Виртуально Я. Литература для всех Стихи, проза, воспоминания, философские работы, исторические труды на "Виртуально Я"
RSS for English-speaking visitors Мобильная версия

Главная     Карта сайта     Конкурсы    Поиск     Кабинет    Выйти

Ваше имя :

Пароль :

Зарегистрироваться
Забыли данные?




В РОССИЙСКОЙ ПОЛИЦИИ СЛУЖИТЬ БУДУТ АНГЕЛЫ?

 Дмитрий Медведев изложил основы нового закона о полиции, которая должна придти на смену всем нам привычной милиции. Даже эта смена названия, не говоря уж о содержательной стороне реформы, имеет не только символическое, но и политическое значение.

 

 Почему милиция в РФ не ко двору

 Слово «милиция» по латыни означает «войско». Когда большевики брали власть, они руководствовались утопическими представлениями Ленина о будущем общественном строе, при котором не будет, например, армии – её заменит вооружённый народ. Не нужны будут ни тюрьмы, ни полиция, ибо вооружённый пролетариат предотвратит или пресечёт на корню любое преступление. Все эти милые нелепости изложены Лениным в его книге «Государство и революция», которую он писал как раз в момент подготовки к взятию власти, а затем отчасти повторялись в других его работах.

 Можно было бы привести бесчисленные свидетельства отечественных источников о труднейшем положении, в каком оказались новая власть и российское общество сразу после революции. Но я сошлюсь на книгу «Россия во мгле» известного английского писателя и мыслителя Герберта Уэллса. Он посетил Россию и в 1914 году, и в октябре 1920 года (когда он беседовал с Лениным), Следовательно, он мог сравнить, «что было» и «что стало». Кроме того, он опросил многих очевидцев происходивших в России событий начала XX века. По его свидетельству, ещё в последний период власти Временного правительства Керенского, «развалившаяся русская армия сорвалась с линии фронта и хлынула обратно в Россию». Это была лавина вооруженных крестьян, возвращающихся домой без надежд, без продовольствия, без всякой дисциплины. Естественно, тогда наступило «время разгрома, время полнейшего социального разложения… Среди бела дня на улицах Москвы и Петрограда людей грабили и раздевали, и никто не вмешивался. Тела убитых валялись в канавах, порой по целым суткам, и пешеходы проходили мимо, не обращая на них внимания».

 Обстановка не сразу изменилась и после Октябрьской революции. Даже в самом Петрограде, под боком у Советского правительства, бесчинствовали банды мародёров и дезертиров. Порой целые воинские подразделения самовольно покидали фронт и, вооружённые, направлялись в столицу, где своими силами обеспечивали себе пропитание и вообще благоденствие. Вооруженные люди, часто выдававшие себя за красногвардейцев, врывались в квартиры, грабили и убивали. До конца 1917 года на улицах Москвы и Петрограда оставались обычным явлением убийства и ограбления среди бела дня, часами валялись в канавах «трупы, мимо которых занятые своими делами люди проходили так же, как проходят у нас мимо валяющегося на тротуаре дохлого котёнка».

 Вот тогда-то Советская власть охрану порядка в столице возложила на вооружённых балтийских матросов, латышских стрелков и путиловских рабочих, которых назвали милиционерами. Им порой приходилось вступать в настоящие сражения с бандитами. Воров, мародёров, насильников разрешалось расстреливать на месте совершения ими преступления, без специального судопроизводства. Ценой многочисленных расстрелов новая власть подавила бандитизм и установила некоторый порядок и безопасность в измученных городах. И только к середине 1918 года, после того как были расстреляны тысячи грабителей и мародеров, восстановилось элементарное спокойствие на улицах больших русских городов.

 Другой видный деятель английской культуры Бертран Рассел, посетивший Россию (где он встречался с Лениным и Троцким, Горьким и Блоком) в том же 1920 году, уже отмечал, что Москва, как и Петроград, по уровню безопасности для жизни граждан не уступают наиболее безопасным столицам Запада.

 Дело, разумеется, не в одних расстрелах, а в том, что милиция была действительно народным органом, действующим в интересах подавляющего большинства народа, а потому и пользовалась широкой народной поддержкой. Ленин не случайно писал, что на Западе для выселения из жилища рабочей семьи, которой стала непосильной повышенная хозяином квартплата, нужен взвод полиции. А для того, чтобы в советском городе вселить рабочую семью в квартиру богача, имеющего большие излишки жилплощади, достаточно послать одного уполномоченного власти, которому при необходимости окажет поддержку вся беднота квартала.

 У некоторых руководящих большевиков наблюдалось временное помутнение мозгов, и они зажили (ненадолго) по-барски. Например, Лариса Рейснер с Фёдором Раскольниковым жили в богатом доме, окружили себя роскошью, пользовались прислугой и не видели в этом ничего зазорного: дескать, мы боролись за власть, получили её и теперь имеем право наслаждаться плодами своей победы. Троцкий любил в театре восседать в царской ложе, выезжал на охоту, как барин. Луначарский обедал, пользуясь сервизами из царских дворцов и пр. Но эти явления не носили массового характера (замечу, что почти все «новые баре» впоследствии плохо кончили). В целом тогда в Советской России ещё не было владельцев вилл, яхт и банковских счетов за рубежом, как не было и пропасти между кучкой обжирающихся богачей, соревнующихся между собой в отыскании экзотических способов пустить за границей на ветер награбленные у народа деньги, и десятками миллионов обездоленных. Поэтому милиция носила действительно общенародный характер. Она (как и Красная Армия) первоначально носила название рабочее-крестьянской.

 Свергнутый прежний правящий класс вовсе не был намерен мириться с установившимся в стране господством «чумазых», с захватом и разделом крестьянами помещичьей земли и прочими революционными новшествами. Прежние «хозяева жизни» развязали Гражданскую войну. Вот и Советской власти скоро пришлось воссоздавать армию, но название «милиция» для органа охраны правопорядка осталось на весь советский период нашей истории и даже дожило до наших дней.

 Сейчас говорят, что милиционеры были своего рода дружинниками. Это справедливо лишь отчасти, и то только на первых порах. Преступность - явление вечное, достаточно почитать хотя бы Ветхий Завет, чтобы убедиться, что все известные нам ныне грехи и преступления существовали и тысячи лет назад. И будут существовать ещё долго (если не до конца рода человеческого), порой (как, например, ныне), при выозникновении благоприятных для этого условий, расцветая пышным цветом. Ну, а тогда, в условиях голода, холода, разрухи, безработицы и беспризорщины, уровень преступности был выше предреволюционного. Вот и Советской власти пришлось от милицейских патрулей улиц и периодических проверок обстановки переходить к планомерной борьбе с преступностью, особенно с организованной, а значит, переводить милицию на профессиональную основу.

 В смысле профессионализма советская милиция 1960 – начала 1980-х годов могла бы дать сто очков вперёд нынешним милиполицаям (можно вспомнить полудокументальный сериал «Следствие вели знатоки»). Были в её рядах Шараповы и Жегловы, по-разному понимавшие должные методы борьбы с преступностью, был дядя Стёпа милиционер, а Анискин кажется прямо списанным с сельского участкового. Но все они честно служили стране, народу, и личное обогащение любой ценой никогда не было их мечтой и движущей силой поступков. Милиция оставалась народной, мне лично по молодости приходилось сталкиваться с ней в некоторых критических ситуациях, и дело обходилось проверкой документов и словесным внушением. И лишь к предперестроечным временам, когда советская номенклатура стала особенно быстро загнивать, этот процесс затронул и милицию.

 Теперь Россия по всем параметрам приближается к буржуазным (не капиталистическим!) государствам. У нас насаждается общество, в котором вновь принято обращение «господа!». А главное, - власть стремится выкорчевать из сознания россиян всё, что хоть как-то напоминало бы о советском периоде нашей истории.

 Дело Ленина, Сталина, большевиков (под руководством которых трудился, воздвигая новое общество, и сражался советский народ, во всяком случае – наиболее активная его часть) не просто уничтожено. Оно растоптано, унижено, осмеяно и оплёвано. Имя Верховного Главнокомандующего Вооружёнными силами СССР в величайшей в истории Победоносной Войне в стране под запретом, руководители государства не смеют его произнести. Целое поколение молодых россиян не знает, кто руководил Советской Армией в той войне. Школьникам преподносится портретная галерея славных маршалов и генералов, блестяще осуществлявших тогда фронтовые операции. И, видимо, каждый из этих героев воевал, как умел, на свой риск и страх, не получая приказов свыше. Сталина позволено вспоминать лишь как губителя собственного народа. Тем самым старшее поколение народа приравнивается к идиотам, которые десятилетиями верили в своего вождя, не подозревая, что это был величайший злодей.

 Объективности ради хочу отметить, что лично я – не сталинист и тем более не ленинец, возврат страны к сталинизму, если бы таковой был возможен, счёл бы величайшим для неё бедствием. Ленина я считаю гениальным политиком, наложившим свой отпечаток на всю мировую историю начала XX века, но ярым врагом России, её государственности, совершеннейшим утопистом, не понимавшим задач построения новой, послереволюционной России. Но это не мешает мне рассматривать «красный проект», осуществлявшийся в СССР, как самую героическую и во многом успешную в истории человечества попытку создать общество социальной справедливости и социального равенства.

 Нынешняя власть этот «красный проект» ненавидит. Зато «белая идея» восторжествовала почти полностью. То, за что боролись Колчак и Деникин, Каппель и Унгерн, достигнуто. Частная собственность восстановлена, выращен класс богачей, каких не знала даже царская Россия в пору своего наибольшего могущества. Правящая партия даже назвала себя «Единой Россией», то есть как бы воскресила лозунг белого движения «За единую и неделимую Россию!», забыв, что белые-то под «единой Россией» понимали всю прежнюю Российскую империю, то есть всё СНГ (плюс ещё кое-что). В то время как время от времени вбрасывается в массы призыв вынести мумию Ленина из мавзолея, а прах Сталина отдать, пожалуй, грузинам, белых генералов, умерших вне России, – Каппеля, Деникина и др. торжественно перезахоронили на почётных местах в Москве. Руководители государства возлагают на их могилы цветы. Самый ярый антисоветчик Иван Ильин объявлен величайшим русским философом, его труды цитируют высшие представители власти. Триколор, под которым шли в бой белые, а затем власовцы, возвышается над Кремлём.

 Ясно, что настала пора и назвать важнейший орган охраны правопорядка, как и там, на Западе, полицией.

 

 У полиции – другие задачи

 Что бы там ни говорили о различиях терминов «милиция» и «полиция», факт есть факт: полиция существует преимущественно в странах с буржуазными порядками и с резким разделением населения на богатых и бедных. Конечно, для американского полисмена нарушитель правил дорожного движения есть нарушитель, независимо от того, богатый он или бедный. Но если бы угнетённые в странах Запада поднялись против основ существующего общественно-политического строя (такое не раз случалось в прошлом и, видимо, ещё не раз произойдёт в будущем), силы полиции будут брошены на подавление этих «беспорядков».

 Задача полиции – охрана спокойствия власть имущих. И, до известной степени, борьба с прочей преступностью. Те же американские полисмены не часто рискуют заглянуть в негритянские кварталы Гарлема, хотя там преступность на преступности сидит и преступностью погоняет. Так, уж если произойдёт что-то чрезвычайное, полиция вмешается, а в остальном пусть бедолаги решают свои проблемы между собой. Зато покушение на жизнь, безопасность и собственность состоятельных граждан пресекается или расследуется полицией мгновенно.

 В РФ есть немало нерешённых вопросов общественной жизни. Например, власть не раз говорила о недопустимости пересмотра итогов приватизации 90-х годов. Но большинство народа никогда с этим не согласится. Не исключено, что рано или поздно народ пожелает сказать своё решающее слово. Как тут обойтись без полиции – не скажет ни один мудрец.

 

 Новшества в законе

 Проект закона о полиции выставлен (сначала в Интернете, затем в газетах) на всеобщее обсуждение. В нём есть немало положительных моментов. Так, запрещаются пытки и всевозможные издевательства над задержанными, в наше время, как известно, нередкие. Даже предусмотрено, что запрещается применять специальные средства (например, резиновую палку) «в отношении женщин с видимыми признаками беременности, лиц с явными признаками инвалидности и малолетних» (кроме случаев оказания ими вооруженного сопротивления и пр.). При применении полицейским той же резиновой палки в отношении нарушителя порядка «запрещается наносить человеку удары… по голове, шее и ключичной области, животу, половым органам, в область проекции сердца, а также многократно наносить удары в одно и то же место» Не очень ясно, можно ли ею бить по лицу (лицо – это часть головы или же отдельная, «удародопустимая часть тела). Если учесть, что «область проекции сердца» существует не только на груди, но и на спине, то «удародопустимыми» остаются лишь правая сторона груди и спины, поясница (где почки), ягодицы (по которым подчас родители шлёпают непослушных детишек), руки и ноги Трудно будет полицейскому в гуще схватки с правонарушителями соблюдать столь строгие ограничения. Уместна ли подобная детализация в законе такой принципиальной важности?

 Далее, не допускается применение наручников, а также подручных средств связывания, заведомо влекущее телесные повреждения» и т.д. В то же время полицейский должен иметь какие-то спецсредства, которые позволяли бы ему приводить задержанных, ведущих себя неадекватно, во вменяемое состояние. Без этого полицейский может подвергаться оскорблениям и вынужден всё это терпеть, из-за чего впоследствии может сорваться и выместить зло на других, подчас не виноватых. И всё же, если отвлечься от упомянутой выше «классовой составляющей», то создаётся впечатление, что инициаторы закона хотели бы поставить отношения между полицией и обществом на более человечную современную основу.

 

 Где же взять отборных полицейских?

 А вот что сказал президент о критериях отбора сотрудников полиции (и вообще органов внутренних дел):

 «Принципиально важно, чтобы лица, которые имеют наркотическую или алкогольную зависимость, психически неуравновешенные люди не имели никаких шансов попасть на работу в органы внутренних дел. На каждого сотрудника также возлагается обязанность декларировать сведения о своих доходах и доходах, соответственно, супруга, детей, сведения об имуществе, которое принадлежит ему на праве собственности».

 То, что наркоману и психически больному в полиции не место – понятно. Но лицами, имеющими алкогольную зависимость, в медицине признаются все, кто хоть изредка употребляет алкоголь (судя по телевизионным репортажам, и президенту порой приходится пригубить бокал шампанского). Так вот, набрать в полицию несколько сотен тысяч граждан, не употребляющих наркотики и абсолютных трезвенников, да ещё чистых перед законом в отношении доходов, строго соблюдающих правила, кого и куда можно бить, а кого и куда нельзя, и не прибегающих к пыткам арестованных и пр., в современной России вряд ли возможно. Если не призвать на службу ангелов.

 Насколько мне известно, пока ни один ангел в органы внутренних дел не принят. Зато, говорят, усилился приток на эту службу граждан из республик, которые принято считать мусульманскими. То, что мусульмане, как правило, не употребляют (в соответствии с Кораном) алкоголь, это хорошо. Но во многих мусульманских странах традиционно принято «курить травку». Лучше ли лёгкий наркотик, чем алкоголь, и не ведёт ли это к употреблению всё более сильных наркотиков, в этом, кажется, и медики до сих пор не разобрались. А вот вопрос, не приведёт ли перекос в национальном составе полиции к росту социальной напряжённости в обществе, кажется, даже не обсуждается. И не скрывается ли за этим расчёт на то, что в случае социальных волнений полицейские «иной» национальности окажутся более надёжной опорой режима, менее склонной сочувствовать протестующему местному населению? Ведь отказался же местный ОМОН разгонять митинги дальневосточных автомобилистов, протестующих против запрета на ввоз подержанных иномарок из Японии. И пришлось на эту непопулярную акцию присылать ОМОН из Центра.

 

 Будет ли восстановлена жандармерия?

 Президент в своём выступлении намекнул, что в дальнейшем и другие спецслужбы могут быть реорганизованы. Уж не принять ли предложение Владимира Жириновского (который обычно тонко чувствует настроения в «верхах») – вернуть всем спецслужбам те названия, какие они имели в предреволюционной царской России? Особенно ему нравится название «Третье охранное отделение». Может быть, и ФСБ переименовать в «корпус жандармов»? А что? Красивые голубые мундиры, эполеты и пр. так будут гармонировать с новыми российскими орденами, имеющими форму крестов (это в светском-то государстве!) Ощущает ли нынешняя власть, что существует предел, дальше которого пятиться по пути «назад, в Средневековье!» в XXI веке недопустимо?

  Михаил АНТОНОВ

 




Публицистика

      Версия для печати
      Читать/написать комментарий                    Кол-во показов страницы 9 раз(а)


Персональные счетчик(и) автора
OZON.ru - Книги | Цель номер один. План оккупации России | Михаил Антонов | Проект OZON.ru - Книги | Цель номер один. План оккупации России | Михаил Антонов | Проект "АнтиРоссия" | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-4320-0005-7

OZON.ru - Книги | Договориться с народом | Михаил Антонов | Национальный бестселлер | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-4438-0105-6OZON.ru - Книги | Договориться с народом | Михаил Антонов | Национальный бестселлер | Купить книги: интернет-магазин / ISBN 978-5-4438-0105-6





Рекомендовать для прочтения


Проверить орфографию сайта.
Проверить на плагиат .
^ Наверх




Авторы Обсуждения Альбомы Ссылки О проекте
Программирование