Шен Моисей

Еврейские праздники – 2.


 Седер – праздничная трапеза.

 

 

  Приходим бодро на вечерний ужин,

 А на столе – обилие вина, мацы, еды,

 Хамец, известно, нам не нужен,

 Там все кошерное, вплоть до воды.

 

 И свечи весело в подсвечниках горят,

 И люди жмут друг другу руки,

 Все улыбаются, о чем-то говорят,

 Готовы взять детей- лгунишек на поруки.

 

 Детишки все со свечками в руках,

 Ищут хамец, он где-то непременно,

 Его находят, кто-то крикнул: «Ах!

 Растет прекрасная нам смена».

 

 Лысеющий старик с седою бородой,

 Читает громко книгу – Гагада,

 Затем его напарник, молодой,

 Всем поясняет те далекие года.

 

 И вспоминают Моисея, и гору Синай,

 Как он сплотил и вывел всех из плена,

 Как он сулил евреям трудности и рай,

 Как говорил: «Наступят в жизни перемена»!

 

 Все понимают, что принес свободу Бог,

 Он был к ним добр, и – очень строг,

 И чувствовать себя здесь должен каждый,

 Как будто он пустыню пересек, однажды.

 

 А на столе лежит и марора, и харосет,

 И, несомненно, овощи карпаса,

 Седая старина несет сюда привет,

 Далекий, точный, - как полет бекаса.

 

 Четыре чаши наполнены вином,

 А - пятую для Илии пророка,

 И кто-то носом уж клюет, он перед сном,

 Да покрасневшее лицо, и явно не от сока.

 

 Прокралась, незаметна полночь.

 Как будто где-то бьют часы,

 Усталость люди гонят прочь,

 Бодрятся, улыбаются в усы.

 

 При «седере» обычный легкий спор:

 Нетороплив еврейский разговор!

 

 

 Моисей – пророк и учитель.

 

 

 Первым экстрасенсом считаю - Моисея

 Имел он, несомненно, космическую связь,

 Пред именем его я от восторга, столбенея,

 Готов сказать, что если он не Бог, то – князь!

 

 Он сорок лет водил евреев по пустыне,

 Вокруг пески, народ иных корней!

 Как будто на дорогах были мины.

 И путь лежал по лезвию ножей.

 

 Носил с собой он жезл прочный,

 Он стал ему советником и другом,

 С ним говорил и днем и ночью,

 В руке, вращаясь мудрым кругом

 

 И жезл явно был похож на рамку,

 И судьбами играл он точно в дамку.

 Но находил с ним воду и дорогу,

 И мысленно всегда он обращался к Богу.

 

 Он вел людей, задумчиво молчал,

 И понимал свою сверхтрудную задачу,

 Железной тростью по камням стучал.

 Он верил в звездную удачу.

 

 Завет, который получил от бога,

 Евреи пронесли через века,

 И от горы Синай, до самого порога.

 Закон же тот могуч, как горная река!

 

 

 Пессах.

 

 

 Приходят вечера трапезы или седера,

 Они в составе Пессаха считаются,

 Тот праздник тверд, как древесина кедра,

 Освобождением евреем называется.

 

 Мы сохранили память об исходе,

 Нас вывел Бог с египетского рабства,

 Как будто и сейчас находимся в походе,

 Ведет и выручает мужество и братство.

 

 И, кажется, что Моисей показывает путь,

 Мы чувствием его присутствие во всем,

 Сердца наши трепещут словно ртуть,

 Пески и степи взяли нас кольцом.

 

 Звезда сверкала ярко на пути,

 Нам не свернуть и не уйти,

 Мы получили жизненный урок,

 Ведь нас к свободе вел пророк.

 

 И каждый год мы будто бы в дороге,

 И ангел смерти, раз «пасах», нас миновал,

 Смертельная усталость и разбиты ноги,

 А мы идем вперед, словно могучий вал.

 

 И хлеб свободы иль хлеб рабства,

 Все в тот момент - наше богатство.

 Мы выбрали свободу, ни тепло печи

 И наточили по острее и копья, и мечи.

 

 И с той поры в Пессах мы пресный хлеб едим,

 Семь дней все вспоминают те святые дни,

 Да как молитву по утрам твердим:

 Мы сильны, мы сплочены, как одни!

 

 И песней Гагады, с припевом «даейну»,

 Заставим мы врагов пойти даже ко дну!

 

 Моисей Шен.