Малышев Олег Николаевич

"Когда-нибудь всё начинается. Ода бизнесмену"


 КОГДА-НИБУДЬ ВСЁ НАЧИНАЕТСЯ. ОДА БИЗНЕСМЕНУ.

 

 

 От автора

 

 Жизнь многолика. Порой в человеке уживаются, на первый взгляд, абсолютно не похожие внутренние сущности. Секрет единства многообразия не объясним. Эта тайна – как Космос.

 

 Когда-нибудь всё начинается

 (Ода бизнесмену)

 

 Не знаю, хорошо это или нет, но не могу я долго жить спокойно. Ну, никак не могу! Чёрт какой-то что ли сидит во мне. Вот опять он заводит меня, заводит, словно одним ему известным ключиком, и меня вновь понесло. Что задумал, сам не знаю, куда на этот раз занесёт. Чую, что опять найду себе приключений. Бедная моя судьбинушка, угораздило меня уродиться таким. Ничего не могу поделать с собой. В какой уже раз всё начинается снова. Теперь уж не остановить. Что будет в этот раз? Не угадать. Чем кончится, те паче не знаю.

 Может, пока не поздно, записать мне свои истории. Боюсь, что могу не успеть. А так, глядишь, кто-нибудь себя вспомнит, меня помянет, а может, авось, кому и полезным будет. Пожалуй, что так, расскажу по порядку.

 

 История первая

 Россия. 1990 год. Перестройка. Это было наше время. Время больших надежд. Как заработать денег и как стать богатым? Кто тогда об этом не думал. Вот и я тогда, помню, как-то утром, ещё лёжа в постели, мысленно созерцал пройденный путь и пытался решить, что бы мне такое придумать, сделать и как бы разбогатеть. И тут я неожиданно понял, что во всём арсенале одурачивания людей до сих пор нет «нового» русского попа. Новые русские появились, а вот попа своего у них нет. От этого открытия лежать мне уже стало некогда. Теоретически я был прав: если есть новый русский, то должен быть и «новый» поп. Русские без попов не могут. Нет, на этот раз я ошибиться не мог. В представлении многих, человек, облачённый в одежды священнослужителя, не может быть жуликом. А из Ганса, надень на него рясу, получится вылитый поп.

 Своего друга Ганса я нашёл на свалке всякого автомобильного хлама около гаражей. Он разбивал старые аккумуляторы и выплавлял на костре свинец. Я было подумал, что он собирается сдавать его во вторчермет. На что Ганс мне ответил, что продажа сырья – это удел бестолковых и недальновидных. Он из металла в маленьких формочках выливал талисманы и всяких там болванчиков. Какие краской автомобильной покрасит, какие кислотой сбрызнет, или ещё там как поэкспериментирует, и амулет от любой болячки, приворота, разного сглаза готов. Спрос, конечно, есть, но доход невелик, да и работа вредная. В общем, я понял, Гансу, как и мне, терять особо было нечего.

 На мой вопрос, сможет ли он установить цену всем грехам, составить на них прейскурант, и по нему грехи народу прощать, он чуть было не лишился дара речи. Оказывается, я ему сформулировал его собственную формулу понимания счастья. Когда делать ничего не надо и можно жить хорошо. Точно согрешил, заплатил и живи спокойно. Новый вид культовых услуг по приемлемой цене.

 Ну, а так как никто ещё не додумался до «нового» русского попа с прейскурантом, то соответственно Ганс и будет им первым. Так что пора зашивать дыры в карманах, время пришло работать. Когда-нибудь всё начинается.

 Для обкатки нашей затеи мы выбрали жемчужину балтийского побережья – город-курорт Светлогорск. Он расположен километрах в пятидесяти от нашего города, билет туда недорогой, и там нас никто не знал.

 В межсезонье отдыхающих в Светлогорске жило немного, и однокомнатную квартиру можно было снять меньше чем за тысячу рублей. Такие тогда были цены. Правда у нас и этих денег не было. Зато у Ганса была почти новая кожаная куртка. Я не берусь описывать, что говорил ему я, и то, что он говорил обо мне, но, в конце концов, его куртку мы продали, а Гансу мною клятвенно было обещано, что обязательно с первых заработанных нами денег… В общем, мы сразу же купим ему новую одежду и ботинки зимние, импортные, сорок второго размера. Пока же моей курткой будем пользоваться по очереди. На том и порешили.

 Квартиру мы сняли в старом немецком доме, из окон которого открывался потрясающий вид на Балтийское море. Сине-зелёные волны и голубое-голубое небо. К сожалению, любоваться этой красотой было некогда. Надо было Ганса превращать в святого отца. А на оставшиеся четыреста рублей много ли совершишь чудес? Пришлось ограничиться тем, что за двести пятьдесят рублей нам из чёрной, хлопчатобумажной ткани в ателье сшили балахон типа а-ля Алла Пугачёва, а на оставшиеся деньги мы разместили в местной газете объявление, что в город Светлогорск, конечно, проездом, инкогнито прибыл слуга божий, нововикарий отец Гансаус, наделённый властью прощения всех грехов. Проживать он будет на улице Песочной, дом 5.

 Оставшиеся до публикации два дня мы посвятили вхождению Ганса в образ. Как он играл! Звёзды театра меркли. Нам бы в Большом выступать. У нас ведь каждый хороший жулик – непревзойдённый актёр! И чем лучше он жулик, тем лучше он и актёр.

 Первый прихожанин откликнулся на наше объявление в день его публикации. Он как нас увидел, немного было опешил. Не знаю, кого он хотел тут увидеть. Поп как поп, и ученик при нём. Но тут, на наше счастье, как бухнет что-то на пол у соседей сверху. Ганс, молодец, не растерялся и как завопит, что он знал, что это должно было случиться и что это случилось! И что само провидение по воле звёзд привело его грешника к нам. Прессинг был жёстким. Уже через десять минут дядька был посвящён в самые сокровенные тайны мирозданья. Существующая его система ценностей была разрушена и отстроена вновь… А ещё через двадцать минут наш первый прихожанин уже свято верил, что он действительно грешнее всех грешных, и что только отец Гансаус может ему, немощному и больному, помочь изгнать силу нечистую и очистить от бесов и скверны как дом его, так и душу его заблудшую. Не говоря уже о том, что только ему, как первому, дана возможность льготного оформления права для постройки храма своей души в раю.

 Явно ошалевший от таких признаний и открывшихся перспектив, мужик недолго думал, от каких грехов ему стоило бы откупиться. Он оплатил общую сумму! Загодя по всем пунктам прейскуранта, так сказать… на всякий случай.

 Тем временем внизу у подъезда собиралась очередь. Оглядев её из-за занавесок, мы выбрали в толпе нарядную даму бальзаковского возраста. Красная куртка и чёрные кожаные штаны были ей очень к лицу. Благостно перекрестившись, я пошёл её приглашать.

 Очередь вдруг рассерженно загудела, что не соблюдается очерёдность. Но я людям напомнил, что не человек сие устанавливает, кому за кем следовать, а всё определено для нас свыше – мол, сейчас луч света небесного упал и указал на эту даму. Мадам расцвела. Я проводил её в нашу квартиру на втором этаже, где в полумраке полностью отрешённый от всего мирского, почему-то в позе лотоса посреди комнаты сидел святой Гансаус.

 Я даже умилился его образу. Оставив их наедине, я вновь вышел к очереди и обратился к местным жителям и гостям города с речью:

 - Милые моему сердцу братья и сестры. Отец Гансаус– святой человек, он никому не может отказать в милости, в помощи и сочувствии. Но общение его со страждущими– не есть его воля, но воля пославшего его. Ибо сказано: много званных, но мало избранных. И только того, на кого укажет перст господень, он и сможет принять. А посему, да простит вас Господь, более нововикарий святой отец Гансаус принять сегодня никого не сможет. И идите вы все с миром, аминь! До завтра. Народ ворчал, но стал потихоньку расходиться.

 Ганс тем временем причащал прихожанку. Сильно старался! Грех из дамы выходил со стоном и скрипом дивана. Старый, наверное, был грех, приставучий. Я не стал мешать великому таинству и пошёл на кухню.

 Отец (единорог необъезженный) заставил просидеть меня полчаса как минимум. Но вот зашумела в душе вода, потом мимо матового стекла кухонной двери проплыли две тени. Щелчок замка, и голос Ганса серьезно: - Дщерь моя, молись и не греши более. С сего дня ты чиста, как Дева небесная. Иди с Богом! Аминь!

 Аллелуя! Воскликнул довольный Ганс, как только дверь захлопнулась.

 Сто долларов и приглашение очистить её дачу в ближайшие выходные. Эта работа как раз для меня! Люблю свою работу!

 Я знал, что мои увещевания никакого толку не дадут и промолчал. Почин был удачным.

 Так прошло дней десять. Работать попами было интересно. Все хотят быть поближе к Богу. И глупости людской предела нет. Мы принимали в день по несколько человек. Причащение. Отпущение. Выбор собственного места в раю. Я не мог нарадоваться, наблюдая, как пополняется и растёт наше с Гансом благосостояние, с какой любовью и трепетом смотрели на нас счастливые наши прихожане!

 Вот только Ганс… Он стал меня что-то беспокоить, жалуясь на то, что мы якобы богохульствуем. Его, видишь ли, тягость греха лишила аппетита, покоя и сна. И повадился он, как стемнеет, к церкви ходить, где по его словам, он грешный замаливал свои грехи. Не знаю, всяко бывает с человеком. Может, и в правду ему было тяжело.

 Как же я был наивен! Святая простота. Увы, я это понял слишком поздно, только тогда, когда бежал к окну, спасаясь от разъярённого прихожанина, причащённого нами на прошлой неделе. Оказывается Ганс между делом, пока причащал его, украл у того часы, и он случайно увидел сегодня их на руке Ганса, как обычно игравшего в рулетку в одном из казино Калининграда. Да-да! Я никогда бы не поверил, что за время полёта из окна второго этажа можно столько успеть понять и о стольком подумать...

 Дальше будет ещё интереснее.

 

 

 Приключение второе, будь оно неладно

 Продолжение приключений не заставило себя долго ждать. Помню, как я тогда из окна квартиры прыгнул и всё, пропал…Яркий свет пронзил балтийское небо. От сияния разверзлись небеса. Открытые миры…

 Ничего себе полёт. Не сплю ли я?!

 В низу возле киоска «Пресса» народ что-то толпится. Господи, а как же это так, они в низу, а я в верху. Заглянул я с верху в газетку, которую читал какой-то студент. Господи! Да я же помер.

  «Некролог.

 Вчера в городе Светлогорск, по улице Песочной, дом 5, на придомовой цветочной клумбе, был найден мёртвым помощник нововикария отца Гансауса. По версии следователя, при прыжке из окна квартиры святой Парфентий неудачно приземлился на голову. Травма оказалась несовместимой с жизнью. Вечная ему память и покой».

 Я потрогал голову. Да нет, не болит, кажется. Я ущипнул себя за руку, тоже не болит. Как это так? Тут не болит, там не болит, а я помер!

 Долго думать мне не дали. Подлетели ко мне два архангела в чёрных одеждах, взяли меня под руки и понеслись мы куда-то вдаль невиданную. Полёт, где секунды сродни жизни. И прилетели мы в чистилище – видно, вокруг дым, огонь, крики и жалобные стоны. Скрутили меня и засунули в клетку над кипящим жерлом. Боюсь, что это правда о геенне огненной и гореть мне тут синем пламенем. Жалко мне себя стало, ведь я ещё такой молодой.

 В муках и ожидании неминуемого конца я провёл дня три, ну, или два. Тут ведь часов нет. Я и покаялся и клятвенно себя заверил, что уж больше-то маху я не дам и что впредь буду жить добропорядочным гражданином, примерным отцом и мужем. Да и вообще, кем угодно. Только спаси, да помилуй.

 В общем, утром какого- то дня опять прилетели архангелы. Вновь взяли меня под белы руки, и понеслись мы под облака. Полетели, прилетели. Лепота невиданная, красота неописуемая! На большом белом облаке, в окружении ангелов, сидит на золотом троне Некто. Его не разглядеть. Он ликом похож на солнце. Яркое-яркое. У ног его раскинулись земные просторы в 3D формате и со стереозвуком. Всё, что интересно, выводится на большущий экран в масштабе, где видно каждую жилочку человеков, каждую их мыслишку.

 Тут сзади как двинули меня по спине, и я пал ниц перед Всевышним.

 

 

 Уважаемые читатели. С 14.07.2020г. Полностью мои произведения можно прочесть на

 https://veruyajivu.ru/

 С уважением, Олег Малышев.

 P.S. Instagram – veruyajivu