили.

 - Ну, жили, - согласилась Лиза. – Ну, а теперь-то не живут?

 - Не живут уж, - вздохнула бабушка. Она подошла к дому и, кряхтя, присела на покосившуюся и привалившуюся к стене лавочку.

 - А кто жил? – оживилась Лиза, вспомнив, что она вроде как за тем и приехала в эту деревню – народ опрашивать, слушать о жизни и записывать. Земляника таяла у нее во рту. Витькины удары стали уже привычными и не раздражали слух.

 - Род здесь старинный жил. Из него вся наша деревня вышла. Даже помещик, говорят, уважал.

 - Как много лет этому дому! – удивилась Лиза.

 - Немного, - ответила ей бабушка. – Немного. Во время войны его перекладывали несколько раз.

 - Бомбили? – спросила Лиза.

 - Нет. Семья менялась. С каждым годом все меньше и меньше народу становилось. А в войну - так дом вообще опустел. Одни бабы да дети малые остались. – Бабушка заметила, что Лиза доела землянику и вновь протянула ей лукошко. Девушка машинально запустила в него руку.

 - А кто дом перекладывал, если все на войну ушли?

 - Бабы и перекладывали. Старики, которые остались в деревне век доживать, молодежь – кого на фронт не забрали. Семья-то большая была – целый род! Эх, какие свадьбы гуляли! – вдруг неожиданно пустилась бабуся в воспоминания. – Бывалыча, вся улица собирается – два дня гуляем! Бабушка, покойница, веселой была, даже в войну девок созывала – петь вечерами – вот там, видишь, на лавочке, где две березы стоят, там и сидели. Вроде так вот посидишь, попоешь, и жить вроде не страшно, – улыбалась бабушка своим воспоминаниям.

  Лиза переводила взгляд со своей собеседницы на дом и обратно. Взгляд ее мрачнел, и чем дальше говорила бабушка, тем тяжелее на душе становилось у Лизы. А бабушка тем временем будто расцвела и помолодела. Неожиданно встретив внимательного слушателя, она невольно окунулась во времена своей молодости, когда:

 - И мамка была ещё жива, Царствие ей небесное, и муж с младшим сыном с фронта живыми вернулись… - все говорила и говорила бабушка.

 - А кто последний в этом доме жил? – спросила Лиза.

 - Родители мои жили, - ответила бабушка, не смотря на Лизу. Девушке показалось, что она прислушивается к тому, что происходит на другой стороне участка. – Я-то как замуж вышла – муж сразу к своей родне забрал, а это вон там, – бабушка махнула куда-то неопределенно рукой, – на другом конце деревни.

 - Родители ваши… - будто бы самой себе повторила за ней Лиза. Она посмотрела на бабушку, и на секунду ей показалась, что перед ней сидит не пожилой человек, а девочка лет десяти, веселая и радующаяся своей жизни, своим родителям, своему отчему дому. Лиза вдруг опомнилась: отчетливо слышны стали удары молотка, а вслед за ними и грохот рухнувшего крыльца.

 - Вы подождите, я сейчас, – сказала Лиза больше себе, чем бабушке, сорвалась с места и настолько, насколько могла быстро, побежала к ребятам.

 - Стойте, стойте! – кричала она им. – Не трогайте этот дом, не надо!

 - Ну, что ещё не так? – отозвался Витька.

 - Не надо! – на глазах у Лизы навернулись слезы, когда она увидела, что ребята за время ее короткого отсутствия успели сломать старинное крыльцо. – Не трогайте! Не ваше же это!

 - Да что с тобой? – удивлялся Колька, поймав Лизу в объятия. Лиза вырвалась и попыталась отобрать у Витьки молоток. Тот не отдал.

 - Только не этот дом! Только не этот! – почти что кричала Лиза. – Любой другой, только не этот, ну, пожалуйста, ребята, любой другой, давайте пойдем к другому дому!

 После коротких попыток борьбы с Витькой Лизу постигло поражение. Колька схватил ее, с силой встряхнул и усадил на траву, рядом с разобранным крыльцом.

 - Эк сейчас бабьё какое слабонервное пошло, - ухмыльнулся Витька, закуривая. – Ну, чем тебе, Лиз, скажи, этот дом других домов приоритетней?

 - Ну, как же… История… Дом старинный… История, мы же филологи… - слова у нее никак не выстраивались в нормальное предложение. Витька покрутил пальцем у виска. Коля кивком головы с ним согласился. Лиза сидела на траве, всхлипывала и не могла произнести ни одного членораздельного слова. Вдалеке снова запели:

 

 В небесах торжественно и чудно!

 Спит земля в сиянье голубом…

 Что же мне так больно и так трудно?

 Жду ль чего? Жалею ли о чем? *

 

 * Стихотворение М. Лермонтова "Выхожу один я на дорогу..."




ДРАМАТУРГИЯ

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 83 раз(а)





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр