Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?




АВГУСТЕЙШАЯ МАМАН

 

 

  Мира Светлинова

 

 

 

 

 

 

 

 

  Августейшая маман

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 2005

 ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА

 

 Фаина Веньяминовна Красинская-Фельдман - владелица Дома «Ф»

 Иляна - родная дочь

 Катерина- приёмная дочь

 Иннокентий- сын соседки, протеже Фаины Веньяминовны

 Михаил Георгиевич-банкир, компаньон Фаины Веньяминовны

 Дмитрий Валерьевич Потанин - князь, светский лев, игрок

 Константин Леонидович- зам. Фаины Веньяминовны, друг Иннокентия.

 Никита - светский лев, игрок ,племянник Фаины Веньяминовны.

 Лев Моисеевич Ротенштейн-банкир, делец, «великий комбинатор»

 Зоя Ротенштейн- дочь Льва Моисеевича

 Алексей – секретарь

 Мадам Ховринская - светская львица

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ

 ЯВЛЕНИЕ ПЕРВОЕ

 (Дом Фаины Веньяминовны Красинской - Фельдман)

 Никита. Здравствуй, мой старый Алексей, (дружески кивая ему). Моя тётя там?

 Алексей. Да, Никита, Фаина Веньяминовна уже целых четыре часа ведёт в своём кабинете длинные переговоры с зам. начальника снабжения из военного министерства. (Принял таинственный и важный вид, показывая тем, что он знает, какие важные прения происходят в кабинете Фаины Веньяминовны). Вы видите, переднюю полную народа? Вот им приходится ждать целое утро, а может быть, и не примут их...

 Никита. (Прошептал) Но, я всё-таки должен её видеть. (Подумал с минуту). Константин Леонидович у себя?

 Алексей. Да, без сомнения, сударь. Если вы позволите, я доложу.

 Никита. Этого совсем не нужно. (Быстро вошел в кабинет Константина Леонидовича, смежный с кабинетом Фаины Веньяминовны). Не шевелитесь, Константин Леонидович, или я уйду! Я зашёл к вам в ожидании, когда моя тётя сможет принять меня. Но если я вам мешаю, то пойду выкурю сигару и возвращусь через три четверти часа.

 Константин Леонидович. Вы нисколько не мешаете, Никита, тем более, что очень редко заходите. Вот уже более трёх месяцев, говоря не в укор, как мы не видели вас. Да и почта у меня кончена. Я написал последние адреса.

 Никита. Черт возьми, кажется, что дела здесь всегда идут весьма бойко. А, сейчас особенно, судя по тому, как ваш широкий стол из черного дерева, завален делами, счетами и толстой связкой писем?

 Константин Леонидович. Да, всё лучше и лучше. Последний год Фаина Веньяминовна осталась недовольна нитками и тканями, полученным из Новгорода, так как вследствие плохой укладки произошла порча. Компания наша протестовала против подобной доставки, но протест не был удовлетворён. Фаина Веньяминовна рассердилась, и с тех пор мы перевозим всё сами. У нас есть свои конторы в Одессе…

 Никита. Это баснословно! Свой выход к морю. Свои конторы в портах… Если так будет продолжаться, то моя тётка будет иметь администрацию настолько значительную…Как у какого-нибудь европейского государства! О, вы все здесь очень счастливы! Вы заняты!.. А я веселюсь! Но если бы вы знали, как это скучно! Я скучаю, я чахну, у меня нет дела. (Тяжело вздохнул).

 Константин Леонидович. Мне кажется, что никто не помешает вам заняться делами. Это зависит от вас.

 Никита. Вы хорошо знаете, что это неверно. Моя тётка противится этому .

 Константин Леонидович. Какое заблуждение! Я слышал двадцать раз, как Фаина Веньяминовна сожалела, что вы ничем не занимаетесь. Вступите в нашу компанию: вам дадут прекрасное место в конторе.

 Никита. В конторе! Вот необдуманно сказано! Друг мой, неужели вы думаете, что моё занятие могло состоять в том, чтобы гнуться над заурядной работой писца? Следить за ходом текущих дел! Составлять негодные бумаги! Сделаться служащим? Вот вы, молодой человек, тридцати-тридцати пяти лет, а кажетесь гораздо, причём гораздо - гораздо старше. Вот ваш обнажённый лоб от ранней лысины, виски с множеством морщин указывают на чрезвычайные страдания от жизненной борьбы и недостатков, или же, что мало вероятно, на мотовство и чрезмерные удовольствия, расстроившие здоровье. Но, судя какие у вас ясные и чистые глаза, вы не можете быть развратным человеком. Несомненно, однако, что вы состарились преждевременно или от чрезмерных наслаждений жизнью, или же от сильных страданий. У Вас нет собственного капитала, дома, жены, детей, и до сих пор работаете на мою тетку. Вы каждый шаг согласовываете с Фаей. Она в любой день сможет Вас выставить. И куда вы пойдёте? Что Вы будете делать? Вы же не мальчик. И Вы, с каким сердцем предлагаете это всё мне? С моим умом? (Шумно встал, быстро, шагая по кабинету с презрительным видом, потряхивая своей маленькой головой с узким лбом, на котором лежала прядь белокурых, мелко вьющихся волос). О, я знаю, в чём тут дело. Моя тётка завидует мне, зная, что я человек с большими идеями. Она не хочет, чтобы кто-нибудь другой в семье, кроме неё, имел идеи. Она всегда мечтала, чтобы я занялся бессмысленной работой, но я не позволю это сделать! Я знаю, что мне нужно! Это самостоятельность ума, предназначенного для решения великих задач! Надо свободное поле для применения моих изобретений…Установленным правилам и общим законам я не мог бы подчиниться!

 Константин Леонидович. Так было и на экзаменах. Ведь экзамены никогда вам не удавались.

 Никита. Никогда! Меня хотели поместить в Академию – не пришлось попасть, в Университет – тоже ничего не вышло. Я поразил экзаменаторов новизною взглядов. Они отказали мне.

 Константин Леонидович. Ну, конечно, если Вы начали с того, что опровергли их теории…

 Никита. Да, да! Мне необходимо, чтобы был простор для моих идей. Никто никогда не узнает, чего стоил мне особенный склад моего ума! В моей семье принимают всё в шутку. Моя тётка Фая запрещает мне даже попытку заняться своими проектами под тем предлогом, что я ношу её фамилию и мог бы её скомпрометировать, а всё от того, что я два раза не имел успеха. Да, тётка запретила, это верно. Но как Вы думаете, благородно ли с её стороны злоупотреблять своим положением и запретить мне новые попытки? Можно ли судить изобретателей по трём или четырём неудачным случаям? Если бы тётка предоставила мне свободу действия, я чувствую, что удивил бы весь свет.

 Константин Леонидович. Она особенно боится, что Вы удивите судебные инстанции.

 Никита. О! Вот и Вы тоже присоединяетесь к моим врагам! Вы смеётесь надо мной. Я всегда чувствовал себя особенно несчастным ещё и от сознания остаться непонятым.

 Константин Леонидович. Фаина Веньяминовна даёт Вам ежемесячно десять тысяч с тем, чтобы Вы ничего не предпринимали.

 Никита. Справедливо ли это? Что мне делать и куда девать избыток своих сил? Остаётся только жить развлечениями!

 Константин Леонидович. И поэтому Вы бросились очертя голову в полный разгул? Не выходите из ресторанов, казино… Теряете там своё время, деньги, свои иллюзии и свои волосы.

 Никита. Я каторжник удовольствий. Творческая сила остаётся нетронутой. Среди самых бешеных кутежей, ужинов при звоне бокалов, в обществе обнаженных плеч, ко мне приходит вдохновение, является луч, и в это время я делаю удивительные открытия. Да, кстати, когда приедет Иннокентий? А правда ли говорят, что во время его отсутствия один блестящий молодой человек старается похитить у него невесту?

 Константин Леонидович. Это неправда! И я не понимаю, как Вы можете распространять подобные россказни. Допустить, что Иляна могла не сдержать своего слова, нарушить свои обязательства, но это не значит, что можно клеветать на неё. Если бы кто другой, а не Вы…

 Никита. Ну, ну мой милый друг, не сердитесь! Будете здоровее, как гласит старая пословица. То, что я рассказываю Вам, я не передам первому встречному. К тому же я передаю те сплетни, какими занимаются в свете в продолжение трёх недель. Даже указывают и на героя, которому принадлежит честь и удовольствие такого блестящего завоевания. Это не кто иной, как Дмитрий Валерьевич. Feuer macht Rauch1.

 Константин Леонидович. Дмитрий Валерьевич?! Что касается его, то вот уже три недели, как ноги его не было в доме. Так не поступил бы человек, желающий жениться на дочери хозяйки этого дома…

 Никита. Друг мой, ведь я повторяю то, что я слышал. Я больше ничего не знаю. Вот уже три месяца, как я держусь в стороне, а кроме того, для меня всё равно, будет ли Иляна мещанкой или княгиней, женой Иннокентия или Дмитрия. Я от этого не буду ни богаче, ни беднее, неправда ли? Стало быть, я нисколько об этом не хлопочу. Конечно, милое дитя имеет достаточно миллионов, чтобы быть легко сбытой с рук. А её приёмная сестра, величественная Катрин, она что поделывает?

 Константин Леонидович. А, Катерина, это другое дело! Она произвела сильное впечатление на одного из друзей этого дома, банкира Михаила Георгиевича, и последний предложил прекрасной Катерине своё богатство и своё имя.

 Никита. Как, Михаил Георгиевич? Суровый и скупой, хочет жениться на бедной девушке? «Михайло-Кремень», как называют его в деловом мире, за его суровость. Оказывается, что и у такого человека есть сердце? Приходится верить, что обладатель огромного богатства был у ног Катерины. Эта необыкновенная, везучая девушка, ей надлежало быть наследницей огромного состояния Фаины Веньяминовны, а теперь вот Михаил Георгиевич, желает жениться на ней, влюбился в неё. Я все силы, ум, смекалку приложил, но судьба не справедлива ко мне.

 Константин Леонидович. Катерина наотрез отказалась сделаться женой Михаила Георгиевича.

 Никита. Отказала! Но она сумасшедшая! Не имея ни гроша, она привыкла много тратить. Тетка Фаина воспитала её так, что она ходит в шелках и бархате, катается на шикарных экипажах и живёт в своё удовольствие. Какая же причина у неё для отказа?

 Константин Леонидович. Никакой. Надменная и спесивая! Она объявила, что совсем не любит «этого человека» и что женой его не будет.

 Никита. Катерина, называет Михаила Георгиевича, «этот человек». Эта ничтожная девушка, незаконное, непризнанное дитя, она, такое ничтожество, отказала Михаилу Георгиевичу да называла его еще «этот человек»! Это действительно смешно! Да, тётя Фая послушала своего мужа и решила выполнить данное им обязательство князю, то ли потому что любила очень своего мужа, то ли ей деваться некуда было. У неё ведь, тогда детей не было, наследников. Я первый кто был в списке на наследство. И надо было такому случиться, что тётке Фаине, понравилась усадьба князей Невинских, которая пошла с молотка. Если она купила бы, то значит, теперь она из купчихи превратилась в княгиню. Теперь всё было у моей тётки Фаи, за исключением собственных детей. Хозяин дома по пьяни связался то ли с актрисой, то ли певичкой, то ли танцовщицей …и та представляешь, родила дочь. Мать при родах скончалась. А бастарда подкинули князю. Но он проиграл своё состояние, и при невыясненных обстоятельствах умер. Эта новость не могла пройти мимо тётки Фаи. И вот сердобольная Фая, узнала об этой истории. Когда увидела Катерину, та с детства была смышлёной, побежала к ней со словами: «Мама, мама!». Сентиментальная Фая обняла змею. Таким образом, прекрасное наследство перейдёт к приемной дочери. Катерин всё получила, если бы на свет не появилась Иляна.

 Константин Леонидович. Я не знал о таких подробностях.

 Никита. Список претендентов на наследство увеличивался, а соответственно сумма наследства уменьшалась. Затем произошло чудо, и родилась у тётки Фаи Иляна, а ещё прибавь твоего друга Иннокентия, в котором она души не чаяла. Как сына родного любила, ничего не жалела, вкладывала в него силы и средства. Я в этом списке претендентов на наследство с перового места опускался ниже и ниже. Судьба не справедлива!

 Константин Леонидович. Бедная Катерина, она своим только присутствием выводит вас из себя, остался старый след ненависти, враждебное чувство к ней сохранилось. Всякая неприятность, случившаяся с Катериной, заставила бы Вас втихомолку радоваться. Сейчас я сочувствую ей. Вам не стоит говорить об Иннокентии и Иляне в такой форме. Фаина Веньяминовна не заслужила того обращения к себе.

 (Послышался голос Фаины Веньяминовны)

 

 ЯВЛЕНИЕ ВТОРОЕ

 (Входит Фаина Веньяминовна)

 Фаина Веньяминовна. Итак, Вы скажите министру, что это мне не нравиться! Сорок пять лет, как я веду дела, и всегда была исправна в них. Моё почтение.

 (Константин Леонидович встал. Никита, с бокалом , пересел на кожаный диван, который закрыл его большим креслом)

 Константин Леонидович. Фаина Веньяминовна…

 Фаина Веньяминовна. Понимаете ли Вы это, Константин Леонидович? Они хотят навязать мне агента-бухгалтера, шпиона из министерства и поселить его на моих предприятиях, под предлогом контроля. Они утверждают, что все военные поставщики связаны таким обязательством. Они принимают нас за врагов. В первый раз мне осмеливаются не доверять. Честное слово, я рассердилась. Целых четыре часа я спорила с присланным ко мне чиновником. Я сказала ему, что он может принять предложение, может отклонить, тем более, что я не нуждаюсь в нём, а он нуждается во мне. Если он не купит моих тканей, я продам другим. Это меня нисколько не смутит. Но позволить, чтобы кто-нибудь здесь распоряжался, как я сама, об этом не может быть и речи! Я слишком стара, чтобы менять свои привычки. После этого он ушел. Если в министерстве или сам министр недоволен, пусть идут жаловаться, кому хотят. А и то сказать, их меняют каждые две недели. Не знаешь никогда, с кем имеешь дело! Доброго Здоровья! (Увидела Никиту.) Ты был тут? Что заставило тебя покинуть своих девок?

 Никита. Но, тётя, я хотел объясниться…

 Фаина Веньяминовна. Без глупостей, у меня нет времени. В трёх словах, что ты хочешь?

 Никита. Я пришел поговорить о деле.

 Фаина Веньяминовна. Ты и о деле?

 Никита. Да, тётя, я о деле!

 Фаина Веньяминовна. О – о – о! Ты знаешь, каковы наши условия. Я тебе назначила содержание…

 Никита. Я отказываюсь от пенсии. Возвращаю себе самостоятельность. Отказ этот мне слишком дорого стоит. Этот договор глупый. Дело, которым я хочу заняться, великолепно, и должно доставить громадные барыши, и я ни за что не откажусь от него.

 Фаина Веньяминовна. Довольно! Я не люблю болтунов. Ты чересчур много говоришь, чтобы я могла тебе поверить. Такое количество слов может обнаружить разве только ничтожность твоих проектов. Ты хочешь пуститься в спекуляцию? С какими же деньгами?

 Никита. Я предлагаю проект своего изобретения. У меня есть человек, который может дать мне в долг, и мы начнем дело выпуском акций…

 Фаина Веньяминовна. Никогда в жизни! Я против этого! Тебе брать такую ответственность? Ты – глава предприятия? Да ты ничего не сделаешь, кроме глупостей. Одним словом, ты хочешь продать своё изобретение, не правда ли? Ну, хорошо. Я покупаю его у тебя.

 Никита. Я не хочу денег. Я ищу доверия к моим планам. Это вдохновение акционеров! Вы не верите в мои идеи, тётя?

 Фаина Веняминовна. Что же тебе нужно, если я покупаю их! Мне кажется, это прекрасное доказательство доверия! Покончим же на этом!

 Никита. Тётя! Если Вы приняли решение относительно кого-либо, то прощай самостоятельность, придется повиноваться Вам. Однако это обширный, прекрасный проект.

 Фаина Веньяминовна. Хорошо! Константин Леонидович, Вы дадите пятьдесят тысяч моему племяннику. И я не хочу больше слышать об этом!

 Константин Леонидович. (Тихо). До тех пор, как деньги не закончатся!

 Фаина Веньяминовна. Наконец, в чём же состоит твоё изобретение?

 Никита. Тётя, это такой станок.

 Константин Леонидович. (Тихо). Совершенно верно, станок для уничтожения денег.

 Фаина Веньяминовна. Alter ist kein werter Gast2. Хорошо! Принеси мне рисунки. Может быть, случайно ты и нашел что-нибудь.

 Никита. Рисунков нет ещё у меня.

 Фаина Веньяминовна. Как нет рисунков? Да существует ли изобретение твое?

 Никита. Оно тут, в моей голове. All Ding wahrt seine Zeit3.

 Фаина Веньяминовна. ( Смеётся). А ты говоришь уже о том, чтобы начать дело выпуском акций. Ты думаешь, что тебе дали бы деньги? Тебе дали бы деньги… тебе… с твоим умом, как единственной гарантией? Только я одна могу заключить с тобой такие договоры, как раньше, и ты единственный, с кем я их заключаю. Скажите, Костя, чтобы ему дали деньги, я не отказываюсь от этого. Ты такой же шутник, как и всегда!

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

 (Входит Михаил Георгиевич).

 Михаил Георгиевич. Здравствуйте, хозяюшка!

 Фаина Веньяминовна. А... это Вы, Михаил! Как кстати! Der Ball sieht den guten Spieler4! Я только что хотела послать за Вами.

 Михаил Георгиевич. Фаина Веньяминовна, Вы знаете, что я вырос в деревне, что восьмилетним ребёнком пас животных, но предавался честолюбивым мечтам. Я чувствовал, что рождён для другой жизни. При первом представившемся случае отправился на заработки в город. Поступил лакеем к одному банкиру. Жил на чердаке под крышей, а ночами читал. Я хотел достигнуть прочного положения и выйти в люди. Затем я перешел к одному биржевому маклеру и в тоже время в течение шести лет я изучал коммерцию и дополнил своё образование. Финансовыми делами можно нажить себе богатство, это я усвоил. Природное чутьё к спекуляциям удивительно мне помогло. В свои тридцать пять я заработал пятнадцать тысяч и чувствовал себя, готовым на всё, для достижения цели, кроме бесчестного поступка. Моя счастливая звезда привела меня к знакомству с Вам. Если бы не поверили в меня, тогда никому неизвестному. Вы дали мне шанс и ввели в семью.

 Фаина Веньяминовна. Ich weiss5. Я всё это знаю. В течение некоторого времени я следила за тобой, а затем, удостоверившись, что не ошибаюсь в расчете, предложила тебе, молодому банкиру, денег на основании своей конторы. Мне почти все советовали не связываться с неизвестным никому молодому человеку, что я согласно своему положению должна иметь дела с известными банкирами. Я решила рискнуть. Сделала предложение, от которого ты не смог отказаться. Ждала, как ты поведёшь себя. Ты в результате операций вернул мне долг и принёс прибыль. Я тебе затем доверила уже больше сумму. Ты и в этот раз вернул долг и прибыль. Затем мы вели речь о нескольких миллионах. Ты стал естественно одним из задушевных друзей моего дома. Да, теперь ты известный банкир и те, кто советовали мне тогда не связываться с тобой, сейчас мечтают о твоём благосклонном отношении. Но, что ты хотел сказать мне? Я отвлеклась воспоминаньями.

 Михаил Георгиевич. Я недавно увидел, как Катерина, кружась грациозно в вальсе с Дмитрием Валерьевичем, и тайно я завидовал ему, который держал в объятиях это очаровательное создание. Я безумно влюбился в Катерину и с этого времени не перестаю думать о ней. Я узнал, что между ними ничего нет. Дмитрий Валерьевич сказал, что она прекрасно танцует, но ухаживает он за её подругой. Я пришел просить руки Вашей приёмной дочери Катерины.

 Фаина Веньяминовна. Как я рада! Миша, даю своё благословение. Вы замечательная пара. Катерина знает о Ваших чувствах?

 Михаил Георгиевич. Догадывается, но я хотел узнать какого Вы мнения. Теперь я могу смело признаться Катерине. Дмитрий Валерьевич просил узнать у Вас, как мать не возражали бы Вы, если он пришел просить у Вас руки Иляны.

 Фаина Веньяминовна. Опять этот Дмитрий Валерьевич. Ты знаешь, что мой собственный выбор давно сделан. Это Иннокентий! Мой славный, любимый, скромный Кеша. Никто более меня так не уважает Иннокентия. Он для меня, как сын. Я о нём знаю всё. Вот кого в сладких мечтах видела я своим зятем. А кто такой этот Дмитрий Валерьевич? Откуда он взялся, этот Дмитрий Валерьевич? Он с порядочной семьи? Я не знаю! Кто его родители? Я тоже не знаю! Что он за птица? Что у него на уме? Иляна очень простая и наивная девушка. Она очень впечатлительная. Кто может поручиться за него? Сделает он её счастливой? Он появился так внезапно.

 Михаил Георгиевич. Дмитрий Валерьевич, очень хорош собой, у него чистые синие глаза, и длинные белокурые волосы.

 Фаина Веньяминовна. Это минус. Такой человек очень опасен для молодой девушки.

 Михаил Георгиевич. Его истинно царские манеры указывают на его старинное аристократическое происхождение. Выхоленные руки и стройные ноги князя может позавидовать любая женщина. Тихий, вкрадчивый, с нежным голосом и ласкающей речью славянина, он, без сомнения, всегда и всюду, где бы ни появиться, производит наилучшее впечатление. О нём мне довелось узнать противоречивые сведения. Известно, что он из княжеского рода. Доказательств нет. Я…

 Фаина Веньяминовна. Михаил Георгиевич, ты знаешь, что Иляна с детства любит Иннокентия.

 Михаил Георгиевич. Фаина Веньяминовна, детскую привязанность нельзя ещё назвать любовью. Иляна обходится с князем с особенной любезностью. Спокойная молодая девушка воодушевляется при появлении Дмитрия Валерьевича. Не скрывается ли тут любовь? Князь может, надеяться, что госпожа Фаина …

 (Фаина Веньяминовна дёрнула за звонок и позвала дочь. Михаил Георгиевич вышел. Слышен рассерженный голос Фаины Веньяминовны и спокойный, медленный, нежный голос Иляны. Мать угрожала, шумела, а дочь спокойно отражала нападение. Борьба продолжалась более часа. Иляна вышла с мокрыми от слёз прекрасными глазками, и удалилась в свою комнату. Вбежал Михаил Георгиевич в кабинет Фаины Веньяминовны.)

 Михаил Георгиевич. Ну, что? Я с удовольствием вижу, что Вы менее взволнованы. Иляна, вероятно, привела Вам хорошие доказательства.

 Фаина Веньяминовна. Хорошие доказательства! Она плакала, вот и всё. А Вы знаете, что когда она плачет, я не знаю, что говорю и что делаю! Она всё

 во мне переворачивает своими слезами. Поймите, она хорошо это знает! Ах, великое несчастье слишком любить своих детей. У меня ведь не было сыновей, а он, я надеялась, войдёт в семью и будет у меня не только зять, но и сын. Это как если бы у женщины был сын, а она мечтала о дочери и вот сын привел в дом девушку, которая найдёт общий язык со свекровью, о которой мечтала видеть рядом с сыном, то получается, что в семью пришла не только невестка, но и долгожданная дочь. У Кеши столько достоинств, что нет сомнений, он впоследствии достигнет самого высокого положения. Иляна помогала, заботилась о нём и радовалась его успехам. В трудную минуту поддерживала его. Они такая замечательная пара. И все эти планы разрушены появлением Потанина на дороге Иляны. Чужеземный искатель приключений, может быть и князь, но кто знает его? Материнское сердце подсказывает, что он лжет. Лгать легко, когда доказательства лжи нужно искать только за границей. И вот моя дочь влюбилась в такого красавца, который добивается только моих миллионов. Он украдёт любовь Иляны и опустошит до дна мою кассу. Den Bock zum Gartner machen6. Я вижу таких людей насквозь. Иннокентий не такой. Ты не такой. А этот Потанин … Я сделаю всё на свете, лишь бы ненавистный мне брак моей дочери не состоялся.

 Михаил Георгиевич. Что следует мне сказать?

 Фаина Веньяминовна. Вы передадите этому человеку, чтобы он не искал больше случая встретиться с моей дочерью. Если он добросовестный человек, пусть поймет, что даже его присутствие в Москве стеснительно для меня. Я прошу его удалиться, и тогда я обещаю дать ответ.

 Михаил Георгиевич. Позвольте ли Вы мне надеяться, что не станете сердиться на меня за исполнение поручения?

 Фаина Веньяминовна. Да, но с условием, чтобы ни одно слово из того, что прозвучало здесь сегодня утром, не было пересказано Вами тому, о ком шла речь. Никто не должен подозревать, о чём Вы ходатайствовали передо мной.

 Михаил Георгиевич. Я обещаю молчать. Сегодня вечером князь Потанин уедет из Москвы.

 ( Входит Константин Леонидович)

 Фаина Веньяминовна. Костя, возьми лист бумаги, перо и своим крупным почерком напиши Иннокентию следующие строки. «Если ты не хочешь при своём возвращении найти Иляну замужем, то выезжай немедленно». Отправь срочно.

 Михаил Георгиевич. Я должен быть с Вами один, отошлите его.

 Фаина Веньяминовна. Вы можете говорить при Косте. Он знает так же хорошо все мои дела, как я сама.

 Михаил Георгиевич. Даже и то, которое меня привело к Вам?

 Фаина Веньяминовна. Даже это. Следует непременно, чтобы около меня был человек, с которым я могла бы об этом разговаривать, а без этого мне было бы совсем уж тяжело. Передайте же Ваше поручение… Князь?..

 Михаил Георгиевич. Дело идет не о Князе! Приехал Иннокентий.

 Фаина Веньяминовна. Наконец! Но где он? Как Вы узнали об его прибытии?

 Михаил Георгиевич. Ах, Боже мой, это вышло совершенно случайно. Я встретился на набережной нос к носу с высоким молодым человеком с бородой, который при виде меня вскрикнул: «А, Михаил!». Это был Иннокентий. Я узнал его только по голосу. Он очень изменился со своей чертовской бородкой и бронзовым цветом лица.

 Фаина Веньяминовна. Что Вы ему сказали?

 Михаил Георгиевич. Ничего. Он пожал мне руку… С минуту посмотрел на меня какими-то особенными глазами. На губах его был вопрос, который он не задал, но который я угадал… Я боялся растрогаться и наговорить глупостей, но мы скоро расстались…

 Фаина Веньяминовна. Сколько времени прошло с тех пор?

 Михаил Георгиевич. Почти час. Я успел только вернуться домой… Там я застал Потанина, который ждал меня. Он хотел почти насильно сопровождать меня. Надеюсь, Вы не осудите меня.

 Фаина Веньяминовна. Я не хочу видеть его в эту минуту. Где Вы оставили его?

 Михаил Георгиевич. В саду, где теперь, наверно, и барышни.

 Фаина Веньяминовна. Где Иннокентий остановился?

 Михаил Георгиевич. В центральной гостинице.

 Фаина Веньяминовна. Хорошо, я туда немедленно еду. ( Уходит).

 

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ

 (В кабинете остались Михаил Георгиевич и Константин Леонидович)

 Михаил Георгиевич. Хозяйка, значит, рассказала Вам об этом деле? Почему же Вы никогда ничего не говорили мне о нём?

 Константин Леонидович. Разве я был достоин доверия Фаины Веньяминовны, если бы рассказывал то, что она хотела скрыть?

 Михаил Георгиевич. Мне?

 Константин Леонидович. Особенно Вам. Положение, в котором Вы находитесь, запрещало мне это. Вы действуете в пользу Дмитрия Валерьевича.

 Михаил Георгиевич. А Вы стоите за Иннокентия?

 Константин Леонидович. Я ни за кого не стою. Я подчинённый, Вы это знаете.

 Михаил Георгиевич. Не думайте меня обмануть. Вы имеете очень большое влияние на хозяйку. Доверие, каким Вы пользуетесь, несомненно, является достаточным доказательством. Иннокентий возвратился, конечно, для того, чтобы настаивать на своих правах жениха, а Иляна любит уже Дмитрия Валерьевича. Здесь скоро произойдет столкновение, которое сильно перемутит всю семью. Будет сражение. Так как присутствующие стороны почти равной силы, то я стараюсь завербовать сторонников своему кандидату. Признаюсь Вам с полной откровенностью, что я стою на стороне влюблённых. Дмитрий Валерьевич любит Иляну, и я ему услужу. Иляна будет мне благодарна за это и в свою очередь похлопочет за меня перед Катериной. Что касается Вас, позвольте мне Вам дать совет. Если Фаина Веньяминовна спросит Ваше мнение, говорите ей в пользу Дмитрия Валерьевича. Когда Дмитрий Валерьевич будет хозяином и это отзовётся на Вашем положении.

 Константин Леонидович. Вы не знаете, может быть, как я попал сюда. В таком случае позвольте познакомить Вас с этим. Четыре года назад я крайне бедствовал. Много раз я пробовал составить себе счастье, но безуспешно, и тогда почувствовал, что теряю нравственные и физические силы. Есть люди, одарённые энергией, умеют преодолевать все препятствия в жизни. Вы принадлежите к числу таких людей, а у меня борьба израсходовала все силы, и я не достиг ничего, мне не хватало даже на пропитание. Я был близок к мысли покончить свое печальное существование, когда я встретил Иннокентия. Мы учились вместе в гимназии. Я подошел к нему…это было на набережной…и осмелился его остановить. Сначала он не узнал меня. Я был так истощен и так жалок. Он не стыдился моих лохмотьев, бросился мне на шею. Я сказал ему, что мне ничего не надо кроме работы. На что он мне ответил : «Работы, несчастный? Я подумал, что ты хочешь украсть мои часы, судя по твоему виду». Он купил мне новую одежду…Спустя два дня я поступил в контору к Фаине Веньяминовне. Я всем обязан Иннокентию. Он для меня более чем брат. После этого скажите откровенно, что Вы подумали бы обо мне, если бы я поступил, как Вы советуете?

 Михаил Георгиевич. Боже мой, я ничего не имею против Вашей признательности, но, между нами, всё, что ни будет предпринято против князя, не приведёт ни к чему. Он непременно женится на Иляне.

 Константин Леонидович. Это весьма возможно, но мое место всё-таки будет возле Иннокентия, чтобы утешить его, насколько это возможно.

 Михаил Георгиевич. А пока Вы попытаетесь сделать всё, чем можете заслужить его благосклонность?

 Константин Леонидович. Я уже имел честь Вам сказать, что я не могу ничего…

 Михаил Георгиевич. Хорошо, хорошо! Понимаю, что Вы хотите сказать, а не можете ли Вы изменить мнение, какое я высказал относительно Вашего значения?.. Вы берёте сторону слабого… Это бесподобно!

 Константин Леонидович. Это просто честно. Правда, это случается весьма редко.

 Михаил Георгиевич. (Протянул ему руку). Во всяком случае, забудем прошлое! (Тихо). Ни гроша в кармане, а тоже с предубеждениями! Вот молодец, который не имеет никакой будущности!

 

 ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ

 ( В саду сидят Иляна, Катерина, Михаил Георгиевич. Дмитрий Валерьевич читает стихи, рассказывает о дальних странах. Подходит к ним быстрым шагом Иннокентий. ).

 Иннокентий. Неужели я так изменился, что должен представиться?

 (Длительная пауза)

 Катерина. Разве Вы не хотите поцеловать Ваших друзей? ( Подставила свой лоб). Господа! Иннокентий, друг детства моего и Иляны, почти брат. Иннокентий, разреши представить, князь Потанин.

 Потанин. Мне кажется, что госпожа Фаина Веньяминовна принимает сегодня вечером. Я буду иметь честь, засвидетельствовать ей своё почтение. (Прощается с Иляной, Катериной, и Иннокентием. Удаляется в сопровождении Михаила Георгиевича.)

 Иляна. Я очень рада тебя опять видеть, мой милый Иннокентий, и мама также будет очень рада. Мы очень беспокоились о тебе. Вот уже несколько месяцев, как от тебя не было известий.

 Иннокентий. Я пристрастился к своей работе, опасаясь лишиться результатов стольких трудов, и думал, что преуспел… По крайней мере, перед своим начальством, Фаиной Веньяминовной. (Улыбнулся.)

 Катерина. Милый мой Иннокентий, предупреждаю, есть загадка, которую нужно Вам угадать.

 Иннокентий. Какая?

 Катерина. Та, которая заключается сердце милой Иляны.

 Иннокентий. С детства, я читал всегда в нем, как в книге. (Посмотрел на смущенную Иляну.)

 Катерина. ( Покачала головой). Кто знает, может быть, во время Вашего отсутствия характер мог перемениться. Я думаю, вам есть, о чем говорить с глазу на глаз. (Уходит).

 Иннокентий. Иляна, хочешь, чтобы я разгадал твою тайну? Ты не любишь меня более.

 Иляна. Кеша, друг мой, брат мой…

 Иннокентий. Твой брат! Разве таким именем ты должна была назвать меня, сейчас, когда я вернулся домой?

 Иляна. Зачем ты уехал?

 Иннокентий. Чтобы заслужить тебя.

 Иляна. Тебе не стоило это делать. Ты в моих глазах был уже выше других. Мы были с тобой обручены, и ты должен был только беречь меня для себя.

 Иннокентий. Разве твое сердце не могло сохранить само себя?

 Иляна. Без помощи, без поддержки любящего человека, который был бы возле меня?

 Иннокентий. У меня не было другой помощи, другой поддержки, кроме надежды и воспоминаний.

 Иляна. (Побледнела). Кеша, ты знал хорошо, что я была ребенком…

 Иннокентий. Нет, я вижу, что ты была девушкой, то есть существом слабым, непостоянным и жестоким, которое мало заботиться о любящем человеке, и жертвует всем для новой любви.

 Иляна. Это жестокие слова.

 Иннокентий. Разве они не заслужены? Ты меня видишь смущенного, с глазами, полными слез, и не только не находишь мне ласкового слова, а еще обвиняешь меня едва ли не в холодности. Ты упрекаешь меня, зачем уехал. Разве ты не хочешь понять причины, заставившей меня решиться на поездку? Я хотел жениться на тебе. Ты была богата, а я беден. Чтобы сгладить эту неровность, я задумал, составить себе имя, совершить открытие, добиться одной из ученой степени. Так из-за этого возникло твое неудовольствие? Лучше думай, что я оставил тебя с глубокой печалью! В продолжение двух лет, почти одинокий, заваленный работой, я всё переносил при мысли, что страдаю для тебя. Чувствуя, что грусть и упадок духа овладевает мною, я призывал тебя, и твоё милое лицо возвращало мне с надеждой прежнюю энергию. Я говорил себе: «Она меня ждёт. Придет день, когда я получу награду за свои труды»… И вот, Иляна, этот день наступил. Я снова здесь и прошу своей награды, той, какую я заслужил, не правда ли? В то время, как я гонялся за славой, другой, более опытный и более догадливый, взял у меня твоё сердце. Моё счастье разрушено! Ты совершенно вправе забыть меня!

 Безумец, который удаляется от своей невесты, не заслуживает её верности. Это равнодушный человек. Он не умел любить!

 Иляна. В первый раз, ты раскрыл мне душу. Ты никогда не показывал сильной страсти мне. Я поняла, как любима, и сожалею, что не знала этого раньше. Если бы Кеша, ты прежде говорил со мной так, как сейчас, кто знает, что было бы? Чувства мои, может быть, были бы другие. Без сомнения. Я любила бы тебя.

 Иннокентий. Только отчаяние, внушенное мыслью потерять тебя, заставило меня излить из сердца горячие признания любви.

 Иляна. Я вижу хорошо, что я была несправедлива и жестока относительно тебя. Понимаю, что ты вправе делать мне упреки, но не одна я виновата. Ты также должен упрекать себя. Я в отчаянии, что доставляю тебе столько горя, но уже слишком поздно. Я не принадлежу более себе.

 Иннокентий. Разве ты себе принадлежала?

 Иляна. Нет! Правда, я дала тебе слово, но будь великодушен, не употребляй во зло право, которое тебе дает мое обязательство. Прошу тебя, возврати мне назад моё слово…

 Иннокентий. А если бы я отказался возвратить его тебе? Если бы я вновь попробовал завоевать тебя? Неужели я не имею права защищать своё счастье? Да и что бы ты подумала о моей любви, если бы я безропотно покорился?..

 Иляна. Девушке такой, как я, недостаточно одного слова. Моё слово принадлежит тебе, но сердце другому. Скажите одно слово, и я готова сдержать своё слово, сделаться твоей женой. Твоё дело решить.

 Иннокентий. Послушай, невозможно, чтобы ты изгнала так быстро меня из своего сердца. Я так тебя люблю. Вспомни нашу взаимную привязанность в прежние дни, Иляна, вспомни…

 Иляна. Увы, мой бедный Иннокентий, моя привязанность была простой, доброй дружбой. Моё сердце не изменилось для тебя. Любовь, которую я теперь чувствую, как видишь, совсем иная. Без неё я могла бы стать твоей женой, потому что я ценю тебя настолько, что была бы счастлива. Но теперь мне понятна разница. Тебе я дала согласие, но ты никогда не был для меня ничем иным, как только самым близким товарищем. Тот же, которого я выбрала, будет моим господином.

 Иннокентий. Иляна, как ты заставляешь меня страдать! Mein grosstes Leben lebe ich mit dir7! Schwamm druber8. Извини! Ты видишь, я становлюсь сумасшедшим. Так это непоправимо? Ты любишь его?

 Иляна. Настолько, насколько доставляю тебе горя, и настолько, что не буду принадлежать никому, кроме него.

 Иннокентий. Итак, ты свободна, я возвращаю тебе слово.

 Иляна. Скажи мне, мой милый Кеша, что ты прощаешь меня?

 Иннокентий. Прощаю.

 Иляна. Ты плачешь?

 Иннокентий. Да, я оплакиваю потерянное счастье. Я был уверен, что самое лучшее средство для того, чтобы быть любимым, это заслужить любимое существо. Я ошибся, и я мужественно заглажу свою ошибку. Irren ist menschlich9. Прости меня за мою слабость, и будь уверена, что ты никогда не будешь иметь друга, такого искреннего и такого преданного, как я. (Протягивает ей руку).

 Иляна. Мама, она тебя везде ищет. Я совсем забыла. Я оставлю тебя. Прощай и тысячу раз благодарю от глубины души.

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ШЕСТОЕ

 ( Шагает по комнате, размахивая руками.).

 Фаина Веньяминовна. Этот платиновый блондин не знает, с кем имеет дело. Я покажу ему кто я! Так поступать можно с кем угодно, только не с такой, как я. Этот щеголь не дорос ещё до того, чтобы «давить на меня». Если бы мой честный Кеша, хотя немного сходился во мнении со мной. (Вошёл Иннокентий.. Фаина Веньяминовна открыла свои объятия, и он упал к ней на грудь.). Кем ты был встречен? Когда приехал?

 Иннокентий. Иляной.

 Фаина Веньяминовна. Вот этого- го я и боялась. Что сказала она тебе?

 Иннокентий. Всё!

 Фаина Веньяминовна. Дай я тебя поцелую, мой бедный мальчик. Не правда ли, ты огорчён? И я также. Я совсем не знаю, что и делать. Вот уже десять лет я лелеяла мысль видеть тебя женатым на Иляне. Ты человек высоких достоинств, я верю, что ты меня уважаешь, а потому не отнял бы у меня любовь дочери. Устроив этот брак, я осуществила бы мечту всей жизни. Я жила бы рядом, в одном городе с моей дочерью и зятем, то есть с тобой. В трудные минуты старалась помочь, и радовалась в счастливые. Я видела бы, как растут мои внуки, как счастливы ты и Иляна.

 Иннокентий. Верьте, что не от меня зависело, чтобы этот проект осуществился.

 Фаина Веньяминовна. Это, мой мальчик, другой вопрос! Вот в этом-то мы и расходимся. По-моему, ты один виноват в том, что происходит. Я желаю, что бы ты был решителен, понимаешь ли ты? О, я знаю, что ты мне скажешь на это: ты хотел принести в приданое Иляне венец своей славы. Пустяки всё это! Когда имеют будущность такую, как у тебя, то не зачем тянуть, быть не решительным, чтобы понравиться молоденькой девушке. Сначала надо жениться, а знаменитость придёт после. Да и к чему тебе нужно было так стараться? Что же такое мы-то? Великие люди, что ли? Прежние портные, теперь миллионеры, это правда, но это не мешало бедному моему мужу таскать ткани и мне отдавать сдачу. Но ты захотел сделаться странствующим рыцарем, а в это время красивый господин… Сказала Иляна тебе его имя?

 Иннокентий. Я встретился с ним лицом к лицу тотчас по приезде. Он был с ней в саду. Нас представили друг другу.

 Фаина Веньяминовна. Это очень хорошая манера. Этот плут настолько хорошо владеет собой, что в минуту самого сильного волнения не выдаст себя ни одним жестом. Ты же знаешь, что он говорит, что он князь? Это-то и заманчиво для Дома «Ф», как он считает! Мы поставим его герб на фабричные марки. Это искатель приданого и только! Князь, как он говорит, подумал про себя: «У мещанки Фаи деньги, дочь очень мила», и решился сделать афёру. Он решил найти позолоченную куклу и облагородить её купеческую кровь.

 Иннокентий. Для него служит извинением пример большинства ему подобных. Ныне брак единственное ремесло дворянства.

 Фаина Веньяминовна. Дворянства? Это надо ещё доказать!

 Иннокентий. Я могу его ненавидеть, но надо признать он князь. Потанины – это всем известно князья. В газетах писали об этом раз двадцать.

 Фаина Веньяминовна. В газетах и не такое напишут. И это не доказывает, что он сделает мою дочь счастливой. Если ты хочешь следовать моим советам, то надо отправить его подальше, и чем дальше, тем лучше. Как ты сам знаешь, я на твоей стороне! Князь мне не нравится!

 Иннокентий. Иляна любит его.

 Фаина Веньяминовна. Она только воображает. Она вбила это себе в голову, но это пройдёт. Ты хорошо понимаешь, что я вызвала тебя не затем, чтобы ты присутствовал на бракосочетании моей дочери и князя. Если ты настоящий мужчина, то Иляна должна стать твоей невестой. Тебе дано наше слово, а слово Фаины Веньяминовны стоит их подписи. Выиграй время, ухаживай за ней и отними мне мою дочь у этого щёголя. Schmiede das Eisen, solange es heiб ist10!

 Иннокентий. Ваша помощь пришла слишком поздно. Иляна просила меня вернуть ей своё слово, и я это сделал.

 Фаина Веньяминовна. Ты был настолько слаб? А она совсем дитя, имела такую храбрость? Но не всё ещё потеряно. Ты возвратил слово Иляне, пусть будет так! Но я, я не возвратила тебе твоего слова. У тебя есть обязательство относительно меня. Я не желаю брака своей дочери, устроенного против моей воли. Помоги мне расторгнуть его! Чёрт возьми, ты найдёшь, наверное, другую девушку, которая будет стоить Иляны. Но, где же я найду такого зятя, который стоил бы тебя? Наше счастье совсем в опасности, спаси его!

 Иннокентий. К чему же бороться? Я заранее побеждён.

 Фаина Веньяминовна. Если ты думаешь меня оставить, что же я сделаю одна против Иляны?

 Иннокентий. Делайте, так как она хочет, по обыкновению. До сих пор Вы поддавались просьбам Вашей дочери, и теперь, если она придёт ещё раз умолять Вас со слезами, то Вы, такая сильная, умеющая так хорошо говорить, при её словах «я хочу» станете слабой и не в состоянии будете отказать её князю. Поверьте мне, следует согласиться. Кто знает, Ваш зять, может быть, впоследствии отблагодарить Вас за это.

 Фаина Веньяминовна. В самом деле, ты необыкновенный человек. Ты рассуждаешь обо всём так спокойно!.. Разве ты не любил Иляну? Ты не огорчён?

 Иннокентий. Огорчён! Я так люблю Иляну, что готов умереть.

 Фаина Веньяминовна. Ты хвастаешься! Ах, учёный, цифры ожесточили твоё сердце.

 Иннокентий. Нет, но работа уничтожила во мне все соблазны юности. Она сделала меня суровым и немного грустным. Я был нерешителен с Иляной, вместо того, чтобы привлечь её. Зло приходит оттого, что мы живём в лихорадочный век, когда наши способности бессильны, сразу обхватить всё, что предлагает наша жизнь: удовольствие и работу. Приходится поневоле выбирать, сберегать своё время и свои силы и заставлять действовать безраздельно мозг или сердце. Из этого вытекает, что орган, оставленный в пренебрежении, сохнет. Люди всю свою жизнь предающиеся удовольствиям, плохие работники, между тем как труженики проигрывают в делах любви. Одни жертвуют - возвышенным, другие – её удовольствиями. В решительные минуты, когда праздный человек захочет обратиться к своему уму, а труженик к своему сердцу, они с ужасом замечают, что один не способен исполнить долг, а другой не умеет, воспользоваться счастьем, потому что не решителен.

 Фаина Веньяминовна. Что же из этого, мой милый Кеша, тем хуже для женщин, которые не умеют ценить мужчин тружеников, а увлекаются светскими болтунами. Ты о чём может мечтать девушка с приличной семьи, если её правильно воспитали. Такого как ты можно ждать всю жизнь. Ты же мечта, сказка. Тебя вовсе я не идеализирую, ты со своими достоинствами и недостатками. Я тебя знаю хорошо и о тебе всё знаю. Кеша, ты талант который рождается раз в тысячу лет. Я никогда не принадлежала к числу последних, и встреться такой как ты со мной, такой серьёзный, д-цать лет тому назад, я предпочла бы тебя всякому другому. Но так как ты хорошо сознаёшь свой недостаток, почему же не исправишься? Средства в твоих руках.

 Иннокентий. Какое?

 Фаина Веньяминовна. Твоя воля. Женись на Иляне, и я отвечаю за всё!

 Иннокентий. Она не любит меня!

 Фаина Веньяминовна. Женщина всегда завершит тем, что полюбит своего мужа.

 Иннокентий. Я слишком люблю Иляну, чтобы жениться на ней без любви.

 Фаина Веньяминовна. Партия, несомненно, проиграна! Будущее представляется мне очень мрачным, и у меня как у любящей матери появилось предчувствие, что несчастие войдёт в мой дом вместе с Дмитрием Валерьевичем Потаниным. Я уверена, что князь это увлечение моей дочери, а любит она тебя. Просто он решительный, имея столько минусов, сплошные недостатки и чуть плюсов, имеет наглость просить руки Иляны. И так, я вижу ясно, что мне следует согласиться стать бабушкой маленьких князей, лишь потому, что этот щёголь оказался решительнее и нахальнее тебя. Видишь ли, если дочь моя станет страдать из-за мужа, я, кажется, буду, способна убить его. Я думаю, Иннокентий, что было бы лучше для тебя излить своё горе перед близким другом Константином Леонидовичем. Мужчине, ведь неловко плакать перед женщиной. (Уходит).

 ЯВЛЕНИЕ СЕДЬМОЕ

 (В кабинете Иннокентий и Константин Леонидович)

 Иннокентий. Правильны ли мои взгляды на жизнь, и люди, равнодушны ко всему, ленивые, наслаждающиеся только жизнью, не лучше ли поступают, чем я? Тратить свою жизнь на работу сверх сил, утомлять свой ум для отыскивания решения великих задач, и всё это для того, чтобы достигнуть старости, не зная других удовольствий, кроме ненужных почестей и пошлых благодарностей! В самом деле, Костик, разве не могут быть названы действительно умными люди, которые жаждут только счастья и радости, отталкивающие всякую заботу, всякий труд и озабоченные только тем, чтобы наполнить своё существование наслаждениями? Смерть так быстро приходит, что мы с удивлением замечаем, что смертный час уже наступил, а мы ещё совсем не жили.

 Константин Леонидович. А к чему же годен бесполезный человек, не оставляющий после себя малейшего следа своего существования на Земле?

 Иннокентий. Брошусь очертя голову в науку, составлю себе знамение имя и заставлю эту неблагодарную пожалеть обо мне! Она увидит разницу между мной и тем, кого она предпочла. Она поймёт, что тот ничтожество и обязан всем ей, тогда как мне она была бы обязана многим.

 Константин Леонидович. Все гости уже съехались. Напрасно ты прячешься в углу. Это могут заметить. Гораздо будет лучше, если тебя увидят, а то, пожалуй, выдумают такие вещи…что и представить себе не можешь.

 Иннокентий. Да, что мне за дело до этого? Пусть что хотят, то и выдумывают. У меня смерть в душе.

 Константин Леонидович. Кеша, всякий может мучиться душевно, но как бы мы ни страдали, нужно всегда стараться, чтобы никто не заметил этого. Будем подражать молодому спартанцу, грудь которого терзала лисица, спрятанная под плащом, а он улыбался. Надо избегать казаться смешным, мой друг! В нашем глупом обществе никто не подаст большего повода к смеху, как отвергнутый возлюбленный, который имеет растерянный вид и бьёт себя кулаком в грудь. К тому же, пойми Иннокентий, страдание – закон человеческий, а свет – это арена, а жизнь – постоянная борьба. На каждом шагу нас встречают и одолевают материальные препятствия и нравственные страдания. Но не нужно поддаваться, а идти вперёд и стараться победить эти препятствия. Если кто позволяет себе впасть в уныние, другие перешагнут через него, либо, что ещё хуже затопчут. Ободрись, дружище!

 Иннокентий. А для кого я буду бороться? Послушай, я строил планы, но я был сумасшедший. Всякое честолюбие замерло во мне, равно, как и все надежды.

 Константин Леонидович. Будь спокоен, честолюбие вернётся к тебе. В настоящую минуту ты нравственно разбит, но вскоре снова почувствуешь свои силы. Ты сам виноват во всём. Ты был не решителен. Иляна не знала о твоих чувствах. Что касается надежды, то никогда не нужно оставлять её.

 Иннокентий. Чего же мне ждать в будущем?

 Константин Леонидович. Как чего? Да всего! Всего возможного на этом свете! Кто, например, докажет, что княгиня не станет в скором времени вдовой?

 Иннокентий. Ты говоришь глупости. Иляна вряд ли овдовеет.

 Константин Леонидович. Мой милый, в жизни только глупости, кажется, и имеют смысл. Покурим лучше!

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ВОСЬМОЕ

 (На диване в гостиной сидят Потанин и Катерина)

 Катерина. Зачем Вы уехали в Англию три недели тому назад, не повидавшись со мною и не предупредив меня?

 Потанин. Что же я мог бы Вам сказать?

 Катерина. Вы могли бы сообщить мне, что просили руки Иляны.

 Потанин. Это было бы так грубо!

 Катерина. Но зато честно! Тогда Вам пришлось бы только всё объяснить мне, а этого Вы не захотели сделать. Вы предпочли заставить меня угадать эту новость из молчания окружающих меня лиц и из шушуканья посторонних. Действительно, это гораздо проще и гораздо удобнее для Вас. И так, этот брак решён?

 Потанин. Да.

 Катерина. Так Вы женитесь на Иляне?

 Потанин. Да!

 Катерина. А как же я?

 Потанин. Катерина, ради Бога, успокойтесь! Вы в таком страшном волнении.

 Катерина. Ах, и Вы также беспокоитесь!

 Потанин. Да, но только за Вас.

 Катерина. За меня?

 Потанин. Конечно. Я боюсь, чтобы Вы не поступили неосторожно. Ведь это может погубить Вас безвозвратно.

 Катерина. Да, но и Вас вместе со мной. Вот единственно, чего Вы боитесь.

 Потанин. Как же Вы сердиты сегодня вечером! И сколько гнева против бедного Потанина! Какое понятие составит о своём достоинстве, видя, что Вы устраиваете ему такую привлекательную сцену ревности!

 Катерина. Ах, бросьте шутки! Теперь не время, клянусь в том. Кажется Вы, вовсе не отдаёте себе точного отсчёта в своём положении. Разве не понимаете, что я готова всё рассказать Фаине Веньяминовне?..

 Потанин. Всё? Но ведь Вы не можете сообщить ей ничего особенного. Вы расскажете, что я с Вами встретился в Англии, что я за Вами ухаживал, и что Вы находили моё ухаживание очень приятным. А затем?.. Вам желательно придать трагический вид этому сну в летнюю ночь, проведенному под деревом, и Вы теперь упрекаете меня в моей вине! Но в чём она? Серьёзно, я её не вижу. Мы находились в шумном светском кругу, где пользовались свободой. Ваша тётка в Англии, не находила ничего предосудительного в этом очаровательном ухаживании, которое наши соседи называют флиртом. Я говорил Вам, что люблю Вас, а Вы ни словом не обмолвились, что это Вам неприятно. Благодаря взаимному соглашению, мы провели очаровательное лето. Почему же Вы не хотите более вспоминать об этой маленькой милой поездке, выходящей из границ, установленных нашим слишком строгим светом, как его называют все? Это неблагоразумно и очень неосторожно. Если Вы приведёте в исполнение свои угрозы и возьмёте в судьи мою будущую тёщу для рассмотрения Ваших прав, на которые Вы ссылаетесь, то, конечно, решение будет не в Вашу пользу. Её интересы прямо противоположны Вашим. Разве она может колебаться между своей дочерью и Вами?

 Катерина. О, Вы искусно рассчитали и прекрасно придумали. Однако ж, если бы Фаина Веньяминовна оказалась не такой женщиной, как Вы о ней составили мнение, если бы она вступилась за меня и, рассудив, что бессовестный любовник станет, конечно, неверным мужем, она составила бы мнение о будущем своей дочери по моему прошлому, что тогда произошло бы?

 Потанин. Очень просто. Устав от жизни пустой и опасной, какую я вёл, я поступил бы на службу в Армию. Мундир – единственная одежда, которая может скрыть благородно нищету.

 Катерина. Во всяком случае, я оставлена.

 Потанин. Зачем Вы говорите, что оставлены, когда честный человек, любящий Вас и обладающий прекрасным состоянием, хочет жениться на Вас?

 Катерина. Так Вы предлагаете мне выйти замуж за Михаила Георгиевича? А не возмущаетесь ли Вы при мысли, что я могу заставить себя последовать Вашему совету? Значит, Вы обманывали меня с той первой минуты, когда нашёптывали мне слова любви? Значит, Вы не любили меня ни одного дня, ни одного часа?

 Потанин. Дорогая Катерина, если бы у меня было достаточно денег, даю Вам честное слово, я не женился бы на другой женщине, кроме Вас, потому что Вы были бы очаровательной княгиней.

 Катерина. Что мне за дело до этого титула! Вы знаете прекрасно, что настоящий отец мой князь. Я хочу только Вас! Ничего кроме Вас!

 Потанин. Вы не знаете, о чём просите. Я слишком люблю Вас, чтобы связать Вашу судьбу со своей. Если бы Вы только знали эту позолоченную нужду во всём, эту нищету в белых перчатках, какая выпала на мою долю, Вы испугались бы и поняли бы, что в моём решении отказаться от Вас много любви и великодушия. Верите ли, как трудно покончить прежние отношения с такой прелестной женщиной, как Вы? Между тем я безропотно покорился. Что я стал бы делать с моей прекрасной Катериной в маленькой квартире в пять комнат, какую я занимаю теперь. Разве хватило бы мне на хозяйственные расходы тех денег, которые я получаю от щедрых моих родителей. Мне одному с трудом хватает. Я больше живу в клубе, где стол обходится дёшево. Я езжу на экипажах моих друзей, никогда не берусь за карты, хотя я страстный игрок. Я часто бываю в обществе, где меня видят блестящим, гордым, а сам я в это время считаю каждую копейку. Моя интимная жизнь печальна, мрачна и жалка. Она похожа на чёрную куколку блестящей бабочки, которую Вы хорошо знаете. Вот каков князь Потанин, моя дорогая Катерина! Дворянин, на вид гордый, величественный, блестящий, а живущий с бережливостью старой девы. Когда меня встречают на гулянье изящным и весёлым, все завидуют моей роскоши, а эта роскошь так же обманчива, как подделанные под золото цепочки вот этих часов. Не правда ли, Вы понимаете теперь, что я не могу серьёзно предложить Вам разделить подобное существование?

 Катерина. Если бы Вы были богаты, Дмитрий, я не старалась бы возвратить Вас себе. Но Вы бедны, а потому я имею права сказать Вам, что Вас люблю, жизнь моя вместе с Вами была бы полна преданности и самоотвержения. Всякий перенесённый труд был бы доказательством любви, потому именно я и хочу страдать. Ваша жизнь со мной не была бы печальной и жалкой. Моя любовь сделала бы её отрадной и лучезарно-радостной. Мы были бы так счастливы, что Вы сказали бы: «Как я мог мечтать о чём-нибудь другом!».

 Потанин. Увы, Катерина, Вы рисуете мне поэтическую и восхитительную идиллию. Не правда ли, мы убежали бы далеко от света? Мы удалились бы в неизвестный уголок завоёвывать вновь потерянный рай? А долго ли продолжалось бы такое счастье? Увы, только весну нашей юности. Затем пришла бы осень, суровая и мрачная. Мечты улетели бы, как ласточки в романсах, и мы с ужасом заметили бы, что всё, что мы принимали за вечное блаженство, было нереализованная мечта! Простите меня за мои слова, полные разочарования, но наша будущность решается в эту минуту. Только голосу рассудка мы должны подчиняться.

 Катерина. А я умоляю Вас, послушайте своё сердце! Вспомните, как Вы любили меня! Скажите, что Вы не переставали любить меня! Дмитрий!

 Потанин. Видите, как мало благоразумия у нас с Вами, и как легко мы сделали бы непоправимую глупость! Между тем наши средства не позволяют нам этого!

 Катерина. Ради Бога, не отталкивайте меня от себя! Вы любите меня, я это чувствую, всё говорит об этом! Вы хотите покинуть меня только потому, что Вы бедны и я не богата! Да разве беден человек, если у него две руки? Станем работать!

 Потанин. Дорогая Катерина, Вы говорите совершенный вздор! Для князя Потанина, запомните это хорошенько, существуют только три возможные условия жизни: быть богатым, солдатом или монахом. У меня теперь есть выбор. Решайте же!

 Катерина. Ах, теперь всё кончено? Всё потеряно!

 Потанин. Нет, не всё потеряно. Напротив, Вы спасены, если только захотите послушать и понять меня. Что мы такое с Вами? Вы дитя, принятое на воспитание великодушной женщиной, а я разорившийся дворянин. Вы живёте в роскоши. Благодаря щедрости Фаины Веньяминовны, а я держусь с трудом в свете, получая помощь от моей родни. Наше настоящее не прочно, будущее рискованно. И вдруг счастье стучится к нам в двери. Достаточно протянуть руку, и мы приобретаем независимость, могущество, которое даётся богатством! Богатство – это цель, к которой стремится всё человечество! Понимаете ли Вы? Мы, слабые и презренные, станем сильными и гордыми. Что же нужно нам с Вами для этого? Проблеск рассудка, минута благоразумия. Надо позабыть мечту и считаться с действительностью.

 Катерина. И так, мечта – эта любовь, а действительность – денежный интерес? И это говорите Вы? Вы, для которого я готова была пожертвовать всем! Вы, которому я готова была служить на коленях! И какие доказательства приводите Вы для оправдания своего поведения? Деньги! Деньги – презренный металл! Ничего, кроме денег! Но это мерзко, бесчестно и подло! У Иляны всё: семья, богатство, друзья, и она же отнимает у меня моё единственное сокровище – Вашу любовь. Скажите мне, что Вы любите её! Это будет слишком жестоко, но менее подло! Но нет, это невозможно! Вы поддались соблазну, видя её такой богатой. У Вас было только минутное увлечение её богатством, но опомнитесь и действуйте как честный человек. Знайте, что Вы в моих глазах опорочили себя! Дмитрий, отвечайте мне! Ну, хорошо, женитесь на ней!

 Потанин. Ну, наконец-то, благоразумие проснулось!

 Катерина. Вот с каким неумолимым законом мне приходится сталкиваться, и это закон света и общественный лозунг! Если бы я отказалась разделить общее безумие, я рисковала бы остаться одинокой со своей слабостью, но нужно быть сильной, чтобы внушать всем почтение. Хорошо! С этих пор я начну так действовать, чтобы не быть более ни дурой, ни жертвой! Впереди всё для меня, и горе тому, кто встанет на моей дороге! Не правда ли, эта мораль века? До чего я была глупа! Ах, князь, как Вы меня проучили! Я незаконнорожденная дитя поверила в сказку! В любовь! Благодарю Вас за урок. Он был жесток, но принесёт мне пользу!

 Потанин. Что Вы задумали?

 Катерина. Я хочу, положить начало своему могуществу и следуя Вашему совету, сама стану миллионершей. И я буду диктовать условия в этой жизни!

 Потанин. Что Вы задумали? Aus einem Splitter eine Fuhre Holz spalten!11

 Катерина. Alles hat sein Maб!12 Михаил Георгиевич! (Встаёт и открывает дверь)

 Потанин. Что такое? (Хватает Катерину за руку)

 Катерина. Почему Вы испугались? Ведь Ваше дело увенчалось таким быстрым успехом! Успокойтесь, Вы получите большое вознаграждение. Приданое Иляны стоит такого труда, который Вы приняли на себя.

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ДЕВЯТОЕ

 (Входят Михаил Георгиевич, Фаина Веньяминовна и Иляна)

 Михаил Георгиевич. Кажется, Катерина, Вы были так любезны, что позвали меня? Неужели я так счастлив, что, наконец, снискал Вашу благосклонность.

 Катерина. Вот моя рука!

 Фаина Веньяминовна. Миша, Вы женитесь на Катерине не только ради её прекрасных глаз. Я даю ей огромное приданое.

 Иляна. Я так рада, сестра!

 Катерина. Я хочу поступить с Вами, Михаил Георгиевич, честно. Милостивый государь, я уступаю только уговорам всех, но знайте, что мои чувства не могут скоро измениться. Теперь я даю Вам только мою руку, но не любовь. Я не люблю Вас. Моё сердце не принадлежит Вам.

 Михаил Георгиевич. Я не смею и думать, что Вы меня любите. Вы даёте мне Вашу руку, а от меня зависит завоевать Ваше сердце. Я питаю твёрдую надежду, что мне удастся достигнуть этого. Верьте, что я глубоко счастлив, благодаря Вам, вся моя жизнь будет доказательством моей благодарности.

 (Фаина Веньяминовна уводит Потанина в свой кабинет)

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ДЕСЯТОЕ

 (В кабинете Фаина Веньяминовна и Потанин)

 Потанин. Фаина Веньяминовна, взамен того счастья, которое Вы мне даёте, я могу предложить Вам только мою жизнь. Возьмите её и распоряжайтесь ею.

 Фаина Веньяминовна. Я согласна. С сегодняшнего дня Ваша жизнь принадлежит мне. В нашей среде языки и перья одинаково деятельны. Мне говорили много о Вас, и я получила большую пачку анонимных писем на Ваш счёт. Не волнуйтесь, я не слушала болтовни и сожгла письма. Одни говорили, что Вы развратный человек, готовый на всё, чтобы достигнуть своей цели. Другие намекали, что Вы не настоящий князь и родились от русского кучера и швеи, что жили за счет «светских» дам, и что женитесь только для того, чтобы оплатить свои долги деньгами моей дочери.

 Потанин. Сударыня! Geld allein macht nicht glucklich!13

 Фаина Веньяминовна. Das Gesicht verrat den Wicht?14 Садитесь, мой милый. Если я рассказываю Вам об этих вещах, то потому только, располагаю доказательствами отсутствия правды. В противном случае, я не дала бы себе труда говорить с Вами, а просто велела бы не пускать Вас в дом, и этим было бы сказано всё. Zeit bringt Rat15. Конечно, Вы не ангел, но Ваши грехи таковы, что их прощают сыну, а если они сделаны зятем, то вызывают смех у некоторых матерей. Вы, князь, красивы собой и были любимы. Но Вы были холостяком и это Ваше дело. Через десять дней Вы станете мужем моей дочери и нам необходимо условиться. Поэтому я Вас ждала, чтобы говорить о Вас, Вашей жене и обо мне с глазу на глаз. Abgeredet vor der Zeit bringt nachher keinen Streit16.

 Потанин. Achtung ist besser als Gold17. Продолжайте, я слушаю Вас с полным вниманием и с полным доверием, потому что от Вас могу услышать только хорошее и умное.

 Фаина Веньяминовна. ( Засмеялась). О, я знаю, что у Вас льстивый язык, милый мой, но я в отличии моей дочери не довольствуюсь словами, и меня не легко заманить лаской.

 Потанин. Честное слово, я не позволю себе шутить, с целью заслужить этим Ваше расположение. Я говорю от чистого сердца.

 Фаина Веньяминовна. Если так, то мы тотчас поймём друг друга. Мы не имели ещё возможности поговорить серьёзно. Впрочем, все здесь уклоняются от этого. Между тем у нас начинается новая жизнь, и я думаю, что было бы хорошо положить ей прочное основание. Не правда ли, ведь у меня такой вид, как будто я хочу заключить с Вами условие? Что поделаете, это старая привычка коммерсантки. Я люблю знать наверняка, куда иду.

 Потанин. Я не вижу здесь ничего иного, кроме законного вполне требования, и нахожу, что, дав мне своё согласие прежде, чем объявить Ваши условия, Вы поступили необыкновенно деликатно.

 Фаина Веньяминовна. Не это ли расположило Вас в мою пользу? Тем лучше! Как Вам известно, я завишу от моей дочери, которая отныне будет зависеть от Вас, и в моем интересе быть с Вами в полном согласии. Видите ли, я неудобная женщина. Я отчасти деспот, я знаю это. У меня сложилась привычка повелевать уже много-много лет. Чтобы вести такие трудные дела, требовалась сила воли. У меня её было предостаточно. Ну, конечно, я всего достигла. Теперь я боюсь, чтобы эта дьявольская воля, благодаря которой я имела такой успех в моей торговле, не подшутила бы надо мной. Все окружающие меня уже давно знают, что я горяча, но у меня доброе сердце. Как Вы относитесь к этому?

 Потанин. Я буду поступать так, как другие и с радостью позволю руководить собой. Будьте уверены, что всякие узы, соединяющие меня с кем-нибудь или с чем-нибудь, покажутся мне легкими и приятными. К тому же чистосердечно прибавлю, что если бы я не сделал всего, чтобы угодить Вам, я был бы крайне неблагодарным.

 Фаина Веньяминовна. О, к несчастью, это не доказательство!

 Потанин. Хотите Вы большего доказательства? Если бы я не женился на Вашей дочери ради её самой, я думаю, что женился бы ради Вас.

 Фаина Веньяминровна. Ах, хвастун с Севера! Allzu shone Worte haben keine Glauben18.

 Потанин. Кроме шуток, раньше, чем я узнал, что буду Вашем зятем, я уважал Вас, как женщину, из ряда вон выходящую. Прибавьте к удивлению, которое я питаю к Вашим великим способностям, привязанность, внушаемую Вашей добротой, и Вы поймёте, что я одновременно и очень счастлив, и очень горд быть зятем Фаины Веньяминовны.

 Фаина Веньяминовна. Если это так, то Вы, значит, не будете против жизни в одном городе, рядом со мной?

 Потанин. Мне кажется, это так и подразумевалось, по крайней мере, я так думал. Если бы вы мне не предложили это, то я сам попросил бы Вас об этом. Я много выиграю при таком раскладе. Моя жена будет счастлива, а Вы будете благодарны мне за то, что я не отниму у Вас Иляны. И Вы, и она за это ещё больше полюбите меня, а ведь это всё, чего я желаю.

 Фаина Веньяминовна. Как это хорошо, что Вы так сделаете, и как я буду за это Вам признательна! Я боялась, что Вы захотите независимости и отнимите у меня дочь. Вы знаете, как долго мы ждали её, и когда потеряли надежду, нам судьба преподнесла подарок.

 Потанин. Я был бы очень счастлив, пожертвовать для Вас независимостью, но у меня и теперь её нет.

 Фаина Веньяминовна. Мне не нужна Ваша независимость. Я хотела бы знать, что всё благополучно, что Иляна счастлива. Вот всё, что я прошу.

 Потанин. Не бойтесь ничего, Ваша дочь не оставить Вас никогда. Я не буду настраивать против Вас.

 Фаина Веньяминовна. Знаете ли Вы, как я буду уважать Вас!

 Потанин. Я надеюсь вполне!

 Фаина Веньяминовна. Какая странная вещь это-жизнь! Я не хотела совсем, чтобы Вы были моим зятем. Я ставила Вам всевозможные препятствия, а Вы так поступаете со мной, что это вызывает у меня угрызения совести. О, я понимаю, что Вы слыли за опасного человека, что Вы умеете побеждать сердца других женщин, как победили мое материнское. А теперь я надеюсь, что Вы все свои соблазнительные средства оставите только для моей дочери. Конец похождениям! Так что ли? Она Вас любит. Если она станет ревновать Вас, тогда Вам придётся иметь дело со мной! Неприятности я Вам обеспечу, а это чревато. Я помню хорошее, и не забываю о плохом. Со мной либо дружить, либо ни как. Третьего не дано. Устройте Иляне спокойную, хорошую жизнь, без облачка… светлую, всегда светлую! Постарайтесь сделать её счастье своей важной задачей в жизни.

 Потанин. Это сделать очень легко! Чтобы быть несчастным, надо идти навстречу несчастью, а я, конечно, не пойду. (Засмеялся). К тому же Ваши добрые друзья, которые так Вас осуждали за согласие отдать мне руку Иляны, были бы очень довольны! Я не желаю доставить им это удовольствие. Они стали бы кричать на разные тоны: «Мы говорили совершенную правду, Фаине Веньяминовне относительно этого князя Потанина!»

 Фаина Веньяминовна. Нужно их извинить. У Вас много завистников. У меня были свои собственные проекты, да вдобавок к ним у меня просили руки дочери несколько лиц, занимающих самое лучшее положение в Москве, известные богачи. В нашем кругу многие чрезвычайно недовольны мною. Говорили: «Госпожа Фаина Веньяминовна хочет видеть свою дочь княгиней. Посмотрим, удастся ли ей это? Её зять, истратит всё её деньги, и будет презирать её». Конечно это клевета завистников. Опровергните всё это, устройте так, чтобы сделать нас счастливыми, и мы восторжествуем над всеми.

 Потанин. Вы надеетесь, что так будет?

 Фаина Веньяминовна. Я вполне уверена в этом.

 ( Вошла Иляна).

 Иляна. Как хорошо! Вы согласны, Дмитрий?

 Фаина Веньяминровна. Я сделала ему предложение, от которого он не смог отказаться. (Смеётся). Да, он так был мил, что согласился.

 

 

 ЯВЛЕНИЕ ОДИННАДЦАТОЕ

 Константин Леонидович. Кто это идёт с нашим прекрасным князем?

 Никита. Константин, мой дорогой, ах, да ты ничего не знаешь? Может быть, ты живёшь на Марсе, но это невозможно не знать!

 Константин Леонидович. Ничего нет странного в том, что я не знаю этой прелестной блондинки! У меня вовсе нет претензии, знать имена всех красивых женщин Москвы!

 Никита. Москвы! Так эта дама, москвичка? Но ты, значит не рассмотрел её! Посмотри хорошенько! Открой глаза: ведь чисто английский шик, мой друг! Константин, мой друг, сколько огорчений ты нам доставляешь!

 Константин Леонидович. Кто же она, наконец, такая?

 Никита. Это, мой милый, мадам Ховринская. Богатая, светская дама. Ей принадлежат акции одного крупного завода в Сибири. Говорят, что она год тому назад была очень благосклонна к Потанину. Она так богата, но он почему то не женился на ней. Хотя целый год уже как этот милы




Поэзия

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 29 раз(а)





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх






Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование
Hosted by Хостинг-Центр